Страница 63 из 81
Итан уставился на него.
— За мной следят, Джеффри?
Броуер рассмеялся.
— Не будь смешным. За Адамсом, Дарроу и Джеймсом Отисом следят, как и за многими другими, кто, предполагается, грозит общественному спокойствию.
Ну, конечно.
— Что ж, — сказал Итан, — тогда тебе должно быть интересно узнать, что я собираюсь навестить Эбенезера Макинтоша еще раз. Уверен, что некоторые этому удивятся.
— Вообще-то, полагаю, многие удивятся, почему тебе понадобилось столько времени на поиски негодяя, — Джеффри остановился. — Но из уважения к Бетт, я доверю тебе задать вопросы, которые ты посчитаешь нужным. Меня волнует только то, чтобы ты держался подальше от мистера Дерна. Сделай то, о чем я тебя прошу, и тебе нечего будет меня опасаться.
Итан чуть не рассмеялся вслух. Он никогда не боялся Джеффри. Но когда он повернулся лицом к нему, то остался невозмутимым.
— Бог с тобой, Джеффри, — сказал он. — Однако, скажи мне вот что: а тебя не заботит то, что такие люди как таможенный работник, пойдут на любые ухищрения, чтобы защитить Дерна?
Даже несмотря на то, что вся краска отлила от его лица, Джеффри выдавил из себя слабую улыбку.
— Если уж на то пошло, — продолжил Итан, — не беспокоит ли тебя, что приходится работать бок о бок с такой женщиной, как Сефира Прайс? Бетт знает, что ты имеешь с ней дело?
— Нет у меня с ней никаких дел! — ответил Джеффри.
Но выглядел он ни очень убедительным, отрицая это.
— Конечно, нет. — Итан начал удаляться от него, а затем вновь повернулся лицом к Броуеру.
— Я никогда тебя не боялся, Джеффри. Но если ты осмелишься опять встать на моем пути, я переговорю со своей сестрой и полагаю, что она найдет нашу беседу очень занимательной.
Он не стал дожидаться ответа. Не стал он и возвращаться к дому Дернов. Это не имело ничего общего ни с Джеффри Броуером, ни с Сефирой Прайс, если уж на то пошло. Если уж Дерн решил не разговаривать с ним, то Итан вряд ли мог что-либо поделать, чтобы переубедить его. По крайней мере, пока Дерн оставался у себя дома.
Вместо этого Итан отправился в центр города в бостонскую тюрьму. Пришло время переговорить с Эбенезером Макинтошем.
Томас Хатчинсон упоминал, что друзья Макинтоша работали над тем, чтобы вызволить сапожника из тюрьмы, но Итану слабо в это верилось, считая это выдумками обиженного человека. Однако ж, когда он подходил к тюрьме, то увидел менее ожидаемого встретить такого персонажа, как Питер Дарроу, выводящего из здания молодого человека небольшого ростика, одетого, как чернорабочий. Итан не сомневался, что это был Макинтош.
Итан приблизился к ним. Макинтош его не заметил, но Дарроу заприметил охотника еще издали и на мгновение замешкался, выражение его лица прочесть было трудно. Выглядел он усталым, а движения его казались скованными. Глаза у него были красными, а щеки в каких-то пятнах. Итану пришло на ум, может он пил накануне ночью.
— Мистер Кэйлли, — сказал адвокат. — Полагаю, я должен был ожидать Вашего визита. Вы уже встречались с Эбенезером Макинтошем?
Итан остановился перед двумя мужчинами.
— Нет, еще не встречался.
— Эбенезер Макинтош, это Итан Кэйлли. Мистер Кэйли, знакомьтесь, Эбенезер Макинтош.
Они пожали друг другу руки, Итан не сдержался и поморщился от боли. Башмачник крепкой хваткой и обезоруживающей улыбкой. Его лицо было угловатым и тонким, глаза маленькие и широко расставленные, от чего тот казался похожим на лису. У него был кривой нос, а волосы свисали до плеч каштановыми волнами. Итан бы не назвал этого человека красивым в классическом понимании этого слова, в отличие от Дарроу с его-то квадратной челюстью и миндалевидными глазами. Но был вынужден признать, что что-то мощное и интригующее было в этом человеке. Макинтош не произнес ни слова, а Итан уже мог понять, почему люди потянулись к нему.
— Рад знакомству, мистер Кэйлли. Вы друг мистера Дарроу?
— Нет, вовсе нет.
Лицо Макинтоша вытянулось, и он недовольно насупил брови. Люди на улице уже узнали сапожника и столпились вокруг него, в надежде пожать руку Командира Южной Оконечности и поздравить его с освобождением из тюрьмы.
Макинтош повернулся к Дарроу, наверное, в надежде, что адвокат захочет оградить его от Итана. Но Дарроу не пошевелился. Он наблюдал за Итаном с тем же вежливым выражением лица.
— Мне нужно поговорить с вами, мистер Макинтош, — сказал Итан. — И я боюсь, что это не может ждать.
Мужчина вновь глянул на Дарроу.
— Ну, я не знаю...
— Я расследую убийство Дженнифер Берсон, которое произошел в ночь на двадцать шестое число. Многие в городе, обремененные властью, хотели бы, чтобы вас обвинили в ее смерти.
Итан натолкнулся на твердый взгляд Макинтоша, в котором охотнику явилась суть этого мужчины - уличного бойца.
— Да, — сказал мужчина. — Понятно. Где?
— Пойдемте со мной, — сказал Дарроу обоим мужчинам и начал удаляться.
У Итана не заняло много времени, чтобы сообразить, что мужчина ведет их обратно в «Зеленого дракона». Его не радовала мысль, что ему придется разговаривать с Адамсом и Отисом, а Дарроу будет слушать, но он разберется с этим позже, когда они доберутся до таверны.
Пока они шли, к Макинтошу подошло несколько человек, высказывая слова поддержки или просто надеясь пожать ему руку. И для каждого из них у сапожника находилась улыбка. Итан был поражен таким количеством доброжелателей, он приветствовал их по имени. Томас Хатчинсон бы подумал, что Макинтош такой же как уличные головорезы, но Итан посчитал, что тот просто недооценил последнего. Наблюдая за тем, как Макинтош обменивается любезностями со своими людьми, Итан понял, что тот имел навыки политика, которых у Хатчинсона просто не было.
Но у этой славы была так же и темная сторона. Здесь на улице Брэттл, где они были так же близко к Северной оконечности, как и Южной, каждый житель Южной оконечности видел Макинтоша в качестве героя. Каждый житель Северной оконечности, смотревший на него убийственным взглядом, явно был рассержен тем, что он вот так запросто вновь ходит по улице.
Макинтош, однако, не замечал подобных взглядов в свою сторону или, по крайней мере, делал вид. Он, казалось, согрелся в лучах преклонения его товарищей из южной части Лондона, и зашагал вдоль улицы, как герой-победитель.
Повернув на улицу Ганновер, они прошли мимо дома Холлоуэлла. Итан искал в Макинтоше признаки раскаяния или стыда, или даже гордости за то, что он сотворил в ночь беспорядков. Но тот и видом не подал, где был. Он прогуливался, махал рукой и улыбался, и позволил Дарроу вести себя в «Зеленого дракона».
Однако, как только они оказались внутри, чванливости и самодовольства в Макинтоше несколько поубавилось. Его улыбка исчезла с лица, уступив место подозрительности и беспокойству. Возможно он и доверял Дарроу, но он также понял, что в Драконе у него было мало союзников.
— Мы можем занять столик в углу таверны, — сказал Дарроу, оглянувшись на Макинтоша с Итаном, когда те спускались по лестнице. — Если хотите, я угощу Вас обоих элем.
— Я бы...
— Нет, — сказал Итан, перебивая Макинтоша.
Дарроу остановился у подножия лестницы. Макинтош тоже остановился.
— А в чем дело, мистер Кэйлли? - недовольно спросил Дарроу.
— Я бы хотел переговорить с ним лично, без присутствия Адамса и Отиса, слушающих то, о чем я буду разговаривать.
«Ты думаешь, ты его друг», хотел добавить Итан. «Но нам с тобой виднее».
Дарроу стиснул зубы. Макинтош, казалось, стал выглядеть еще более смущенным и нервным.
— Я бы хотел, чтобы мистер Дарроу остался со мной, — сказал он, наконец.
Итан вздохнул, но едва ли он мог осуждать за это Макинтоша, Дарроу он знал год, а Итана всего десять минут. К чести Дарроу, он вовсе не злорадствовал. Вместо этого он вновь повернулся к Итану с вопросом в глазах.
— Ну, что ж, — сказал Итан. — Если это то, чего он хочет, Вы должны присоединиться к нам.