Страница 23 из 218
и сдержанностью, занимали все более заметное место 282. А французская консульская юрисдикция * (которой к тому же будут позднее подчинены вопросы и тяжбы, связанные с банкротствами) образовывала для товаров привилегированную судебную власть, действовавшую «по закону торговли» (per legem mercatoriam), юстицию быструю и охранявшую интересы классовые. Настолько, что 17 января 1757 г. Ле-Пюи 283, all июня 1783 г. Периге284 настойчиво просили для себя консульской юрисдикции, которая облегчила бы их торговую жизнь.
Что касается французских торговых палат в XVIII в. (первая была создана в Дюнкерке в 1700 г.285), которые были скопированы в Италии (Венеция— 1763 г.286, Флоренция— 1770 г.287), то они стремились укрепить власть крупных негоциантов в ущерб остальным. Именно это прямо говорил один дюнкеркский купец 6 января 1710 г.: «Все эти торговые палаты. годны лишь на то, чтобы разрушать всеобщую торговлю [торговлю всех], делая 5 или 6 частных лиц абсолютными господами мореходства и коммерции там, где они обосновались» 288. Так что это учреждение оказывалось более или менее удачными в зависимости от места. В Марселе торговая палата была сердцем торговой жизни, а в Лионе им был совет эшевенов, так что торговая палата, в которой не больно-то нуждались, в конце концов перестала собираться. 27 июня 1775 г. генеральный контролер финансов писал: «Мне сообщили... что лионская торговая палата вовсе или почти не собирается, что распоряжения, содержащиеся в решении Совета от 1702 г., совсем не исполняются и что все, что относится до торговли сего города, рассматривается и решается синдиками» — следует понимать эшевенами города 2 9. Но достаточно ли было поднять голос, чтобы призвать это учреждение к повседневной жизни? В 1728 г. Сен-Мало безуспешно просил короля дать городу торговую палату 290.
Итак, ясно, что в XVIII в. орудия крупной торговли множились и разнообразились. Тем не менее ярмарки и биржи еще оставались в центре большой торговой жизни.
ЯРМАРКИ, СТАРОЕ, БЕЗ КОНЦА ПЕРЕДЕЛЫВАЕМОЕ ОРУДИЕ
291
Mitterauer M. Jahrmärkte in Nachfolge antiker Zentralorte.— "Mitteilungen des Instituts für sterreichische Geschichtsforschung", 1967, S. 237 ff.
292 Savary des
Bruslons J. Op. cit., s. v.
"Landi", col. 508.
293 Bourquelot F. Etudes sur les foires de Champagne. 1865, p. 10.
Ярмарки — старое учреждение, менее древнее, нежели рынки (да и то едва ли!), но тем не менее с бесконечными корнями, глубоко уходящими в прошлое291. Во Франции исторические исследования, справедливо или несправедливо, относят их происхождение к доримским временам, вплоть до далекой эпохи великих кельтских миграций. На Западе их возрождение в XI в. не было движением с нуля, как обычно отмечается, поскольку еще сохранялись следы городов, рынков, ярмарок, паломничеств — короче говоря, привычки, к которым достаточно было бы обратиться вновь. Об ярмарке в Ланди около Сен-Дени говорили, что она восходит по меньшей мере к IX в., к правлению Карла Лысого 292; об ярмарках в Труа — что они восходят к римским временам 293; о лионских ярмарках -
==68
Brackenhoffer E. p. cit., p. 105. Он узнал об этом, проезжая через Лион, и ссылается на Евсевия (IV, гл. 3).
295 A.N., F12, 1259 D. Ливри-сюр-Мёз, вандемьер VIII г.
296 Littré, s. v. "Marché". Рынки и ярмарки не могли учреждаться иначе, как с соизволения короля. См. Ferret. Traité de l'abus, I, 9.
297 A. N., K 1252.
298 Bouchard G. t/n village immobile, Se
299 Savary des Bruslons J. Op. cit., II, col. 668.
300 Ibid., col. 663.
301 Ibid., col. 668. 102 Ibid., col. 671. 303 Merley J. La Haute-Loire de la fin de l'Ancien Régime aux débuts de la Troisième République, 1776—IS86. 1974, I, p. 146—147.
что они были учреждены около 172 г. н. э.294 [Необоснованные] притязания, россказни? И да и нет, коль скоро, по всей вероятности, ярмарки были еще более древними, чем в этих притязаниях.
Во всяком случае, их возраст не мешал ярмаркам быть живым институтом, и институтом, который приспосабливался к обстоятельствам. Их роль заключалась в том, чтобы разрывать слишком узкий круг обычных обменов. Некая деревня в департаменте Мёз просила .в 1800 г. об учреждении ярмарки, дабы заставить добираться до нее скобяной товар, которого ей недоставало 295. Даже ярмарки во множестве скромных местечек, кажущиеся всего лишь союзом соседней деревни и городского ремесла, на самом деле ломали обычный круг обменов. Что же касается крупных ярмарок, то они мобилизовывали ( экономику обширных регионов. Порой весь Запад целиком встречался на них, пользуясь предоставленными вольностями и льготами, которые на короткое время снимали препятствие в виде многочисленных налогов и дорожных пошлин. С этого момента все способствовало тому, чтобы ярмарка стала из ряда вон выходящим сборищем. Государь, который очень рано стал прибирать к рукам эти определяющие сборища народа (король французский296, король английский, император), умножал число милостей, льгот, гарантий, привилегий. Тем не менее заметим мимоходом: ярмарки не были вольными в силу самого того факта, что они были ярмарками, ipso facto. И ни одна из них, даже ярмарка в Бокере, не жила в режиме совершенно свободного обмена. Например, о трех «королевских» ярмарках в Сомюре, каждая продолжительностью в три дня, один текст гласит, что от них «мало пользы, ибо они не вольные» 297.
Все ярмарки представляются как бы городами, эфемерными несомненно, но все-таки городами, хотя бы уже по числу участвовавших в них людей. Они периодически воздвигают свои декорации, а затем, по окончании праздника, снимаются с места. После месяца, двух или трех отсутствия они возникали снова. Следовательно, каждая из них имела свой ритм, свой календарь, свои «позывные», иные, чем у ее соседей. Впрочем, самой высокой частотой отличались не самые важные, а совсем простые ярмарки скота, или, как говорили, «скоромные ярмарки» (foires grasses). Сюлли-на-Луаре около Орлеана298, Понтиньи в Бретани, Сен-Клер и Бомон-де-Ломань имели каждый по восемь ярмарок в год 99; Лектур в монтобанском фискальном округе — девять300, Ош—одиннадцать301. «Скоромные ярмарки, кои собираются в Шенерае, большом местечке овернской Верхней Марки, знамениты количеством откормленных животных, что там продаются и большею частью пригоняются в Париж». Эти ярмарки происходили в первый вторник каждого месяца. Всего, следовательно, двенадцать ярмарок302. Точно так же в городе Пюи «собирается двенадцать ярмарок в году, где продают всякого рода скотину, в особенности множество мулов и лошаков, много шкур, оптовые партии лангедокских сукон всех сортов изготовления, белые и рыжие овернские холсты, пеньку, нитки, шерсть, всякого рода вещества для сведения шерсти с кож» 303. Мортен в Нормандии с его четырнадцатью
==69
Франция 1841 г., еще усеянная ярмарками
По данным: Dictio
См. выше карту на с. 30.
305 Farnesiana, 668, 17. Валентано, 14 мая 1652 г.
ярмарками — принадлежал ли ему рекорд304? Не будем слишком поспешно ставить на эту очень хорошую лошадку...
Вполне очевидно, были ярмарки и ярмарки. Существовали ярмарки деревенские, вроде крохотной ярмарочки в Ла-Тосканелла неподалеку от Сиены, которая была всего лишь крупным шерстяным рынком: стоило только чуть затянувшейся зиме помешать крестьянам стричь своих овец, как это случилось в мае 1652 г.,— и ярмарка была упразднена305.