Страница 43 из 106
8. Пивоваров Ю.С., Фурсов А.И. Русская Система // Рубежи. — М., 1995. — № 1–5 и след.
9. Пригожин И., Стенгерс И. Порядок из Хаоса. — М.: Прогресс, 1986. — 431 с.
10. Пригожий И., Стенгерс И. Время, Хаос, Квант. — М.: Прогресс, 1994. — 431 с.
11. Совершенно секретно. — М., 1994. — № 10. — С. 4–5.
12. Тихомиров Л. Воспоминания Льва Тихомирова, — М; Л., 1927. — XL,516 с.
13. Степун Ф. Бывшее и несбывшееся. — М.: Прогресс‑литера; СПб.: Алетейя, 1995. — 651с.
14. Фуко М. Слова и вещи. — М.: Прогресс, 1977. — 488 с.
15. Фурсов А.И. Капитализм в рамках антиномии «Восток — Запад»: Проблемы теории // Капитализм и Восток во второй половине XX в. — М., Наука, 1995. — С. 16–133; 597–599.
16. Эко У. Заметки на полях «Имя Розы» // Иностр. лит. — М., 1988. — N 10. — С. 97–106.
17. Bahro R. From red to green: Interviews with «New left rev». — L.: Verso, 1984. — 239 p.
18. Braudel F. Civilization materielle, economique el capitalismе, XV–XVIII siеcles. — P.: Colin, 1979. — Vol. 2: Les jeux de I'echange. — 855 p.
19. Certeau, M.de. L'invention du quotidien. — P.: Gallimard, 1990. — Vol. 1: Arts de faire. — 350p.
20. Furet F. La Revolution francaise. — P.: Hachetle, 1988. — Vol. 1: De Turgot a Napoleon. — 544 p.
21. Gimpel J. Cathedral builders. — L.: Russel, 1980, — 236 p.
22. Gimpel J. The medieval machine: The industrial revolution of the Middle Ages. — Aldershot: Wildwood house, 1988. — 294 p.
23. Jameson F. Postmodernism, or, cultural logic of late capitalism. — Durham, Duke Univ. press, 1991. — XXII.,438 p.
24. Laulan I.‑M. La planète balcanizée. — P.: Hachеtte, 1993. — 365 p.
25. Minc A. Le nouveau Moyen Age. — P.: Gallimard, 1993. — 251 p.
26. Morin E. Les stars. — P.: Seuil, 1972. — 190 p.
27. Nandy A. The shadow state // Illustrated weekly of India. — Bombay, 1985, Fеbr.24 — March 2. — P. 20–23.
28. Pocock J.G.A. Modernity and antimordemity in the anglophone political tradition // Patterns of modernity. — N.Y., 1987. — Vol. 1 — P. 44–59.
29. Priestly J.B. The Edvardians. — N.Y. etc.: Harper a. Row, 1970. — 302 p.
30. Rufin J.‑C. L'empire et les nouveaux barbares: Rupture Nord. — Sud. — P.: Lattes, 1991. — 255 p.
31. Schumpeter J. Capitalism, Socialism, Democracy. — N.Y. etc.: Harper a. Row. 19. —XIV,431 p.
32. Symons J. Bloody murder: The classic crime fiction reference fully revised and uptaded. — L. etc.: Pan Books, 1992. — 365 p.
33. Tolkien J.R.R. The Lord of the rings. — L.: Harper Collins, 1992. — Vol. 1: The fellowship of the ring. — 427 p.
34. Wallerstein I. The bourgeois(ie) as concept and reality // New left rev. — L., 1988. — N 167. — P. 91–105.
35. Wallerstein I. The Cold War and the Third world: The good Old Days / Fernand Braudel Center for the study of economies, historical systems, a. civilizations. — N.Y., 1990. — 20 p
36. Weber‑Shafer P. Politics: A European luxury // Culture and politics / Ed. by Crauston M., Barlevi L.S. — Boston; N.Y.: De Gruyter, 1988. — Р. 120–129.
37. Wiener M.J. English culture and the decline of industrial spirit, 1850–1980. — Cambridge etc.: Cambridge univ. press, 1981. — XI,217 p.
38. Jantsch E. The self‑organizing Universe: Sci. a. human implications of the emerging paradigm of evolution. — Oxford etc.: Pergamon press, 1980. — XVI,343 p.
Часть II[11]
Не спрашивай никогда, по ком звонит Колокол: он звонит по Тебе.
Джон Донн.
XXXVII
Падение коммунистического Центра, точнее — Центроверха, его — по видимости — ликвидация тремя «обкомовцами», представителями регионов и выходцами из них, ухудшение жизни значительной части населения, рост насилия (войны, этнические чистки, криминализация, асоциализация) — реализовались не только как результат распада коммунизма, хотя как и это тоже. Все это, помимо автодинамических причин — логики разложения коммунистического порядка, было следствием хотя и негативного, но вступления СССР/России в энтээровский мир и век. Это и есть пока Русский Путь в XXI в.: «Ино побредем еще». Впору кричать: «Симсим, открой, я хочу выйти!» Симсим Истории только впускает, но не выпускает, так же как машина времени Истории, которая катит только в одну сторону. И чтобы не оказаться похожим на персонажа детской страшилки: «Мальчик едет на машине, весь размазанный по шине», — русским людям предстоит приложить немало усилий и истребить многое в своей душе.
Лютер был совершенно прав, объявив истребление каждым человеком попа в своей душе пропуском в будущее. Аналогичным образом обстоит дело и с нами. Только вопрос о внутреннем объекте истребления для нас значительно сложнее, чем в Германии на рубеже Нового времени. Причин тому много. И потому что мы — на выходе из этого времени, а не на входе; и потому что мир за почти 500 лет стал неимоверно сложнее; и потому что исторически мы, русские люди — любители рубки леса и полета щепок, — привыкли больше истреблять объекты не внутри, а вовне себя. Так ведь рубёж — это и есть наш способ расширения рубежей.
Нынешняя российская ситуация, Русский Путь в XXI в., по крайней мере в одном отношении, напоминает ситуацию конца XIX — начала XX в., Русский Путь в XX в. С 60‑х годов XIX столетия в России нарастали процессы социального распада, разложения, социальной дезорганизации. Они были более интенсивными, чем процессы формирования новой социальной структуры, обгоняли темпы ее складывания. Практически все правительства Русской Смуты в 1860‑е — 1920‑е годы пытались противопоставить социальной дезорганизации — этому историческому закону распада социальных систем — ту или иную форму организации. И проиграли. Потому что вал стихии был слишком силен и высок, чтобы его можно было обуздать теми средствами, которыми располагала докоммунистическая власть в Русской Системе, и теми методами, которые она была готова применить. Потому проиграли все правительства. Кроме одного — большевистского.
Большевики, в отличие от своих предшественников, не стали сдерживать ни вал насилия, которое все более приватизировалось, ни социальную дезорганизацию. Они национализировали насилие и организовали дезорганизацию, оседлав ее как закон истории распадающегося самодержавия, как одну из тенденций его распада. И победили, завершив Смуту в 20‑е годы. Контролировать дезорганизацию на порядок, если не на порядки, сложнее, чем организацию. Для этого нужны сверхорганизация и сверхконтроль. Большевики это обеспечили. Точнее, не большевики и даже не необольшевики Ленина — «партия нового типа» для этих задач не годилась и потому должна была исчезнуть, — а организация, созданная Сталиным, главным технологом Русской Власти XX в. Технолог, который переиграл и главного конструктора, и главного инженера, и все конструкторское бюро, отправив его работников кого на тот свет, кого в «шарашки».
Победили те, кто понял, что Русский Путь в XX в. — это контроль над процессами социального распада с помощью его институциализации и дехаотизации. А затем уничтожения или поглощения всех «частных» и неорганизованных форм насилия. Всего того, что ни укладывалось в прокрустово ложе новой структуры Русской Системы. Того, что мы знаем из истории, по книгам, по фильмам — всякие батьки ангелы, леньки пантелеевы, бандиты костылевы.
«Все сметено могучим ураганом,
И нам с тобой осталось кочевать», — пелось в шлягере времен нэпа. Большевики поставили под контроль и одновременно под ураган все — и тех, кому осталось кочевать, и пространство для кочевания, и самих себя. Потому‑то многие, включая многих бывших, и были готовы добровольно пойти на службу к большевикам. Как заметила Н. Мандельштам, большевики спасли их от народной стихии, освободили от испуга, страха и ужаса перед этой стихией, впрочем, заменив вскоре этот и ужас фобосом и деймосом «организованно‑послушных масс», «организованно‑послушного не‑демоса».
11
Часть I содержит главы I–XXXVI и стр. 1–181.