Страница 10 из 22
Я пожала плечами и произнесла:
- На все воля Богов! - посмотрела на девочку, не сморозила ли глупость. Мера согласно кивнула.
- Я каждый вечер молюсь Богине-Матери, - произнесла она глубокомысленно. - Прошу, чтобы я поскорее выросла и стала такой же красивой… Ну, как ты, например! Тогда мальчишки не будут обижать!
Я вздохнула и решила переменить тему. Мужской интерес, по опыту, принес мне больше проблем, чем его отсутствие.
- Пойдем со мной за водой?
Девочка кивнула.
- Не могла бы ты мне помочь? Я многое забыла, пока жила в другом месте. Чем вы моете голову? - крайне насущный, можно сказать, животрепещущий вопрос.
- Голову? - Мера поморщилась - Черной гадкой грязью, ее из золы делают! Щелок называется… Воняет ужасно, но мама заставляет мыться каждую неделю! Кошмар, правда? Вечером опять прийдется, а вода холодная, - пожаловалась она.
Я пожала плечами. Холодная вода меня не пугала, а вот отсутствие шампуня - очень даже.
- Пойдем, я тебе покажу! - Мера схватила меня за руку. - Что, мама Нисса тоже мыться заставила?
- Ага, - согласилась я. - Сегодня же Имболк.
Мы несколько раз сходили к реке и набрали полное корыто воды. По дороге Мера безостановочно болтала, рассказывая о жизни в квартале Нищих. Оказывается, раньше здесь селились горняки, вгрызавшиеся в гору Луар в поисках железа и драгоценных камней. Затем жители квартала нечаянно потревожили самого Диса, бога Подземного Мира. И вот много лет назад, больше чем пальцев на руках и ногах (Мера умела считать только до двадцати), случился мор. Болезнь унесла жизни почти всех обитателей, а оставшихся, по приказу городского Главы, выселили за пределы крепостных стен. Хозяева опустевших домов так и не вернулись. С тех пор в этом месте селиться никто не решался, опасаясь гнева Диса. За исключением нищих, и так обойденных милостью богов. Вскоре неплохие каменные дома горняков приютили новых хозяев: калек и уродцев всех мастей, проституток, вышедшие в тираж, стариков и старух, не способных содержать себя, чьи дети сгинули в жерновах войны; разорившихся крестьян или горожан, которым не удалось найти работу в разросшемся Туиренне. Землетрясения, терзающие горные районы, со временем разрушили когда-то крепкие дома, и квартал горняков стал походить на своих убогих новых обитателей. Вскоре его переименовали в Квартал Нищих.
- Расскажи мне о своей семье, - попросила я, принюхиваясь к черной жиже, которой думалось вымыть голову и постирать одежду. Пахло отвратительно, что и следовало ожидать.
Мера с родителями жила в небольшой деревеньке на землях лорда Мак Лока недалеко от Тиуренна. Ее отец работал на виноградниках на склонах горы Луар. Туиреннские вина славились на весь Эйрианн. Никто не ожидал появления фоморов так далеко на территории Мунстера, обычно эти порождения Темного Мира нападали лишь на пограничные форты и города. Воинский отряд лорда не подоспел во время.
- Тьма и ужас, вот кто они, - печально произнесла Мера, глядя, как я развязываю пояс. Девочка в руках держала маленький горшочек с той самой дурнопахнущей грязью, которой следовало обмазать волосы.
Для безопасности я положила около корыта тупой железный нож, единственный предмет, более-менее похожий на оружие в хозяйстве Ниссы. Дверей в доме не наблюдалось, обитателям Чужого Мира я, особенно в голом виде, не доверяла…
- Огромные, безобразные, с одним глазом во лбу… - продолжала она. - У некоторых слишком много рук, у некоторых нет ни одной, а просто черные, как одеяла, крылья…
Я вздрогнула. Неужто мои покойные ‘знакомцы’ из пустыни?
- А еще с ними были люди в черных доспехах… Представляешь?! Те, которых угнали в плен, и они стали слугами фоморов…
Сочувственно покачала головой. Глупый, жестокий мир!..
- Они убили почти всех… Мы с мамочкой заползли в мое тайное место за амбаром, где я пряталась от мальчишек, когда они дразнили меня. Фоморы нас не нашли! Ой, а что это у тебя? - девочка ткнула пальчиком в заношенный бюстгальтер и бежевого цвета стринги, единственные оставшиеся вещи моего мира. Хотя, нет, еще был амулет на кожаном шнурке и несколько гелиевых пломб во рту.
- Это… трусики и лифчик, - вздохнула я. - В Улайде такие носят… У вас нет?
Она покачала головой. Вот огорчение!.. Как выжить с одними комплектом белья в мире, где постоянно нападают жуткие твари?
- А это что? - спросила она, показав на зигзаг из темно-русых волос, после того, как я разделась догола, мечтая, наконец, смыть пот и грязь пустыни и изматывающей пустынной лихорадки.
- Ваксинг бикини, - и, решив не дожидаться встречного вопроса, быстро добавила: - В Улайде такие делают!
Увы, и ах, где ты, мой мастер с необыкновенно легкой рукой, плошкой горячего воска и неиссякаемой фантазией? Из-под твоей руки выходили шедевры, достойные красоваться в музее. Зеленого пасхального зайчика с кристаллами Сваровски муж вспоминал долго-долго…
- Хочу в Улайд! - восхищенно произнесла Мера. - А что это за камушек?
- Амулет, который мне бабушка подарила, - ответила я, решительно вынимая темный камень из детских ладошек. - Мера, солнышко, полей воду на голову! Только понемногу…
С помощью девочки я вымыла волосы и постирала белье. Мера продолжала рассказывать свою ‘хронику гнусных времен’. Фоморы вырезали всю мужскую часть деревни, угнали в плен женщин и детей. Участь попавших к ним считалась намного печальнее чем у тех, кому просто перерезали горло. Когда появилась воинский отряд из замка, было слишком поздно, в живых остались только она с матерью.
Получив небольшую компенсацию от лорда Мак Лока, Фелиса, мать девочки, оплакав мужа, родню, друзей и соседей, перебралась в Туиренн. Она хотела устроиться в служанки, но не смогла найти работы в переполненном приезжими городе. Какое-то время Фелиса торговала на рынке, но получалось не очень бойко. Деньги заканчивались. Из дешевого постоялого двора они вскоре перебрались в этот квартал. Вскоре, купив на последние деньги разрешение у Гильдии Нищих, мать стала просить милостыню у храма богу Диан Кехту, в чью честь покойный муж назвал дочь.
Мы собрали грязное тряпье в жилище Ниссы, похоже, долго служившее ей, а затем и мне постелью, и отнесли к реке. Я выстирала несколько грязных кусков ткани с оставшейся черной кашицей из горшка. Остальные же натерла глиной, как посоветовала Мера, и прополоскала в медленной проточной воде реки Туи. Вернулась домой и развесила тряпки на изгороди перед домом Ниссы. Свое единственное платье и белье постирала в корыте, и Мера отнесла его сушиться на солнцепеке.
Мы сидели на полу дома и пили молоко. Я, завернувшись в одеяло, рассказывала придуманные истории про Улайд, стараясь, чтобы Мера не слишком удивлялась. Пойдут еще слухи!.. Затем, надев подсохшее белье и все еще влажное платье, под руководством Меры, собрала золу из очага в горшок с водой. Щелоку следовало несколько дней настояться для того, чтобы получилась отличная черная грязь, которой здесь мыли голову и стирали.
Мера попросила разрешения заплести мне две косы, как носили женщины Эйрианна. Я согласилась. Пока ловкие руки девчушки расчесывали мои длинные светлые локоны, она рассказала о своем мире.
Туиренн оказался одним из крупнейших городов Мунстера, хотя столицей была крепость Кашель, где находился королевский дворец. Сам Эйрианн был поделен на шесть государств, в пяти из которых жили люди: Коннахт, Улайд, Мунстер, Лагин и Миде. Первородные обитали в Нуадреанне, другом мире, названном в честь короля Нуаду, вход в который находился среди холмов Тары.
- Первородные? - удивилась я. - А кто это такие?
Мера расчесывала мои волосы, непослушные локоны лезли в глаза, горели золотом в лучах пробивающегося сквозь занавес солнца. От успокаивающих прикосновений гребня клонило в сон.
- Первородные? Как ты можешь не знать! - возмутилась девочка. - Наверное, в Улайде совсем память отшибло! Это Дети Богини Дану, они прилетели сюда в окружении темных облаков. Их было так много, что в течение трех дней затмевали солнце. Король драконов Нуаду Серебряная Рука разбил войска людей, что правили Эйрианном в те времена.