Улица

Эта сцена, шокирующая своей макаберностью, выстроена на гротескном осмыслении буквального значения метафоры «Жидоеды». Гротескная абсурдность ситуации создает эффект черного юмора. Особенно отчетливо он прочитывался в момент публикации. Стихотворение было написано в 1930-е годы, после прихода к власти Гитлера, в период разгула антисемитизма в Польше[56]. В этом контексте нельзя не отметить, что воображение Рабона, при всем его буйстве и красочности, не смогло полностью предвосхитить весь ужас Холокоста.

Знаменитое гротескное стихотворение Рабона А левайе («Похороны») служит еще одним выдающимся примером его макаберного юмора. В конце стихотворения Рабон воскрешает мертвеца — тот благодарит всех явившихся на его похороны и сам принимает участие в погребении[57].

Элементы гротеска в поэзии Рабона тесно связаны с постоянным использованием животных, как для отдельных сравнений, зачастую передающих основную идею стихотворения, так и в качестве основных персонажей. Например, такого рода сравнения можно обнаружить в «Жидоедах». В третьей строфе еврей показан глазами тех, кто его жарит. Они видят в нем селедку, а его пейсы сравнивают с кошачьими усами. В двух последних строках стихотворения четыре крысы готовят хрен как приправу к людоедскому пиру. В сопоставлении с упомянутыми ранее кошками, они выглядят гротескным и «логичным» дополнением.

Во многих стихотворениях первого и второго сборника используется прием антропоморфизации животных. Яркими примерами из первого сборника являются стихотворения А балладе фун а ферд («Баллада о лошади»), А гинтише гешихте («Собачья история»), Х’гоб либ («Я люблю»,), а из второго — А гелер вогн («Желтая кибитка») и Дер сойхер фун кец («Кототорговец»).

В последнем стихотворении лирический герой воображает свою поездку в местечко Лутомерск, цель которой — накупить котов. Изумленные жители тащат ему котов тысячами. Только в предпоследней строфе читатель, опешив, узнает, в чем была цель этой странной торговли:

Здесь сочетаются несколько характерных элементов поэтики Рабона: одинокая печаль, которая «рвется» из глубин души и находит утоление в согласном громком вое котов — по-иному герою не выразить своего внутреннего состояния. При этом положение персонажа, стоящего в полночь на рыночной площади местечка в окружении тысяч воющих котов, переводит все стихотворение на уровень гротеска. Есть здесь и юмористический план, который порождает неожиданная гипербола и который парадоксальным образом не только не разрушает атмосферы отчаяния и одиночества, но даже усиливает ее.

Надо отметить, что в стихах Рабона есть отчетливые свидетельства того, что он придерживался левых взглядов. Однако в стихах, которые вошли в три вышеупомянутых сборника, прямых указаний на это практически нет[59]. В любом случае, они блекнут рядом с его громкими, бескомпромиссными протестами против любой несправедливости, напрочь лишенными привязки к какой-либо идеологии. Эти протесты сопровождает не имеющее никакой политической подоплеки отвращение к образу жизни и самодовольству мелких буржуа. Как минимум со второй половины 1930-х годов в произведениях Рабона отчетливо проявляется настороженное отношение к левым взглядам во всех их проявлениях.

Судя по всему, в 1930-е годы Рабон почти не публиковал собственных стихов. По всей видимости, в этот период он был занят переводами с разных языков на идиш. Переводы его так и не вышли отдельным сборником и известны по большей части из разрозненных источников. Он перевел с польского стихотворение Яна Каспровича, а также стихотворение Малкиеля Лустерника, поэта из Лодзи, писавшего в основном на иврите, но иногда и по-польски[60]. Нам удалось также обнаружить перевод с русского стихотворения Сергея Городецкого[61]. Кроме того, он переводил с немецкого (Райнера-Марию Рильке, Эльзу Ласкер-Шюлер, Стефана Цвейга, Альфреда Момберта и др.)[62]; с французского (Жана Кокто, Поля Валери и Франсуа Вийона). Цитата из перевода стихотворения Шарля Бодлера включена в текст романа «Улица»[63]. Связь между поэтическим творчеством Рабона и его поэтическими переводами с других языков заслуживает более подробного изучения.

Между прозой и поэзией Рабона много общего. В 1928 году, почти одновременно с первым сборником его стихов, тот же издатель, Л. Голдфарб из Варшавы, опубликовал его роман «Улица». По сути, одиночество рассказчика, от лица которого написан роман, созвучно тем чувствам, которые описаны в стихах. О темах и мотивах, объединяющих первый сборник стихов и роман «Улица», речь пойдет ниже.

По утверждению Залмана Рейзена, которое было повторено и другими авторами, откровенно сенсационный роман Ди клоле фун блут («Проклятие крови»), опубликованный в Варшаве в 1926 году в издательстве Л. Голдфарба и подписанный «Я. Розенталь», также принадлежит перу Рабона. Судя по всему, Рейзен ошибался[64].

Нам пока не удалось точно установить, когда Рабон начал печатать свои романы отдельными выпусками в газетах на идише, выходивших в Польше. В неполной подборке Лодзер тагеблат («Лодзинская ежедневная газета») за 1919–1932 годы не оказалось ни одного романа, подписанного либо именем Рабона, либо одним из его известных псевдонимов. Однако представляется, что он все-таки публиковал романы-фельетоны — без подписи или под неизвестным нам псевдонимом. Более того, возможно, он создавал или редактировал переводы на идиш иноязычных романов — эти переводы тоже публиковались без подписи. Пока вопрос остается открытым, и подобные публикации в Лодзер тагеблат требуют дальнейшего изучения[65]. При этом известно, что некоторое время Исроэл Рабон зарабатывал на жизнь тем, что писал романы-фельетоны для варшавской газеты Гайнт («Сегодня»), В ней было опубликовано три романа, подписанных его основным псевдонимом, Исроэл Рабон, а именно:

54

Грубое передразнивание идиша. Цимес — тушеная морковь, традиционное еврейское блюдо; фиш — рыба; мазл-топ — искаженное «мазл-тов» — традиционное благопожелание.

Прим. В. Дымшица.

55

Перевод с идиша Александры Глебовской.

Прим. В. Дымшица.

56

Йойсеф Окрутный указывает на польские корни этого стихотворения в своей книге (см. примеч. 47) на с. 82–83, где стихотворение воспроизведено полностью.

57

«Похороны» также включены во второй и третий сборники. Кроме того, это стихотворение опубликовано в Ди цукунфт (январь, 1938, 72–73). Оно входит и в подборку стихотворений Рабона, иллюстрирующих статью Голдкорна в Ди голдене кейт (примеч. 47).

58

Пользуясь случаем, приводим целиком это замечательное стихотворение, из которого Хоне Шмерук цитирует только одно четверостишие. Перевод с идиша Александры Глебовской.

Прим. В. Дымшица.

59

См. следующую строфу из стихотворения Майн лид («Моя песня»), вошедшего в первый сборник (с. 10): Галеви вырос в шелке и золоте, / Уехал умирать под солнцем Палестины, / А я отправлюсь пешком в Вильну, / Чтобы поцеловать красное знамя на могиле Гирша Лекерта [Йегуда Галеви (1075–1141) — поэт, философ, богослов, врач. Жил в Испании. В конце жизни отправился в Святую Землю, где, по преданию, и погиб. Гирш Лекерт (1879–1902) — революционер, член Бунда. В 1902 году совершил неудачное покушение на виленского генерал-губернатора. Казнен. Лекерт был «иконой» еврейского рабочего движения. — В.Д.]. См. также стихотворение Пролетариш лид («Пролетарская песня») на с. 47–48 второго сборника, а в третьем сборнике (с. 38–41) стихотворение про «Спартак-комунар» ин Берлин ин 1919 («„Спартаковцы“ в Берлине в 1919 году» [ «Спартак» — германская коммунистическая организация. — В.Д.]. В романе «Улица» с симпатией описаны бастующие рабочие, а также упомянута листовка Коммунистической партии (10-я глава).

60

Перевод стихотворения Каспровича появился в Лодзер тагеблат 13 августа 1926 года (этот номер отсутствует в собрании Национальной университетской библиотеки в Иерусалиме. О существовании этого перевода см.: Библиографише йорбихер фун ИВО («Библиографические ежегодники ИВО»), 1 (1926), Варшава, 1928, 199). Перевод стихотворения Лустерника появился в Литерарише блетер, 9 (564), 28 февраля 1935, 134.

61

Ос, 6 (1937), подписано — Шабсе Цитер.

62

Ос, 6 (1937), подписано — Рус Винцигстер; также номер 3 за 1938 год, подписано — И. Р.

63

Перевод стихотворения Ж. Кокто был опубликован в Ос, 1 (1936), который, скорее всего, утрачен, перевод стихотворений П. Валери — в Ос, 6 (1937), все за подписью Рус Винцигстер. Кроме того, редколлегия Ос планировала опубликовать стихотворения Франсуа Вийона в переводе Рус Винцигстер на 50-й странице 1-го тома (1936). Этот том не сохранился. О переводах из Бодлера см. ниже.

64

Подробнее об этом см.: Я. Розенталь, Ди клоле фун блут. Ромн фун йидишн лебн фун дер лецтер цайт («Проклятие крови. Роман о еврейской жизни в нынешние времена»). Варшава: Л. Голдфарб, 1926, 270 с. Судя по всему, сам Рейзен книгу не видел, поскольку, описывая ее, допускает ошибки. До выхода в виде книги роман печатался отдельными выпусками в Лодзер тагеблат с 11 июня 1926 года под псевдонимом Яаков Зоненталь. Мне не удалось обнаружить ни в одном источнике упоминаний о том, чтобы Рабон пользовался псевдонимом Зоненталь. Кроме того, Рабон ни разу не включил эту книгу в список своих произведений. Более того, в экземпляре Ди клоле фун блут, сохранившемся в библиотеке ИВО в Нью-Йорке, я обнаружил написанное от руки по-русски посвящение двоюродному брату от лица Я. Розенталя. Это посвящение подтверждает недостоверность сведений Рейзена. Соответственно, необходимо изъять из нью-йоркского лексикона (т. 8, с. 342) упоминание о Я. Розентале как псевдониме Рабона, равно как и отредактировать статью об Исроэле Рубине на с. 413–414, где речь идет о Рабоне и ему приписано авторство книги Розенталя.

65

Когда 22 и 26 марта 1929 года в Лодзер тагеблат была опубликована глава романа «Улица», озаглавленная А гешихте мит а ферд («История с лошадью»), редколлегия журнала сопроводила ее следующим примечательным комментарием: «Исроэл Рабон для наших читателей лицо не новое, хотя его имя (псевдоним) весьма малоизвестно. Под различными литературными именами он напечатал на страницах Лодзер тагеблат целый ряд картин еврейской бедности в Балуте, а также несколько более объемных романов» (выделено мною. — Х.Ш.); далее в том же комментарии упоминается успех романа «Улица». Эта самое прямое, весомое и надежное свидетельство того, что в этой газете публиковались романы Рабона. См. также книгу Фукса (примеч. 1, с. 95), где написано, что Рабон вынужден был писать бульварные романы для газет: «десятки романов под именем Я. Розенталя и другими вымышленными именами в Лодзер тагеблат и в Гайнт <…> а также перевел множество романов с немецкого и польского». Это свидетельство нельзя назвать надежным, поскольку Фукс тоже убежден, что Розенталь — это псевдоним Рабона. Более того, судя по всему, вопреки мнению Фукса, Рабон публиковал в Гайнт романы под своим собственным именем (см. выше). Практически нет сомнений в том, что роман Дос буфет мейдл. А сенсационел-эротишер роман фун дер лоджер вирклихкейт («Буфетчица. Сенсационно-эротический роман о повседневной жизни Лодзи»), публиковавшийся в местной газете Найер фолксблат («Новая народная газета») с 20 апреля по 21 октября 1932 года под псевдонимом Р. Израэль, написан Рабоном. Этот роман упомянут Н. Майзлом в статье Ундзер цайтунгсроман («Наш газетный роман») // Литерарише блетер, 38 (437), 16 марта 1932, с. 660. В 1931–1937 году Р. Израэль опубликовал в Найер фолксблат как минимум еще десять романов-фельетонов.