Обреченная планета (ЛП)

– О, боже, – сказала Пратия с нежностью в голосе, – конечно, можешь делать все, ^ хочешь. Я не прощу себе, если из-за меня будут страдать мои девочки.

Аза, всхлипнув, поблагодарила ее. Лик наклонилась надо мной и сказала:

– Я тоже обижена, Я еще не поцеловала его.

Я попытался отвернуться от ее губ.

– О, ну давай же, Монти Пеннвэлл, – настаивала Лик. – Поцелуи еще никому че повредили, тем более поцелуи целомудренной девушки.

Пратия, в предвкушении захватывающего зрелища, ухмыльнулась и придвинула свой стул ближе к кровати.

Я отвернулся от Лик, подставив ей щеку.

Пратия тяжело задышала.

Глаза мои едва не вылезли из орбит. Сладострастный стон Азы разнесся на всю спальню

Пратия от волнения выронила свое рукоделие, и нити упали к ее ногам, осыпая пол разноцветными колечками.

Лик нежно потрепала меня по щеке.

– Ну вот, теперь ты видишь? – спросила она, – И ничего плохого не произошло. Ты хороший мальчик, Монти.

– Да, лучше некуда, – проговорила Аза, блаженно вздыхая,

– Бабуля, – спросила Пик, – а не могли бы мы послушать эту занятную историю в другой раз?

– Нет, нет! – взмолился я. – Пожалуйста, не надо откладывать ваш рассказ. Что случилось на острове?

Пратия часто заморгала, потом, подобрав рассыпанные на полу колечки, снова принялась за свою работу. Через некоторое время она вздохнула и продолжала:

Итак, Службы Планетарной Защиты пропустили нас, и мы приземлились на острове.

Никогда в жизни не видела такого идиллического пейзажа. Повсюду пестрели цветы, наполняя чистейший, свежий воздух чудесным ароматом. Дворец сиял чистотой, на садовых дорожках не было ни пылинки. И повсюду, в свои укромных местечках, совокуплялись друг с другом мальчики-извращенцы.

Они даже не заметили, как мы приземлились! Мы решили, что наш аэробус двигался так тихо, что на острове никто не услышал приближающегося шума двигателей, и направились во дворец.

Взбежав вверх по лестнице, мы оказались в огромном зале дворца.

Вход в спальню королевы малышки охраняло пять офицеров. Старший из них, заметив нас, предостерегающе поднял руку и нахмурился.

Нет, нет, – сказал он, – мы не можем вас пустить, Как раз сейчас начинается смена караула.

По ту сторону двери спальни послышалась возня, и из спальни вышли другие пять офицеров, оправляя на себе одежду.

Старшие офицеры отдали друг другу честь. Заступающий на смену офицер сказал вышедшим из спальни:

Можете быть свободны. Нет ли у вас для нас каких-либо сообщений?

– Вышедший из спальни старший офицер ответил, застегивая пуговицы на своем мундире:

– Там сегодня жарче, чем обычно. Мой вам совет: сразу же переходите в наступление. не успел первый офицер ответить, как Прахд, оттолкнув его от двери, бросился вовнутрь.

В спальне на кровати лежала малышка. Истекшие пять лет совершенно ее не изменили – все тот же пучок волос, все та же томная красивая улыбка на лице. Она заметила нас!

Она тут же вскочила – видно было, что она не на шутку напугана нашим появлением.

– Вы с большой земли! – воскликнула она. – Что случилось? Вы в докторских халатах. Кто-нибудь болен?

В ответ мы показали ей письмо из бутылки. Она ужасно рассердилась ругалась, как заведенная, целых пять минут. Потом она приступила к решительным действиям.

Натянув на себя какое-то подобие одежды – они называли этот наряд бикини – она надела на шею золотую цепь и приказала пяти охранникам следовать за ней. Сев в аэробус скорой помощи, мы, следуя ее указаниям, понеслись в южный конец острова – туда, где в деревушке над скалистым обрывом, в дали от дворца, обитал Мэдисон со своей бандой.

Надо сказать, место для своего поселения Мэдисоч выбрал довольно живописное. Мы остановились возле самого большого из домов с соломенными крышами – над входом красовалась вывеска: "Офис прессьЛ здесь жил сам Мэдисон.

Из дома вышла женщина, которую звали, как легко было догадаться, Флип. Не успела она поклониться, как Малышка твердыми шагами прошла прямо в хижину.

Мэдисон лежал на кровати. Малышка бросила ему письмо. Мэдисон посмотрел на письмо, потом на Малышку и попытался подняться,

Сняв с груди цепь, она сбила его с ног, и он снова рухнул на постель.

– Ты, сукин сын! – заорала она на него. – Ты что, собрался эвакуироваться отсюда? – И ударила его снова. Мэдисон не отвечал, тогда Малышка начала колотить цепью по мебели, и в два счета разнесла весь дом.

Женщина по имени Флип, рухнув к ногам Прахда, закричала не своим голосом.

И знаете, что представляла из себя эта чума, из-за которой поднялся такой переполох?

Мэдисон слегка простудился!

Когда страсти немного поутихли, Прахд осмотрел Мэдисона,

– Это твоя простуда – заявил он, – не что иное, как аллергия на что-то.

А Мэдисон, привстав, дотянулся до уха Прахда и прошептал:

– Аллергия у меня из-за того, что у меня нет возможности сочинять заголовки.

Малышка, услышав это, снова налетела на Мэдисона:

– Ты только об этом и говоришь! Все уши мне прожужжал, ты, (.,.)! Я тебе покажу заголовки! – И она ударила его цепью наискосок по лицу, Брызнула кровь.

Казалось, это вполне удовлетворило Малышку – она вышла наружу и принялась дубасить цепью первого же попавшегося ей на глаза человека из шайки Мэдисона за то, что он не остановил Мэдисона вовремя.

Мэдисон снова шлепнулся на кровать, отирая рукавом кровь,

– Мой гений испарился, – печально простонал он. – С тех пор, как я начал спать с Флип, .умные идеи начали посещать меня все реже и реже. Я уже начал было метить на место Здешнего правителя с помощью своих методов, но Малышка каким-то образом это разнюхала и посадила меня под арест на целых три недели. Я неудачник. Я не могу затеять даже какую-нибудь, хоть самую маленькую, революцию. Она мне даже не разрешила выпускать газету!

Ну, а потом Прахд зашил ему голову и дал ему лекарства, и даже дал немного газа, повышающего потенцию, чтобы он не выглядел в глазах Флип полным ничтожеством, и с чумой было покончено.

Но вы же знаете Прахда. Хотя, может быть, вы его не знаете лично. У него просто чутье на всякого рода болезни. Мы прилетели на остров с полным багажником медикаментов, настроившись на борьбу с чумой, но чумы-то никакой и не было. Но зато оказалось, что почти у всех обитателей острова на теле развились ужасные бородавки, и мы начали ходить по селениям и лечить их – хотя среди населения и был доктор, но, конечно же, он не мог сравниться в этом деле с Прахдом.

Мне сказали, что помощь моя не требовалась, поэтому я пошла с королевой

Малышкой, и мы с ней славно поболтали о старых добрых временах. Я была тогда моложе, знаете ли, и жизнь еще не утратила для меня свою прелесть.

Я лежала на одной кровати, а Малышка лежала на другой, и мы говорили, говорили, говорили – весь вечер и всю последующую ночь.

Пратия испустила шумный ностальгический вздох

– Ооооооооооох! Какие были офицеры!

– Подождите минутку, – прервал я ее, стряхивая с себя руки девушек. – А разве Прахд не ревновал?

– Прахд? Ох, Монти, какой же ты все-таки наивный! Прахд до меня даже ни разу не дотронулся. Он целлолог, и его профессиональная этика не позволяет ему (…) своих пациентов Я была его пациенткой на протяжении стольких лет!

– Но ведь у всех ваших детей зеленые глаза и светлые волосы, как у Прахда, – возразил я, – И из достоверных источников мне известно, что и у первого вашего ребенка были такие же волосы и глаза…

– И у второго тоже, – сказала Пратия. – Да, я понимаю, что вы имеете в виду. Вы не знали, что я забеременела в мою первую брачную ночь в Королевской тюрьме. – Она улыбнулась своим воспоминаниям. – Какая это была ночь! И через два месяца я поняла, что у меня будет ребенок. Чудесно.

Аза побормотала:

– Давай, бабуля, рассказывай ему все. Я так люблю слушать твои истории. Лик в это время теребила волосы у меня на груди.

– Да, валяй, продолжай, бабуля. Ты как раз переходишь к самому интересному.