Страница 101 из 107
- Вы разговариваете свысока – почему? В чем причина?
- В Вас, милый Хасен. Вы совершенно запутались. Вы молоды и вся причина такого внимания к Вам, что среди Ваших братьев по ордену остались только два человека. Один скоро появится, а второй – это Вы собственной персоной. И мне приказали Вас оберегать, чтобы, простите, Вы возродили то, что было уничтожено несправедливо. Вот, собственно, и все. И я вообще-то немного устал и от Вас, и от Вашего непонимания. Хотя, отдаю должное Вашему терпению, обреченности и тупости. Прошу прощения за резкое выражение.
- Да уж. Вы в словах не стесняетесь.
- А Вы? Вы, кажется, и в поступках не стесняетесь? Вы ессей, который даже не знает, что это значит! Вот почему кому-то приходится расхлебывать недостатки Вашего образования? – Бальтазар комедийно вскинул ладони к небу. – Боже! Прости меня за недостойное поведение, но Ты сам должен был позаботиться о них! Хотя, понимаю, что у Тебя и других забот полно и безропотно принимаю часть Твоей работы на себя. – Бальтазар всхлипнул и чуть не уронил голову в тарелку. Подошел официант и положил на стол газету.
- «La Stampa»? Ничего приличнее не было? – Официант покачал головой и ушел.
- Чудовищно.
- Вам не нравиться эта газета?
- Мне вообще не нравятся газеты.
- И что там? – Хасен немного вытянул шею, пытаясь увидеть заголовки на первой полосе.
- Ничего такого. Так себе и все. Словом, Вы свободны, как ветер. Но, если хотите все это закончить – поехали – нас уже ждут.
- Откуда Вы знаете?
- В газете написано.
- Шутите?
- Нет. Вот тут так и написано: «Пора ехать».
- Где? Покажите?
- Вы, что, шуток не понимаете? Даже о Вашей смерти написали бы в лучшем случае на последней странице в рубрике «Опять эти туристы». Ишь, Вы! Первая полоса! Словом, поехали – ненавижу анчоусы.
- Что же мы так долго сидели здесь?
- Я Вас развлекал лекцией про демократию и республику. Скажите еще, что было неинтересно.
- Только зачем?
- Время убивал вместо Вас. – Бальтазар отодвинул стул и встал. – Надо же было как-то развлекаться? Ничего лучшего в голову не пришло. А то бы Вы вопросами замучили. Поехали, нам действительно пора.
К веранде подъехало уже знакомое Хасену такси. Они сели и таксист, опять не задав ни единого вопроса, резко развернувшись через сплошную, рванул старенькую «Ляньчу» на юг…
Что изменилось в мире за это утро? Ничего. Никоса, наконец, назвали его собственным именем – Хасен, что ему не очень понравилось, с одной стороны, потому что предполагало новый неожиданный резкий вираж в его жизни, и принесло облегчение с другой, потому что усталость и напряжение последних лет были уже невыносимы. Он давно потерял всяческую связь со своим орденом. Он понимал, что если его не трогают, значит еще не пришло время. Но, когда он узнал, что в Монпелье, во время взрыва в старом доме, погибли родные ему люди, он понял, что он следующий и настало его время. Он знал, что этот взрыв организовал мистер Ной – его непосредственный начальник и сделал все возможное, чтобы отплатить ему той же монетой.
Хасен, тогда еще Никос, вошел в контакт с группировкой ваххабитов в палестинской части Иерусалима и начал свою собственную игру. Он не знал, что вокруг него идет сложная игра религиозных общин. Он не знал, что ввязался в историю, которая неизвестно еще как могла закончиться для всего остального мира – он хотел крови мистера Ноя и больше ничего. За своего отца, за своего дядю, за своих братьев, которые тогда погибли в Монпелье. Никос совершенно ничего не знал ни о Люсьене, ни об Иосифе – он знал только то, что мистер Ной его же собственными руками убил его же собственных родственников и братьев. Его руками, потому что именно Никос планировал операцию, детали которой от него скрывались.
Никос нашел информацию, которая открыла ему имя того, кто конкретно выполнил эту работу и, приехав в Иерусалим, встретится с ним лично. Доктор так и не успел ничего понять – он знал, что Никос служит в этом же Управлении и у него не возникло никаких подозрений. Никос убил его? Конечно, нет. Это запрещено верой ессеев. Но, нигде не написано, что нельзя врага отдать другому врагу, что, собственно, Никос и сделал. Он просто рассказал все, что знал о докторе и его основной работе Ахмеду. Дальше уже все было совершенно не его заботой. Правда, случился небольшой казус. После того, как Ахмед выполнил свою работу, на квартире доктора появился еще один человек, которому ничего не оставалось делать, как только сообщить Бальтазару, что кто-то выполнил его поручение раньше. Небольшое расследование, устроенное Марком и Робом, привело Бальтазара опять к Никосу, и чего греха таить, дало лишний повод выпить. Ведь если грех убийства взял на себя кто-то другой и если собственная цель достигнута пусть и совершенно неожиданно, то приятное ощущения от собственной непричастности будет еще приятнее, правда?
Потом Ахмед узнал от Никоса о том, что на Храмовой горе будет встреча лидеров исламских умеренных группировок, которые готовы заключить договор с христианскими общинами Иерусалима при поддержке некоторых специальных служб и управлений. Для Ахмеда это был шанс самому выйти в лидеры – такое везение два раза в жизни не выпадает и им грех не воспользоваться. А не грех ли лишать жизни нескольких человек? И не грех ли стать на тропу ваххабитов? А вот это пустое! У Ахмеда теперь собственный путь и он читал Коран! Там написано, что предавший достоин смерти. То, что Ахмед думал вчера, его слова Бальтазару, его дела – все пустое против шанса стать тем, кем был его начальник. Выглядит дурно? С чьей стороны? Все меняется! Все очень быстро меняется в этой жизни. Друзья, враги, партнеры, родственники. Что это перед Богом? Случайность и не более. Когда появляется шанс стать первым – это все меняет.
Человек плетет интриги, человек планирует свое будущее (часто за счет будущего других), человек все настолько точно рассчитывает, что знает: нет у врагов никакого шанса! Все выверено неоднократно и человек понимает, что ошибок быть не может. Тем более, если этот человек такого уровня, как мистер Ной. Опыт, связи, информация, параллельные операции для дубляжа возможных неувязок, значительные финансовые средства, алчность человеческой натуры, продажность политиков и бизнесменов, амбиции середнячков и ненависть мелких игроков к успешным – все просчитано. Все? Не все! Потому что приходит один-единственный человечек, которого даже в расчет особенно не брали, и летит в пустоту вместе с жизнью самого влиятельного и одаренного из подлецов огромная отлаженная машина стоимостью в сотни миллионов. Летит в пропасть все, что могло изменить мир. К лучшему? К худшему? Кто знает? Могло! Но не изменило, потому что все усилия мистера Ноя по организации тайной встречи на Храмовой горе теперь не стоят даже ее пыли. Не было никакого мистера Ноя – кто такой мистер Ной? Всего два человечка по цене два доллара за каждого и нет десяток тех, кто мог договориться о будущем этой земли.
Так рушатся государства и погибают целые народы, когда по прихоти одного человека, из-за его желаний и амбиций, его боли уходит одна эпоха и приходит другая. И кто сказал, что та, которая пришла, будет лучше и чище той, которой больше нет? Но, был шанс что-то изменить, если даже такой человек, как мистер Ной это понимал.
Так Никос уничтожил мистера Ноя и его партнеров, кроме мистера Гутьереса. И он не знал, что вокруг него умные люди делали все, чтобы этого не случилось. Договаривались, интриговали, играли, врали, предавали, подставляли друг друга, тратили огромные средства, чтобы купить информацию и людей…. Оказалось, что все эти игры против одной простой человеческой мести ничего не значат! Опять все произошло просто потому, что кто-то совершил поступок, который хотел совершить. Акт ненависти одного человека к другому свел к нулю всю долгую работу и надежды людей на прекращение затянувшейся войны.
Что еще? Из аэропорта Цюриха вылетели с разницей в два часа рейсы «Al Italia» и «Swiss Air» по маршруту Цюрих-Рим. На борту одного первым классом летел Великий Мастер Джонатан Тиз, а на борту второго в экономическом классе сидели двое мужчин, числившихся в списке пассажиров, как мистер П. Шрайбер и мсье Л. Пико.