Страница 12 из 263
- Не так все было, - покачал головой Джеймс. - Первые английские поселенцы Альбиона убили совсем ничтожное число туземцев на войне. Остальных прикончили болезни. Вирусы и микробы. Как вы наверняка знаете, нечто подобное имело место и в Америках. Аборигены не были знакомы с европейскими болезнями, у них не было наследственного иммунитета.
- Но опять же, это не помешало многим индейцам уцелеть, - возразила Вирджиния.
- Я в этом мало что понимаю, но професор Флеминг, микробиолог, изучавший историю Альбиона, объясняет это так, - начал Хеллборн. - Египтянцы были тысячи лет изолированы от внешнего мира. И когда произошел первый контакт, они получили двойной удар. Не только европейские микробы, но и американские. Среди матросов Дрейка и Рэйли хватало таких, кто успел побывать в Америке и подцепить тамошние веселые и грустные болезни. Двойной удар, - повторил Джеймс. - Такого нашествия иноземных вирусов египтянцы просто не выдержали. Не знаю, сколько правды в этой гипотезе, но она многое объясняет. Некоторые египтянцы пытались спастись в других оазисах, но только распространяли эпидемию. Последний оазис мы нашли только в начале нашего столетия, с дирижабля. Мертвый город, поглощенный джунглями...
- А что говорят старые альбионские хроники и летописи? - поинтересовалась мисс Вульф. - Должны же были сохраниться какие-то документы!
- Пять или шесть иноземных вторжений, пять-шесть гражданских войн, две или три войны за независимость, - напомнил Хеллборн. - Бумага хорошо горит... Иногда хроники находились на борту кораблей, плывущих обратно в Англию, но далеко не все они вернулись домой. Слишком много документов погибло, поэтому мы учим раннюю историю Альбиона по обрывкам и намекам...
- Две или три войны за независимость? - удивилась девушка. - Как вы их считаете?
- Готов спорить, в британских учебниках они называются иначе, - усмехнулся альбионец. - Итак, 1777-й год. Потом 1811-й -- в Англии это вообще за отдельную войну не считают, локальная операция против наполеоновской базы. Что же касается последней войны, то здесь даже наши историки друг с другом несогласны. Считать ли высадку Уолкера и его последовавший разгром за отдельную войну -- или же за эпизод Маклиновского мятежа.
Все это время он продолжал вести машину, и плодом его усилий стало появление на горизонте дорожного указателя "Вы покидаете Фрэнсисберг".
- Проклятье! - воскликнул Хеллборн. - Мы ведь проехали не только рядом с императорским дворцом.
- "Город остался за кадром", - улыбнулась она. Так назывался какой-то новый и очень модный французский фильм. У Джеймса не было времени его посмотреть. - Ничего страшного. Остальное покажете на обратном пути.
- Да будет так, - согласился Джеймс. - А теперь посмотрите налево. Это старый золотой рудник...
Но лекция снова сорвалась.
- Золото, - девушка опять покачала головой. - Сколько людей устремились тогда в эту страну в поисках золота?
- Альбионское золото помогло нам построить Каунтер-Армаду и гнать испанцев до самого Мадрида, - напомнил Хеллборн. - Если бы не золото Альбиона, мы бы сейчас говорили по-испански. А мир не стал бы лучше. Вспомните, что несли к нам в Британию католические фанатики. Не только смерть и разрушения - война есть война. Рабство, невежество, инквизицию, самое темное средневековое мракобесие...
- "К нам в Британию" ? - переспросила она.
- Так у нас учат историю, - поведал Джеймс. - Это ведь и наши предки тоже. Примерно до середины семнадцатого века мы были единым народом. После Кромвелля и первой Революции многое изменилось.
- Да здравствует Революция? - уточнила Вирджиния.
- Да здравствует, - согласился он.
* * * * *
Остаток пути они говорили о несерьезных вещах - наконец-то! Джеймс включил радио, Вирджиния оказалась большой ценительницей современной музыки, особенно джаза и французского шансона. Хеллборн свое мнение об этом "исскустве" благоразумно оставил при себе. Лекция по-прежнему не клеилась, но несколько раз он ухитрялся сообщать: "А вот это лаборатории "Браун-Андерспейс"... А вот опытная плантация "Антарес-Комбайн"... А это просто плантация. Только здесь белые люди работают, не то что в вашей Америке... А вот башни Электрической компании. А это всего лишь старая лесопилка".
Потом дорога резко повернула направо, "лендровер" немного попетлял между холмами, и наконец Хеллборн ткнул пальцем в лобовое стекло.
- Вот Она. - "Она" с заглавной буквы.
- Какая прелесть, - прошептала мисс Вульф.
Еще пять минут, и Хеллборн поставил машину на пустую стоянку возле неказистого домика с банальной вывеской "Приют паломников". В другом углу стоянки расположился старенький зеленый квадроцикл. Молодой парень в форме егерской службы сидел за стойкой и о чем-то болтал с пожилым продавцом.
- Мы не можем пожаловаться на избыток туристов, - поведал Джеймс Хеллборн, осмотревшись по сторонам. - Конечно, билеты в Альбион гораздо дороже билетов в Египет. И египетские пирамиды куда известнее. К примеру, возле мексиканских пирамид тоже не наблюдаются толпы туристов.
- Может, это и к лучшему, - заметила Вирджиния. - Подольше простоят. Туристы - это напасть... Разумеется, я не себя имею в виду, - уточнила она. Хеллборн рассмеялся и открыл багажник.
- А как же археологи? - спросила мисс Вульф. - Разве они не сидят здесь безвылазно?
- Ажиотаж прошлых лет давно прошел, - отозвался Хеллборн, копаясь в багажнике. - Теперь они не такие частые гости. В этом году уже была одна экспедиция. Другие еще не приехали.
"И вряд ли уже приедут", - мысленно добавил он.
- К тому же, есть и другие пирамиды. Там сейчас итальянцы работают, если я не ошибаюсь, - Хеллборн захлопнул багажник.
- Зачем это? - нервно покосилась девушка. - Разве здесь встречаются хищники?
- Только не днем, - успокоил ее Джеймс, открывая затвор дробовика. - Ночью - совсем другое дело, ночью они могут забрести даже в город. Это на всякий случай. Вооружен - значит, предупрежден!
- Разве не наоборот? - уточнила мисс Вульф.
- Только не в наших краях, - уверенно отвечал Хеллборн. - Вы готовы? Отсюда пойдем пешком.
Еще минут десять, несколько сломанных веток и раздвинутых кустов, и они оказались у подножия.
- Четвертая Альбионская Пирамида, - к Хеллборну вернулся тон заправского гида. - Самая крупная из четырех десятков, известных нам, и уцелевших до сегодняшнего дня. Ее высота - около 120 метров. Чуть ниже, чем гробницы Хеопса или Хефрена, но эта пирамида кажется выше, поскольку стоит на вершине холма. Точная дата постройки неизвестна. Самая популярная на сегодняшний день оценка - около 500 года до рождества Христова. Но далеко не все археологи согласны с этой датой. Обнаружена Второй Альбионской экспедицией, тогда и отмечена на картах. Первый альбионский картограф не страдал от избытка фантазии, поэтому он просто пронумеровал пирамиды с юга на север - Первая, Вторая и так далее. Грешно так говорить, но, к счастью, вскоре его убили туземцы - или сожрали хищники. История посмеялась над ним, в документах он остался как безымянный Первый Картограф. У сменившего его лейтенанта Джека Тейлора с фантазией было все в порядке. Все остальные пирамиды получили имена собственные - самого Тейлора, его товарищей, и даже старых английских королей. Иногда это выглядит забавно. Сравните - пирамида Хеопса, пирамида Микерина, пирамида Вильгельма Завоевателя, пирамида Ричарда Львиное Сердце. Историкам далекого будущего это прибавит немало головной боли, - ухмыльнулся Джеймс. - Они будут гадать - "действительно ли все эти короли похоронены в Новом Альбионе?" И путать не только Старый Альбион с Новым, но еще и с Авалоном. Здесь есть и пирамида короля Артура, и пирамида Ланселота, и других рыцарей Круглого Стола...
Они принялись медленно подниматься по широким ступеням.