Страница 27 из 52
Глубоко вздохнув, стараясь упорядочить мысли и найти правильные слова, Денис подошел ближе и пальцами поднял подбородок Оли, присмотрелся к ее напуганным, потерянным глаза.
И скривился.
Честное слово, такое ощущение, будто она ждет что вот сейчас он ее прогонит.
- Красуня, - Денис нежно погладил кончиками пальцев тонкую скулу, замерев у губ, которые манили его теперь еще больше. - Не знаю, что именно тебя натолкнуло на мысль, будто я решил таким способом... ускорить развитие наших отношений, - Денис не удержался и прижал ладонь к ее губам. И желая этого, и потому, что она попыталась его прервать.
- Нет, я понимаю, что и слепому будет ясно, как сильно я тебя хочу, тем более, после всего, - он кривовато усмехнулся и, наклонившись, на секунду жадно прижался губами к ее рту. - Но... и я хочу, чтобы ты четко это уяснила, - Денис немного сжал пальцами ее лицо. - Ты для меня — гораздо больше, чем просто красивая девушка или тело, которое возбуждает меня, - Денис не смог не усмехнуться, видя как Оля потупилась и опять застеснялась. - Но так уж вышло, хоть я и сам еще не понял когда и как, что для меня важно и твое настроение, и твои мысли, и чувства, какими бы они ни были. И уж тем более, для меня существенны твои позиции и желания. Ты — больше, чем нравишься мне, красуня, и стала важна для меня за эти пару недель,- Денис пристально смотрел ей в глаза все это время, словно бы добавляя вескости словам.
Он не собирался врать и говорить, что полностью разобрался в себе или влюбился в нее с первого взгляда. Дэн не мог утверждать, что это было именно так.
Зато мог честно признать, что тогда она его заинтересовала. Что с каждой новой встречей вызывала все больше чувств и восхищения в его душе. Что он ощущает радость, когда она рядом.
- Ты... ты тоже мне больше, чем нравишься, Деня, - Оля смотрела на него сквозь ресницы, начав взволнованно теребить декоративную тесьму на своем сарафане.
Его улыбка, вероятно, стала самодовольной — она впервые настолько осмелела, что решилась назвать его уменьшительным именем, и Денису это понравилось. Он наклонился и уже на дольше припал ртом к подрагивающим губам Оли, лаская, пытаясь дать ей немного больше уверенности в том, что развивалось между ними.
- Так вот, - с трудом выдохнул он, когда заставил себя все-таки оторваться от таких податливых губ. Она слишком охотно ему отвечала, чтобы Денис легко сохранял контроль. - Несмотря на все это и на мое желание прямо сейчас уложить тебя на этот стол и заняться с тобой любовью, - прошептал он, едва ли не ей в рот. - Ты имеешь полное право послать меня к черту. И если ты все-таки подумаешь, и согласишься работать в Кофейне — твое желание или нежелание поддерживать со мной отношения — не отразятся на твоей работе. Ясно?
Он замер и попытался угадать мысли Оли по глазам. Но...
Как тут можно хоть о чем-то говорить или думать, когда ее прерывистое дыхание сбивает с мысли? Когда пульс грохочет в том же ритме, которое отбивает ее сердце в груди, чересчур плотно прижатой к телу Дениса? Так, словно и нет между ними тканевой прослойки? Как можно, вообще, о чем-то думать?
И тем не менее, Денис старался преодолеть это и стать выше физического возбуждения. Потому что для него и правда было важно объяснить Оле свою позицию и мнение. Разрешит она или нет их отношениям стать чем-то больше — он не перестанет ее уважать, и не будет думать хуже о своей красуне из-за этого.
Оля вздохнула. Мучительно медленно и долго, раздражая его грудь трением своих напряжённых сосков, что не мог скрыть хлопок платья. И переключилась со своей тесьмы на его сорочку, теребя теперь острый уголок воротника.
- Деня, так не бывает, - она улыбнулась с какой-то несвойственной ей грустью и даже горечью. - Мужчины все равно смотрят иначе потом, после... Все равно воспринимают не так. И относятся иначе. Может я и не очень опытная, но видела, как это бывает, - она не смотрела ему в глаза. - Знаю, как относятся все вокруг, сама злилась, когда одной из горничных многое сходило с рук и меня заставляли делать ее работу, - Оля смущенно скривилась. - Я человек, не святая, и мне было обидно, - честно призналась она. - Я не уважала эту девушку. И не хочу, чтобы ко мне относились так, - она передернула плечами.
Денис поглубже вдохнул.
Он понял, что она пыталась объяснить. И уважал Олю за то, что она не пыталась показаться идеальной или лучше, чем большинство. А ведь тем самым, и правда, становилась чище людей, отрицающих, что могут осуждать или обижаться на окружающих за решения и поступки. Но не отказался от желания прояснить все до конца.
- Оль, между прочим, у мужчин не один секс на уме, - Денис усмехнулся, видя как она вздернула бровь с недоверием. - Ладно, по-большей части не только он, и не у всех, - с улыбкой, которая казалась обезоруживающей, как он надеялся, подмигнул Денис. - Так что, я почти обиделся, что ты именно так восприняла мое предложение. Я и правда хотел тебе помочь. Хоть и выиграл бы от твоего согласия — потому как имел бы возможность видеть тебя постоянно рядом. А теперь — ты почти убедила меня, что я - развращенный мужлан. Даже грустно...
Он умолк и чертыхнулся, поняв, что она снова воспринимает всерьез его шутки. Об этом очень ясно говорили ее расширившиеся глаза с растерянными, испуганными тенями.
- Оля, - Денис крепче сжал ее плечи и немного встряхнул. - Оля, я не серьезно, это шутка..., - черт, так ему придется перестать вообще шутить.
Или надо в ускоренном темпе приучить ее различать его юмор. Разработать какой-то экспресс-курс.
- Деня, я не то имела в виду, правда, - она с силой ухватилась за его воротник, даже удивив Дениса таким отчаянным жестом. - Я не имела в виду, что ты.... такой, - отпустив ткань, она взмахнула руками. - Ты не так вел себя все то время, что мы знакомы. Я просто хотела сказать, что так подумают твои работники, и так посчитают все, кто тебя знает, что ты взял меня только потому, что сейчас я интересна тебе...
- Никто, кто знает меня, так не подумает. Никогда, - отрезал он немного отодвинув Олю от себя, чтобы смотреть ей прямо в глаза.
Правду говорят, что задеть нас могут только те, кто нам небезразличен. Слова Оли его задели, несмотря на разницу в возрасте и весь здравый смысл.
И она это поняла. Денис по глазам видел, что Оля ощутила, как ему неприятно такое слышать.
На несколько мгновений в кабинете повисла тишина, напряжение которой никто из них не прерывал. А потом Оля отступила на шаг.
- Прости, - напряженно выговорила она, вцепившись пальцами в край стола. - Я не хотела тебя обидеть или..., - видно ей трудно оказалось подобрать слова, потому что Оля никак не могла продолжить.
Денис шагнул следом, уже собираясь сказать, что ладно, он понял, попытаться наладить мир, который внезапно и непонятно, оказался под угрозой. Но его остановил ее голос.
- Прости, что по другим судила тебя, - она виновато усмехнулась. - Я не хотела тебя обидеть. Просто..., - Оля еще сильнее вцепилась в стол. - Знаешь, не обижайся, Денис. Ты старше меня, опытней, знаешь и видел куда больше. А я сужу только по своей жизни, по начальнику, который намекал, что не против получить от меня нечто побольше хорошо выполненной работы, и по другу, который хотел зарабатывать деньги, став моим сутенером, и при этом обещал, что все равно будет меня любить, сколько бы мужчин не заплатило за меня в постели, - она скривилась, с трудом облизнув сухие губы.