Страница 15 из 71
- Понятно, - сказал Москаленко.
- Дальше начинается самое интересное, - продолжил Волосников. - Из общей могилы, в которой были захоронены бандиты, исчезает один из трупов. Был ли это труп Рабера, или нет, но одного трупа мы не досчитались.
Значит, 23 декабря, Рабер не был убит в перестрелке, потому, что его 26 декабря арестовывает патруль железнодорожной милиции. Где он находился эти трое суток, установить не удалось. Его отправляют в сумасшедший дом, а 29 декабря снова арестовывают, но уже люди Портнова[3]. Рабер проявил непонятную и не свойственную ему некомпетентность во всех вопросах и практически сам сдался патрулю, сам подписал себе приговор по статье 58-10 и был отправлен этапом в Борлаг. У него оказались фальшивые деньги и фальшивый паспорт, которые могли быть только у сумасшедшего. Кроме того, у Рабера начисто отсутствовали все блатные набойки[4]. Но дактилоскопические отпечатки, физические параметры и фотография упрямо подтверждают, что этот Рабер настоящий, тот которого мы разыскиваем, но потерявший память в результате какого-то сильнейшего стресса.
- Кажется, у Рабера нет семьи? - спросил Москаленко.
- Нет, - подтвердил Волосников. - Но меня больше смущает отсутствие у Рабера набоек…
- Ну, это легко объяснимо, - произнес Москаленко. - Раберу до пенсии оставалось около года. При его связях в блатном мире, он вполне мог найти специалиста-химика, который мог начисто свести ему все набойки. Возможно, он ожидал перевода в Москву и они ему были больше не нужны. Остается невыясненным, где он получил этот стресс?
- А может быть, Рабер решил выйти из игры таким образом? - предположил Волосников.
- Нет, - Москаленко покачал головой. - Зачем? Рабер, всю свою жизнь провел среди блатных, он не был посвящен в государственные тайны, за которые мог бояться ликвидации. Разве Раберу была нужна 58-я политическая статья и ненужная смерть в Борлаге? Такие люди, как Рабер, не выберут для себя путь медленного самоубийства. Кстати, майор, вы не выяснили, отправлен ли Рабер в Борлаг по указке Москвы, или это произошло случайно?
- Я не уточнял это, что бы не акцентировать внимание капитана Салехова на этом факте. Если такое распоряжение имело место, то согласно инструкции капитан Салехов мне ничего бы не сказал об этом. Но по моим личным наблюдениям, Салехов был сильно удивлен моим вмешательством в дело такого незначительного заключенного, каковым он считает Рабера. Больше вероятно то, что капитан Салехов совершенно не в курсе, кто такой Рабер и не имел специальной инструкции из Москвы.
Москаленко провел рукой по гладковыбритому подбородку.
- Все это очень запутано. Как вы думаете, Николай Яковлевич, не совершаем ли мы ошибку, вытаскивая Рабера из этого лагеря?
- Если бы Рабер был отправлен туда по заданию, то нам пришло бы сообщение из Москвы. Но такового не поступало, из чего следует, что подполковник Рабер действительно потерял память и оказался в Борлаге совершенно случайно.
В результате этого расследования начался оживленный обмен телеграммами:
“Министру Государственной Безопасности генерал-полковнику СССР Абакумову В.С.
22 марта 1949 года. Совершенно секретно. Срочно.
В результате оперативно-разыскных мероприятий, проводимых МГБ в Читинской области, было обнаружено местоположение объекта “Алмаз”, который в настоящее время находится в ИТЛ по обслуживанию Ермаковского радиоуправления “Стрела”. По нашим данным объект “Алмаз” в результате контузии полученной при выполнении боевого задания частично потерял память и был арестован сотрудниками МВД при невыясненных до конца обстоятельствах. В связи с тем, что Читинское Управление МГБ не имеет права своей властью затребовать заключенного “Алмаз” из вышеуказанного ИТЛ, подчиненного непосредственно Московскому Управлению Юстиции, необходимо ваша санкция для возвращения объекта в город Чита.
Начальник УМГБ по Читинской области полковник Москаленко В.И.”
“Начальнику УМГБ по Читинской области полковнику Москаленко В.И.
22 марта 1949 года. Совершенно секретно.
Объект “Алмаз” будет в ближайшее время доставлен под конвоем в город Чита. Соблюдая секретность проводимой операции, необходимо оказать ему необходимую медицинскую помощь для дальнейшего выполнения задания. О его состоянии телеграфируйте. В случае необходимости специфической врачебной помощи для его полного излечения разрешаем переправить объект в Москву.
Начальник 4-го Управления МГБ генерал-майор Рогов В.П.”
“Начальнику управления конвойных войск МВД СССР; генерал-лейтенанту Бочкову В.М.
22 марта 1949 года. Секретно. Срочно. Крайне важно.
Силами 86-й дивизии конвойных войск МВД СССР необходимо обеспечить спецконвоем внутренних войск для сопровождения из лагеря “Стрела” особо опасного заключенного - Рабера Михаила Аркадьевича. Для транспортировки заключенного выделить из состава ВВС самолет, которым его в кратчайший срок, невредимым доставить в город Чита, Главное Управление МГБ. Об исполнении немедленно телеграфировать.
Министр МГБ СССР Абакумов В.С.”
“Начальнику ИТЛ “Стрела” инженер-подполковнику Мальцеву С.Ф.
22 марта 1949 года. Секретно. Немедленно принять к исполнению.
По первому требованию передать спецконвою Внутренних Войск особо ценного заключенного Рабера Михаила Аркадьевича. Строго запрещается причинение этому заключенному любого физического и морального вреда, в том числе и допросов в любой форме. Обеспечить ему безопасность.
Министр МГБ СССР Абакумов В.С.”
“Начальнику 3-го Отдела 3-го Главного Управления МГБ подполковнику Пуминову В.Н.
23 марта 1949 года. Секретно.
Собрать все сведения о воре-рецидивисте Рабер Михаиле Аркадьевиче и проверить, не пересекался ли он, будучи на свободе с представителями зарубежных и наших спецслужб в период с 01 ноября 1947 года до 23 декабря 1948 года - даты инсценированной им смерти.
Заместитель Министра МГБ СССР генерал-лейтенант Селивановский Н.Н.”
“Начальнику УМГБ по Читинской области полковнику Москаленко В.И.
23 марта 1949 года. Совершенно секретно.
Доложить о пригодности объекта “Алмаз” к возможности дальнейшего использования в качестве резидента.
Председатель Совета Министров СССР Берия Л.П. “
–––––––––––––––-
[1] Москаленко Валентин Иванович - Начальник МГБ Читинской области с 21 октября 1946 - 28 января 1950 года. “…назначенный начальник управления МГБ В.И. Москаленко, зная о злоупотреблениях бывшего руководства, не принял мер к их прекращению, а узнав о наличии остатков спирта, окороков, колбасы и других продуктов питания и товаров из числа трофейного имущества, распорядился раздать спирт бесплатно начальникам отделов, не забыв и себя. Москаленко брал себе со склада окорока, колбасу и другие продукты, не закрыл незаконно организованную пошивочную мастерскую во внутренней тюрьме МГБ, сам сшил в этой мастерской бесплатно четыре костюма и разрешал бесплатно пошивку костюмов другим работникам УМГБ. Москаленко признал свою вину лишь в том, что использовал для шитья костюмов заключённого портного: “Деньги не оплачивал как он, так и другие работники, имея в виду, что осуждённым не платят”. В союзном МГБ ограничились объяснением Москаленко, назначив его министром госбезопасности Эстонской ССР”. См. А.Г. Тепляков. “О коррупции в органах НКГБ-МГБ СССР 1940-1950-х гг.”
[2] Сухарь (жаргон) - человек, скрывающийся под чужой фамилией.
[3] Портнов Иван Борисович, генерал-майор УМВД по Читинской области (31 июля 1941 - 21 марта 1949 г.)
[4] Набойка (жаргон) - тутуировка.
ГЛАВА 6. ПОДПОЛКОВНИК МГБ.
02 апреля 1949 года. 20 часов 05 минут по местному времени.
Управление МГБ города Читы.
***