Страница 57 из 95
Он следовал обычаю пользоваться женским голосом, говоря от лица корабля каждодневным идиоматическим языком. Компьютер скоро научился точно определять, какая запись подойдет ему лучше всего. Это не совпадало с тем, что ему нравилось больше всего, такое могло бы причинить беспокойство в долгом полете. Он обнаружил, что ему больше по душе хрипловатое контральто, говорящее плавно из наушников, чем это меццо-сопрано, теперь доносящееся до его ушей.
— Ну… возможно и так, — сказал он. — Но ведь ты и так уже знаешь все о том, что происходит снаружи.
— Тебе нужно привести мысли в порядок. Ты провел большую часть времени нашего полета, обучаясь этому языку.
— Хорошо, тогда давай пробежимся босиком по очевидному. — Лори обошел невидимую палубу. Он чувствовал ее твердость, вибрацию под подошвами своих сандалий, он чувствовал даже самое минимальное биение приводных двигателей, он улавливал сосновый запах дуновения воздуха, когда вентиляторы перешли к следующему циклу воздухо-температурной ионизации, но звезды все еще сверкали вокруг него, и их молчание, казалось, пронизывало его до мозга костей. Резко и хрипло он сказал: — Выключи это зрелище.
Корабль повиновался.
— Не хочешь ли изображение планеты? — спросил он. — Ты еще не взглянул на эти пленки из замков эльфов на Джаире, которые ты купил…
— Не сейчас, — Лори уселся на стул и оглядел прозаические железки, инструменты, управляемые вручную регуляторы, которые окружали его.
— Вот это подойдет.
— Ты себя хорошо чувствуешь? Почему бы не пойти в диагностическую камеру и не позволить мне осмотреть тебя? У нас еще есть время до того, как мы достигнем пункта назначения.
Голос был взволнованный. Лори не мог поверить, что и эмоции были тоже записаны. Он воздерживался от очеловечивания своего компьютера, точно также как и от тех нечеловеческих возможностей, с которыми он сталкивался. В то же время он не мог смириться со школой мыслителей, которые объявляли, что в данной связи совершенно бессмысленно использовать термины, связанные с человеческими понятиями. Чужеродный мозг, или кибернетический, как у Джаккарви, мог думать, это было очевидно, у него была способность к волевому движению. Следовательно, он был аналогичен его мозгу.
Совсем не многие из рейнджеров тяготели к затворничеству, в достаточной степени здравомыслящие, но в основном шизоидного типа. Это было их способом выносить трудности. Для них было нормально считать свои корабли вспомогательными инструментами. Давен Лори, который был молод и не такой как остальные, естественно, считал его своим другом.
— Нет, со мной все в порядке, — сказал он, — Немного нервничаю, только и всего. Это может оказаться самым классным делом, которое мне… тебе и мне предстоит сделать. Возможно, самое крупное, чем было у кого-либо когда-либо, по крайней мере у этих границ. Я был бы рад, если бы со мной была пара человек постарше. — Он пожал плечами. — Но это невозможно. Наша служба должна увеличить свой персонал, даже если это означает повышение налогов. Нас слишком мало среди этих… скольких звезд?
— Последний отчет в моих файлах сообщает о десяти миллионах планет с незначительным количеством на них членов Сообщества. Что же касается того, сколько еще членов необходимо, чтобы осуществлять сносный регулярный контакт с ними…
— Ради всего святого, прекрати! — Лори и в самом деле рассмеялся и подумал, действительно ли корабль все так буквально воспринимает. Но, несмотря на это, он мог начать говорить об этом как о проблеме, а не как о загадке.
— Позволь мне подвести итог, — сказал он, — а ты скажешь мне, если я буду неправильно интерпретировать состояние дел. На Сиреви прибыл корабль предположительно издалека. Он ни на что не похож, и раньше такого никто не видал, возможно, что упоминался только в исторических работах. (На Сиреви сослаться было не на что, поэтому мы обнаружили кое-что в Штабе.) Гиперпривод, регулировка гравитационного поля, электронное оборудование, — да, но все такое несовершенное, старинное, сделанное кое-как на скорую руку. Например, расщепление ядер вместо использования силы ядерного синтеза… и ручное управление!
— Следовательно, команда, кажется, должна быть из людей. У нас нет записей об их антропометрическом типе, но они не выглядят настолько уж странными, как люди после генетической трансформации продолжительностью в несколько поколений на некоторых планетах, которые я могу перечислить. А лингвистический компьютер, поскольку у них возникла идея, что он необходим для того, чтобы расшифровать их язык и начать общение с его помощью, говорит, что их язык, оказывается, имеет отдаленное сходство с некоторыми, которые нам уже известны, как древнеанглийский. Предварительный семантический анализ предполагает, что в нем имеются абстрактные понятия и конструкции несколько отличные от наших, но не выходят за рамки человеческой психики. Короче говоря, ты предполагаешь, что они — исследователи с отдаленных частей нашей Галактики.
— За исключением их примитивного корабля, — звонко сказала Джаккарви. — Невозможно было предположить такую технологическую отсталость ни в одной из групп, которая поддерживала бы хоть какой-то контакт, хотя бы незначительный с общей массой различных человеческих цивилизаций. И такой корабль с такой медленной скоростью, плохо оснащенный пролетел через них, не остановившись, и был засечен только в области этих границ.
— Правильно. Итак… если это не розыгрыш… их колесики и винтики делают их историю. Киркасант, вероятно, старинная колония… вон там. — Лори указал жестом в направлении невидимых звезд. — Гораздо дальше сектора Головы Дракона, где мы едва-едва начинаем наши исследования. Однако кое-кто добрался до этих далей в ранние дни межпланетных перелетов. Они поселились на какой-то планете и потеряли навыки построения космических кораблей. Только недавно они их восстановили, да и то с трудом.
— И вернулись назад в поисках себе подобных. — Лори вопреки здравому смыслу представил, как Джаккарви кивает головой. Тон его был задумчивым. Она представлялась ему в образе большой, спокойной, темноволосой женщины, красивой, средних лет, немного растолстевшей… — То, что говорила команда, когда появилась возможность общения с ними, казалось, ничем не отличалось от этих предположений. Под впечатлением множества противоречивых мифологических предположений я и сама поверила в эпическое путешествие, проделанное побежденным народом, который бежал как можно дальше.
— А Киркасант! — возразил Лори. — Та ситуация, которую они описывают. Это просто невозможно.
— Разве Ванданг не мог ошибиться? Я хочу сказать, что мы знаем так мало. Киркасантяне постоянно говорят о сверхфатальном состоянии окружающей среды на их родной планете. Наши, похоже, изумились и поверили им. Они просто рыскали в космосе, пока случайно не наткнулись на Сиреви. Таким образом, разве может эта их теория, которая составлена из совершенно несвязанных между собой разрозненных высказываний, быть предположительно достоверной?
— Гм-м-м. Я полагаю, что ты не видела сопроводительного письма Ванданга. Конечно же, нет, оно не было введено в твою память. Во всяком случае, он сообщает, что его помощники обследовали корабль вплоть до головок болтов. И они не обнаружили ничего, никаких особенностей, никаких приборов, чьи функции и поведение не было бы очевидным. Он пришел в негодование. Говорит, что понятие межпространственного временного перемещения с точки зрения математики абсурдно. У меня, конечно же, нет таких обширных познаний в математике, но я и сам считаю, что в этом нет никакого здравого смысла. Если корабль мог каким-то образом сделать прыжок из одного космического пространства в другую Вселенную… почему же за пять тысячелетий межпланетных полетов мы не имели записи об этом явлении?
— Возможно, потому что корабль, с которым произошло это явление, так и не вернулся назад.
— Возможно. А возможно, что вся эта дисскусия развернулась просто из-за того, что кто-то кого-то неправильно понял. Не слишком хорошо перевели с киркасантийского языка. А может быть, это обман. Таково мнение Ванданга. Он настаивает, что нет такой области, из которой, как они говорят, они прилетели. Нет нигде. Ни астронавты, ни исследователи никогда не сталкивались ни с чем, похожим на… космическое пространство из сверкающего тумана, переполненное звездами…