Страница 47 из 48
Да и ездили они казалось порой получше некоторых конных воинов. Во всяком случае стрельба на ходу, или владение шашкой тем же способом у них было поставлено очень хорошо. Да и при одном виде почти двухметровой в высоту и четырёх метровой в длину махины, машины для убийств, несущейся на тебя, а на верху ещё и наездник, с рубящей саблей, всё это просто пугало, до дрожи в коленках.
Закончили мы смотр полностью уже ближе к вечеру, отпустили солдат на отдых, а сами сели в повозку и отправились назад в Красноярск. Артём был доволен собой, он буквально лучился от счастья. Да и мне в общем-то понравилась эта задумка, хоть поначалу она казалась мне абсурдной.
Я попросил высадить меня на рынке, там я хотел купить кое-какие продукты для дома. Благо теперь после объединения, в Красноярск стекается куча разнообразных товаров. От мёда и даже пряников, до льняной и конопляной одежды, рубах и штанов. Популярна была вышивка в старорусском стиле, у меня и у самого было несколько рубах косовороток с различными славянскими узорами. Сейчас я планировал взять хлеб, и что-нибудь мясного, мне самому хотелось съесть что-нибудь основательное, да и Иван был бы не против, теперь по прошествии месяца он избавился от былой пугающей худобы.
Среди торговых рядовых, где я пытался хоть как-то вести торговлю, что получалось крайне редко, «мешала» моя форма, известность и погоны, завидев меня у прилавка, торговцы хотели, чуть ли не бесплатно вручить мне то, что я хотел.
И вот, после того как я приобрёл у одной из лавок копчёного сала, ко мне подошёл человек в гражданском, и тут же начал бойко но тихо разговаривать. Я сразу же узнал его, у меня не плохая память на лица, особенно на тех перед кем я провинился. Это был тот самый генерал, которого разжаловал Артём в рядовые, и тот видимо вообще ушёл со службы.
- Здравствуйте Евгений, - обратился ко мне он, теперь в его словах не было такой пылкости как раньше, говорил он тихо, размеренно, даже можно сказать смерено.
- Добрый вечер, - поприветствовал его я, искренне удивившись его увидеть.
- Мне нужно с вам, очень серьёзно поговорить, - сказал он, взяв меня за локоть, и упорно повёл куда-то. – Давайте уйдём в пельменную? Я договорился, там никого не будет и никто нам не помешает. Там будет вывеска закрыто, но не обращайте внимания.
Я не знал как поступить. Просто так послать этого мужика куда подальше было нельзя, уж что-то больно серьёзное вертелось вокруг этого мужичка, и похоже вокруг меня.
Вывеска пельменная, дверь которой была действительно на вид закрыто, табличка на это указывала, витрины были занавешены, либо заклеены, определить было сложно. В общем сделано было хорошо, и никаких позывов зайти или постучаться у меня не было.
Бывший генерал завёл меня внутрь, и закрыл за нами дверь, на ключ. «В фильмах и книгах обычно, после таких моментов кого-то убивают, - почему-то пронеслось в голове».
- Присаживайтесь, - говорил он учтиво, показывая на стул, подле единственного круглого стола посредине пельменной.
- О чём вы хотите говорить желаете? – спросил я, уже начиная уставать от томительного ожидания.
- Видите ли, вы же понимаете, что Артём как лидер, как правитель народу не нравиться, - начал похоже немного из далеко он. – Не далеко момент, когда в народе произойдёт взрыв.
- К чему вы клоните? – спросил я, в принципе понимаю, к чему он ведёт, однако мне хотелось услышать это однозначно.
- Если произойдёт взрыв, всё рухнет, снова, и будет очень не хорошо, - продолжал он свой рассказ. – Но дело лишь в Артёме. Мы понимаем, что вы ведёте хозяйственные и политические дела, и ведёте хорошо, постепенно всё успокоилось и хорошо развивается. Но народ не понимает что дело в президенте.
- Скажите чётко, чего вы хотите? – сказал прямо я.
- Как нам кажется всё должно произойти мирно, как бы само собой, - начал опять он. – И вы бы очень подошли в качестве кандидатуры нового президента. Я понимаю что вы понимаете необходимость этого, и сами хотите на эту должность.
- С чего вы взяли? – спросил я.
- Но ведь…
- Вы предлагаете мне идти против собственного лучшего друга, который абсолютно честным образом эту должность заслужил…
- Но он ведь её не достоин! – чуть ли не прокричал мужичок, но потом как бы ужаснулся громкости своего голоса, и снова начал говорить полушёпотом. – Когда-нибудь ему в голову придёт мысль, убрать вас, посчитает что вы угроза для его власти и всё! Вы не сможете больше продвигать свои законы! Не сможете! И что тогда? Кто будет это делать кроме вас? Артём? Я не уверен.
- Я всё понял, - сказал уверенно я, и пошёл к выходу.
- Да нет же! Постойте! – уже перешёл на крик он, и прибежав к двери быстрее меня встал в проёме. – Что для вас важнее? Дружба или судьба государства, его народа. Революция что это хорошо? Сколько ещё русских людей должно погибнуть?
- Отойдите с дороги, - вежливо сказал я.
- Вы не понимаете! Когда-нибудь грянет революция, и к власти придут не те люди! Пока есть шанс сохранить страну, нужно его использовать! В общем мы вас свою позицию высказали, когда мы решим устроить переворот, мы вас сообщим, захотите стать участником и лидером, пожалуйста. Если же нет… то будем решать вопрос. А потом не факт что вы останетесь хотя бы при своей должности. Всего доброго, и подумайте, пожалуйста, ещё раз. Хорошенько.
Я вышел из этой пельменной словно ошарашенный. Мысли путались, одна перебивала другую. Мозг и рациональное мышления старалось отвергнуть даже мысль об принятии их предложении.
«Гвардия будет за меня, - вдруг пронеслась в голове шальная мысль. – К чёрту её, к чёрту! Нельзя так».
До дома я шёл будто бы на автомате, как пьяные ходят, шатаясь падая, но всё же доходя до места, даже и не помня об этом. Инстинкты. Только они привели меня к двери моей квартиры. Я зашёл внутрь, и сразу же бросив продукты на стол, отправился в свой кабинет, где стояла простая солдатская кровать.
Я пытался всё хорошенько обдумать, гнал дурные мысли, но они словно буровые, пробивались через мою защиту, и сверлили уже ставший от этих идей мозг.
« Будет ли это предательством? – подумалось мне. – Или же это жертва во блага? Нет! Нет! Предательство друга, не дело. Хотя, а во благо государства как же? Не для своих ведь корыстных целей, во благо народа. Глядишь и простительно а? Ведь Артём даже не может представить то, что я предам его, сам проболтался дурак. Это хорошо, у меня может быть гибкость, и не будет боязни попасться. СТОП! Что я вообще несу? Как я посмел себе это представить! К дьяволу эти мысли, обратно, откуда они и пришил! Революция грядёт? Подавим? Шайку эту, что переворот планирует, найду и всех повешу! Так будет правильнее!».
Мысли скакали как шальные, какие-то вгрызались в голову словно черти, а другие просто мелькали миом, оставляя только след и ничего больше. Мне не хотелось сейчас ничего, я прикрыл глаза, и не заметил как уснул.
Как говориться, сны отображают подсознание человека? По ним можно определить всё подноготную человеческую. Мало того, в них отображаются несделанные или сделанные дела, несбытные мечты и помыслы. Абсурдный вариант будущего, или порой абстрактный.
Вы ведь никогда не помните начало сна? Вы сразу оказываетесь где-то и посреди событий. При чём в местах не обычных, и не понятных.
И вот вдруг, спустя уже месяц, моё подсознание вернуло меня в общежитие тогда ещё родной школы. Я находился в такой знакомой, до самых мелочей комнате Артёма, тот мирно спал, накрывшись своим любимым красным вязаным пледом.
Я стоял посреди комнаты, крутясь на месте, что-то высматривая. Но в глаза бросалась только игрушечная корова в респираторе, сидящая на книжной полке. Второго соседа же не было. То есть вообще, ни его вещей, ни его кровати. Артём был здесь один, со мной. Не знаю как это описать, но я чувствовал, что мой друг мне доверял. Не ждал удара в спину, а возможно даже попросил постеречь его сон.
Вдруг дверь в комнату распахнулась, из абсолютно тёмного коридора, в котором дальше своего носа ничего не было видно, в залитую дневным и электрическим светом комнату кто-то вошёл. Буквально вынырнул из чёрной бездны коридора, появился не откуда. А за ним, второй, третий, ещё и ещё. В руках у них были спицы, которыми бабушки уже преклонного возраста вяжут своим внукам тёплые шерстяные носочки.