Страница 56 из 87
Мускулы на челюсти Торина напряглись.
– Это не то, о чем ты думаешь.
Карие глаза нашли его и взмолились.
– Торин, мужик. Камео и Виола пропали. Нам ещё только чумы не хватало.
– Я не прикасался к ней, но даже если бы и прикоснулся, тебе не стоит беспокоится. У нее иммунитет.
– Ладно, это хорошо, но она все еще может стать носителем, верно? Позволь мне вывести ее из крепости, прежде чем ущерб будет нанесен. Она...
– В порядке. Она в порядке. – Может ли она стать носителем? Кронос не говорил.
– Она сейчас в опасности...
– Просто поверь мне, ладно? – Торин наклонился и схватил пакеты.
– Подожди. – Рейес протянул ему картину, заставляя ее взять.
Торин взял. Неохотно. Он не хотел знать будущее. Не хотел знать, если только это не касалось его судьбы.
Рейес потёр свой заросший подбородок двумя пальцами и сказал:
– Даника нарисовала это вчера вечером, и я подумал, что ты найдешь готовую картину интересной. Ты захочешь взглянуть. Поверь мне. – Воин повернулся на каблуках и пошел прочь. Без сомнения, чтобы проинформировать остальную банду, об увиденном.
Сплетники!
Торин закрыл плечом дверь и столкнулся с девушкой. Ее взгляд был прикован к пакету.
Как давно она ела?
Торин поставил картину, развернув рисунком к стене. Однажды, он посмотрит. Но не сегодня. Он ждал этого дня, казалось, вечность.
Он двинулся вперед, присел перед девушкой, и разложил перед ней банкет. Она не сразу среагировала, слишком занятая осознанием происходящего.
– Не стесняйся, – предложил Торин, – Это твое. Бери, что захочешь.
Девушка протянула дрожащую руку и взяла один из бутербродов. Ее глаза закрылись, когда она откусила хлеб, и начала медленно пережевывать, словно смакуя вкус. И тогда, управляемая не контролированным желанием она начала поглощать пищу с энтузиазмом.
– Помедленнее, – попросил он. – Я не хочу, чтобы тебе стало плохо.
Девушка продолжала есть, словно не слыша его, поглощая каждую крошку, иссушая каждую каплю содовой. Торин мог только очарованно наблюдать. И сильно сердиться. Очевидно, что она голодала.
– Где ты остановилась? – спросил он. Действительно желая знать: Кто ответственный за это?
– Я не хочу об этом говорить.
– По крайней мере скажи мне, что ты совершеннолетняя. – Она выглядела так молодо.
– Я... нет, извини. Мне семнадцать.
Разочарование ударило его, и ударило жестко.
Девушка схватилась за живот, ее синий как океан глаза расширились. Стон сорвался с губ.
Он приподнял бровь.
– Слишком много, слишком быстро?
Она вскочила на ноги, произнося задыхаясь:
– Помоги.
– Ванная слева.
Она бросилась в небольшую комнату, и Торин следом за ней по пятам. Когда она сгорбилась над унитазом, он сделал то, чего прежде никогда не делал, не одев перчатки. Он схватил ее волосы и придержал их. И как раз вовремя, поскольку ее вырвало.
Когда она закончила, Торин отпустил её и отступил.
– Почему бы тебе не принять душ? В этой комнате есть все, что может тебе понадобится, даже сменная одежда. – Он держал там несколько рубашек и спортивных штанов.
Он держал рубашки и спортивные штаны повсюду, желая всегда быть прикрытым, чтобы избежать риск обнажить кожу и дать кому-либо прикоснуться.
Женщины никогда еще не одевали его одежду, но Торину понравилась такая идея.
Но ей всего семнадцать, а Торин не был совратителем малолетних.
Глупый Кронос нашел ему девушку, слишком юную, чтобы к ней прикасаться.
По крайней мере сейчас.
Она медленно опустилась на пол и не взглянула на него.
– Тебе станет лучше, а потом снова можешь попробовать поесть.
– Хорошо.
– Тебе нужна моя помощь?
– Нет. Нет, – повторила она.
Спасибо Всевышнему. Торин не знал, как бы ответил.
– Когда закончишь, мы поговорил, ладно? – Он закрыл дверь, оставляя ее одну.
Прошло несколько минут, прежде чем он услышал плеск воды. Пока она мылась, он ходил, ожидая. Думая. Двадцать четыре часа – она сказала. Это так долго он будет с ней. Это не достаточно долго.
Он хотел спросить, когда ей исполнится восемнадцать. Он хотел упасть на колени и молиться, чтобы это случилось пока они будут вместе.
Слишком жутко?
Конечно, девушка не могла быть носителем чумы. Кронос не послал бы к нему переносчика. Когда она достаточно повзрослеет, Торин сможет позволить себе прикоснуться к ней. Это не обязательно будет сексуально. Они смогут держаться за руки.
Испытать тепло чьей-то кожи, мягкость, почувствовать связь, осязаемое знание, что он не один...
Торин застонал от опьяняющей мысли.
Спустя долгое время, девушка появилась, в облаке пара. Мокрые волосы стали темными, почти коричневыми. Она расчесала их, от чего волосы на кончиках завились.
Без грязи на лице он смог увидеть сияние ее кожи. Бледную словно фарфор с легким узором вен. Безупречная.
Девушка надела его одежду, материал свободно болтался на ней.
– Спасибо, – прошептала она.
– Пожалуйста.
Он увидел, как неловко она двигается, все еще не смотря на него.
– Я знаю, что буду с тобой двадцать четыре часа, – начал Торин, – но я предпочел бы не тратить их все сразу. Хочу разбить их. Один час в день, в течение двадцати четырех дней. Как ты на это смотришь? – Он может использовать время, чтобы завоевать ее доверие, разговорить и заставить её расслабиться. С радостью с ним встречалась. И возможно, если удача улыбнется ему, она захочет продолжать с ним видеться.
Удивленный взгляд нежно-голубых глаз смотрел на него.
– Но я думала...
– Что?
– Не бери в голову. – Она прикусила нижнюю губу и кивнула. – Условия позволяют это, так что, да, я бы предпочла приходить на час в течение двадцати четырёх дней.
Его колени практически подогнулись.
– Спасибо.
Она кивнула, сказав:
– До завтра.
И через мгновение исчезла.
Переводчики: silvermoon, Shottik
Редактор: natali1875
Глава 24
Жозефина торопливо покидала свои скудные пожитки в сумку. Пачка наличных, которые она приберегла. Смена одежды. Медальон матери, который она ни разу не надела из страха, что кто-нибудь его сорвет с ее шеи.
Кейн не ушел. Сегодня состоится его свадьба, так что она не хочет находиться здесь и видеть все это. Пройдет ли он через это? Или нет? Она предчувствовала, что будет задаваться этим вопросом всю оставшуюся жизнь... и плакать.
Как только она закрыла сумку, ее желудок сжался. На ее глазах выступили слезы, заставив фыркнуть от раздражения. Глупые слезы! Я теперь стала так часто плакать. Как раз с тех пор, как встретила Кейна.
Я не должна была целоваться с ним в прошлый раз.
Но ее поглотили наслаждение, бешеная страсть, ощущение тепла и напряжение во всем теле... ей было необходимо все это.
Прошлое исчезло. Желание умерло, ослабло и вздохнуло последний раз. Кейн стал её миром, который она и не надеялась когда-либо найти.
И он тоже хочет быть с ней. Но... сколько же это слово разрушило. У нее есть выбор. Быть с ним, рискуя навлечь царский гнев, или без него, тем самым защитив.
Его безопасность кажется важнее ее страсти – но лишь чуточку.
Однажды, возможно Кейн поблагодарит ее. Черт, он уже будет счастлив без нее. Он ушел с бала вместе с Синдой, и Жозефина больше его не видела. Хотя она его искала.
У нее нет ни одной идеи, что произошло между ними, но слухи ходили грандиозные. Кейн провел ночь в ее спальне.
Одна слезинка покатилась по щеке, и она вытерла ее тыльной стороной ладони.
Не важно. Она на цыпочках пересекла пустое крыло прислуги, а затем коридор и выглянула в окно с видом на подъездную дорогу.
Череда карет растягивалась вниз по дороге. В каждой из них восседал Опулент, наверняка одержимый желанием скорее достичь королевских ворот.
Венчание начнется с минуты на минуту.
Не было лучшего времени для побега. Слуги заняты на первом этаже. Король и королева отвлеклись.