Страница 60 из 83
Все рассыпалось. Питеру не удалось разыскать Селли, он потерял Харлек, предал Кея и Бедивира, а теперь терял контроль над рвущимся на волю Ланселотом. Им овладело безотчетное желание броситься к Меровию, исповедоваться в своих неудачах и умолять короля подсказать, как быть! Но Питер не смог бы этого сделать, как не смог в свое время удрать из Сэндхерста и попросить совета у отца.
«Это Медраут. Это должен быть он.
Нет. Это не может быть Медраут… Мальчишка — не убийца из ИРА!» Питер стиснул зубы. Как он злился на себя! Гамлетовская нерешительность, будь она трижды проклята!
Кей продолжал болтать о затратах, продовольствии, фураже, количестве дротиков и стрел — как раз о том, что Питер всегда так ненавидел в военных делах. Он старался слушать внимательнее, но разум его работал в другом направлении. Питер пытался мыслить логически четко, как профессор.., профессор…
Ну вот, опять он не мог вспомнить фамилию человека из прошлой жизни. Она растаяла, словно предутренний сон. Питер со злости ударил себя по ноге. От этой встряски фамилия Уиллкс вспомнилась.
Кей запнулся. Все собравшиеся за столом, как один, повернули головы к Питеру, а у того покраснели уши.
— М-м-м. Блоха укусила, — смущенно объяснил он свое поведение.
«Мой разум должен работать, как один из „Макинтошей“ Уиллкса», — думал Питер, укореняя каждое слово в недрах собственного мозга, не давая ускользнуть. — Задача: как удалить А (Артуса) от Б (Бедивира) и К (Кея) так, чтобы предложение П (Питера) было высказано А наедине, дабы тот узнал, что он не должен доверять ни Б, ни К».
Кей наконец умолк, и Аргус распустил Совет. Все разошлись, кроме Бедивира и Кея. Эти прилипли к Артусу и Питеру, как репьи. Питер дважды пытался увести Артуса в сторону, дабы переговорить с ним наедине, но оба раза Кей вспоминал какие-то архиважные мелочи и вновь задавал королю вопросы или делал какие-то предложения. В тот миг, когда Питер предпринял вторую попытку, Артус внимательно рассматривал карту, а Кей скорчил Питеру гримасу, означавшую: «Нет, голубчик, ничего у тебя не выйдет, не останешься ты с Dux Bellorum с глазу на глаз, мы с братцем тебе этого не позволим!» Артуса, видимо, серьезно волновали перипетии будущего похода. В конце концов, расстроенный и озабоченный, Питер учтиво попрощался и отправился в свою комнату.
Задернув занавес, он самым внимательным образом перечел все свои записи. Покончив с чтением, он покачал головой, изумленный тем, сколько в «бортжурнале» оказалось повторов, топтания на месте. Постаравшись сосредоточиться, он снова засел за записки.
«Двадцать один день.
Разгадка головоломки состоит в том, что разгадки нет. Я не могу выкурить Селли из норы, ожидая, что она допустит промах.
Когда фехтуешь, старайся предвидеть атаку противника. Он будет скакать влево, вправо, и снова влево, и ты в конце концов не выдержишь, раскроешься, а он нанесет тебе удар в незащищенное место. Но нет, ты должен ждать, быть настороже, ибо когда он будет атаковать, он и сам раскроется. Сун-Цзы: «Неуязвимость в тебе, уязвимость — в противнике. Ловкие воины могут быть неуязвимы, но не могут заставить своих соперников стать уязвимыми».
Когда она решит нанести удар, она должна будет покинуть то место, где чувствует себя уверенно и станет уязвимой. Все как в фехтовании на саблях. Отступай, отступай, а когда она ударит, жди до последней секунды, парируй и наноси ответный удар.
Я найду ее тогда, когда она решит раскрыться.., а если не решит, я выиграю по очкам».
Питер отложил угольный карандаш, спрятал записи, а потом полночи просидел, стараясь мысленно проникнуть под маску Селли Корвин, забыв о тех мудрых советах, которые дал сам себе.
В конце концов перед рассветом он задремал в неудобной позе, проснулся и ударился головой о стену, от чего от стены отвалился здоровенный кусок штукатурки. Голове тоже досталось порядочно.
Питер прислушался — не разбудил ли он кого-нибудь по соседству этим грохотом.
Стук повторился, но тихий, робкий. Кто-то стучал в стену рядом с дверью.
Чья-то невидимая рука откинула занавес. Питер таращил глаза, он еще не вполне очнулся от дремоты. Сердце его похолодело, будто кто-то сжал его холодной рукой.
В комнату вошел.., бигфут, снежный человек, гуманоид семифутового роста, заросший шерстью с ног до головы. Питер медленно поднял сжатую в кулак руку — так, словно сжимал в ней боевой топор.
Моргнув, он увидел старого идиота, Мирддина, маразматика и шарлатана с бородой а-ля Уолт Уитмэн и глазами, мутными из-за катаракты. Питер ахнул, постарался усмирить бешено бьющееся сердце.
— Прости, что потревожил тебя, — сказал старикашка. — Но дело, видишь ли, безотлагательное. Найдется у тебя немного времени, принц Ланселот?
— Какого черта тебе надо, вонючий старый ублюдок? Мирддин промычал что-то нечленораздельное, зашаркал на месте, потеребил ворот рубахи.
— Скажи, — изрек он в виде преамбулы, — позволит ли новый поход на Харлек перейти, так сказать, на новую ступень?
«Матерь Божья! — изумился Питер. — Еще один треклятый масон!» — Уходи, Мирддин. Ступай прочь! Учти: если ты протянешь мне свою обезьянью лапу, чтобы я ее пожал, я тебе ее просто оторву, и все!
Друид промолчал, но не ушел. Выждав, сколько положено, он возобновил попытку втянуть Ланселота в разговор.
— Все защищаешь овец, а, сэр Ланселот?
— Это тебя я скормлю вонючим овцам, если ты не… — Питер запнулся. Он ведь с кем-то уже разговаривал про овец, был такой разговор, и притом сравнительно недавно. А точнее — три недели назад. Вспоминал, вспоминал — и вспомнил.
— Ты когда-нибудь читал три Евангелия — от Матфея, от Луки и от Иоанна?
Мирддин медленно улыбнулся.
— Только не говори, что ты забыл про старину Марка, ладно? — — Господи! Матерь Божья! Марк, неужели это правда ты? Старый волшебник облегченно вздохнул и опустился на колени.
— Хвала небесам — я нашел тебя, Питер.
— Господи, что случилось? Почему ты здесь? Где Селли? Она все еще там, в лаборатории?
— Гм-м-м, ты исчез надолго, а потом явился твой начальник… Купер.
— Полковник Купер?
— Он самый. Явился, и когда все узнал, решил свалить на Уиллкса.
— Угу. Куп никогда особо не жаловал ученых. Да и вообще всех, кто учился в университете.
— Ну, я и уговорил старину Уиллкса позволить мне отправиться следом за тобой. И, Питер.., я нашел ее!
— Ее? Селли? — Питер склонился вперед. Он с трудом удержался от того, чтобы схватить старика за плечи и не потрясти так, как трясут подозреваемых на допросах.
— Ну.., на самом деле я не знаю, в чье тело она вселилась, но я знаю, что она задумала.
Питер сжал кулаки, а Мирддин облизнул пересохшие губы. Глубоко вздохнув, он продолжал:
— Не забывай, это только мои предположения.., но они вполне обоснованные. Я почти уверен, что Селли собирается убить короля Артура во время предстоящего похода.
Питер недоверчиво смотрел на Мирддина.
— Почему ты так думаешь? Зачем ей…
— Питер, — прервал его Мирддин. — Мы.., вернее, Купер, выяснил что Селли получает приказы непосредственно из Белфаста. Приказ был, естественно, закодирован и частично сгорел. Она бросила бумагу в камин в своей комнате, но листок упал за решетку и сгорел не целиком. Текст расшифрован не окончательно — с ним еще копаются декодировщики, но кое-что Куперу удалось разобрать самолично. Этого вполне достаточно, чтобы понять: ее удар будет направлен на Артура — или на Артуса, как его тут называют.
— Артуса? Она собирается убить Артуса?
— Так было сказано в приказе. Уверен, ИРАшники привыкли исполнять приказы. Ты же знаешь, какие они.
Питер поскреб подбородок. Что-то было не так, что-то в словах старого волшебника вызывало у него недоверие.
— Но.., разве Артус… Артур не погиб так или иначе? Все древние предания говорят об этом. В сражении с Моргаузой и Мордредом. «Или история уже изменена? Быть может, на самом деле Артур не погиб тогда, а это я теперь думаю, что погиб, потому что Селли удалось что-то изменить?» Мирддин буркнул что-то неразборчивое, потянул себя за бороду.