Страница 50 из 87
– Прости. Я не хотел пугать тебя.
По крайней мере, тряска остановилась – Бедствие угомонился.
– Я истощила тебя и не осознала этого? – спросила она.
– Нет. – Он лег лицом к ней, оставшись на своей половине кровати. – Демон капризничает. – Несмотря на боль от неудовлетворенного желания, не было другой боли... но была удивительная волна радости.
– Я хочу уйти в свою комнату сейчас же, – произнесла Динь приглушенно.
А может и нет.
– Ты остаешься спать здесь. Это не обсуждается.
– Ты не решаешь, что обсуждается, а что нет. – Ее голос жалил.
– Я привяжу тебя к кровати, если подумаешь об уходе.
Она закрыла глаза, скрывая душевную боль, которую он мельком заметил в глубине её души.
– Ты такой противоречивый! В одну секунду ты был на мне, в следующую отстраняешься. Я не должна была целовать тебя, признаю. В конечном счете наша ситуация не изменилась. На самом деле, стало еще хуже. Я спросила, планируешь ли ты жениться на Синде, и не получила ответа.
Если бы ситуация была другой... если он и планировал жениться на Синде, то только чтобы спасти Динь... он бы согласился.
– Думаю, это может оказаться необходимым. – Да, он рассматривал вероятность пойти до конца с этим браком, и да, это было вариантом, но только когда он ощутил вкус Динь и ее теплоту, окутывающую его, он отбросил эту идею, он никогда не сможет выполнить это. – Я ошибался.
Он придумает что-нибудь еще. Он сможет.
Одна из деревянных щепок отлетела от кровати, попав прямо Кейну в глаз.
Кейн запрокинул голову и стал ощупывать глаз, пока не нашел и не вытащил крошечную щепку.
Ненависть к Бедствию жгла его намного глубже.
– Есть что-нибудь в чем ты уверен? – спросила Динь тихо.
Он уверен, что устал притворяться. Устал от мыслей и воспоминаний, от страхов и нерешительности... от всего, кроме этой девушки.
– Я уверен, что нам обоим нужно отдохнуть. – Пока Бедствие не причинил ей боль. – Мы поговорим об этом позже.
Переводчики: Shottik, schastlivka
Редактор: natali1875
Глава 21
– Знаешь что? Позже уже наступило.
Кейн огляделся вокруг. Жозефина стояла возле кровати, в окружении мерцающего белого тумана, который он видел в темном переулке у клуба.
– Ты снова проецируешь себя в мою голову? Хоть ты и со мной?
Подождите. Она возле него, не так ли?
Кейн похлопал позади себя и убедился, когда ее тепло обласкало его руки.
Жозефина приподняла подбородок, возможно пытаясь казаться надменной, но вызвала только восхищение.
– Ты разозлишься, если я признаю вину?
– Ты была бы уже переброшена через колено, если бы я злился.
В глазах девушки заплясало веселье.
– Ты не станешь меня шлепать.
– Уверена, что хочешь оспорить это утверждение?
Она подняла ладони и отступила от Кейна.
– Нет, нет. Не я. Я никогда ничего подобного не делала.
Кейн засмеялся и поманил ее обратно, чувство абсолютной беззаботности его удивляло.
– Почему бы просто не поговорить со мной лично?
– Три причины. Я нетерпелива. Прямо сейчас наши тела полностью истощены. И так Бедствие не может причинить мне вреда.
– Способ уклониться от существенных фактов, – с улыбкой сказал Кейн. – К кому еще ты так вторгалась?
– К своей матери. – Призналась Жозефина с грустной улыбкой. – До того, как она отдала мне эту способность навсегда, я несколько раз случайно забирала ее.
Кейн спросил с любопытством:
– Почему не используешь с другими?
– В этой реальности нет никого с кем бы я хотела поговорить, и никто не хочет говорить со мной.
Всегда разбивает мне сердце.
– Ладно, продолжай и дальше так делать. – Кейну не нравилась мысль о том, что она будет так интимно связана с другим.
Жозефина показала ему язык.
– Как скажешь, папочка.
Кейн фыркнул и сел.
– Осторожней. Для такого парня как я это приглашение.
– Что это? Обвинение или оскорбление?
– Оба.
Жозефина открыла рот, и мужчина заподозрил... обнадежился... что она выскажет словесное приглашение. Но все что она произнесла:
– Кейн?
Мышцы его живота напряглись, словно от ласки.
– Да. – Кейн перекинул ноги через край кровати.
– Я кое-что хотела спросить у тебя. – Жозефина встала перед ним. – Это нечто личное.
Кейна окатила волна ужаса.
– Говорил же, ты можешь спрашивать обо всем.
Жозефина остановилась и потянулась к его бедру.
– Почему бабочка?
Ладно, это просто. Кейн встал... но его тело как-то осталось позади.
Он нахмурился.
– Что происходит?
– Ох, думаю ты только что спроецировал свое изображение. Как и я.
– Но как?
– Я не знаю.
Были ли они связаны на каком-то глубоком, примитивном уровне? Её способности перешли к нему? Или, она оставила частичку себя, когда забрала у него Бедствие?
Жозефина потянулась и очертила пальцами изгиб крыла, выступающий над поясом его штанов.
– Так, я могу тебя чувствовать.
Мгновенный. Стояк.
– Я тоже тебя чувствую, – прохрипел Кейн.
– Бабочка... – вздрогнув, подсказала она.
Верно.
– У нас с друзьями есть теории, и у каждого своя.
– Я хочу услышать твою. – Костяшками пальцев она задела его пупок, и Кейну пришлось побороть желание схватить её руку... и заставить опуститься ниже.
– Внутри куколки, гусеница распадается до имагинальных клеток[5]. Эти клетки самостоятельно собираются в новую форму и создание появляется уже в виде бабочки. Когда-то я был воином. Потом пришел демон, я разбился и превратился во что-то еще. Что-то темное и запутанное.
Жозефина взглянула Кейну в глаза.
– Но ты и демон не одно существо. Вы разделены.
– Пока нет, но будем, – ответил он, не в состоянии скрыть свои намерения. Прежде, чем Жозефина смогла спросить еще о чем-то, Кейн предложил ей руку.
– Что? – смущенно спросила она.
– Возьми её.
Через мгновение девушка переплела их пальцы.
В тишине, Кейн медленно обошел комнату. Жозефина держалась возле него, и от каждого их движения туман постоянно завихрялся и танцевал. Кейн наслаждался миром и спокойствием.
– Как работает эта твоя способность? Ты проецируешь свое изображение в мой разум, но можешь ли ты управлять всем, что я вижу?
– По большей части, да.
– Покажи мне.
– Что бы ты хотел увидеть?
– Лучшее, на что ты способна.
Жозефина взглянула на него с решительным восхищением.
– Готовься поразиться моей удивительностью. – Она потерла руки и закрыла глаза.
В следующий миг, лес деревьев с пышной зеленью занял место комнаты. На одной из веток появился мутант, какой-то гибрид собаки и обезьяны. Он качнулся к Кейну и бросил яблоко ему в голову.
Кейн уклонился, но недостаточно быстро. Красный фрукт ударил его в плечо и Динь засмеялась.
– Вот теперь у тебя неприятности, – буркнул Кейн.
– О-о, милый, о-о, нет. Ты собираешься отшлепать меня? – Вздохнула она с притворным ужасом,... и еще одно яблоко ударило Кейна в плечо. – Или сердитый воин собирается прочесть мне строгую нотацию?
Кейн издал низкий рык, такой же поддельный как и ее страх.
– Я точно прочту тебе нотацию.
Жозефина засмеялась и побежала, бросив через плечо: – Сперва, ты должен меня поймать.
Ах, этот смех... столь же сильно, как он хотел снова поцеловать и прикоснуться к ней, на столько же он хотел слышать чаще этот смех. Кейн бросился вдогонку, преследуя Динь среди толстых стволов и других мутантов животных, созданных ею. Кошка-олень. Белка-оса. Слон-зебра. Кейн почти поймал ее, и Динь снова прыснула со смеху. Кейн тоже засмеялся.
Он не был уверен, проходят ли они сквозь стены, или все еще остаются внутри спальни, и его это не заботило. Он никогда не играл подобно ребенку.
Да Кейн никогда и не был ребенком. Он пришел в этот мир полностью сформированным, сосуд созданный для войны и мести. Потом, после открытия ларца Пандоры, Кейн стал вместилищем зла... и те недели в аду только увеличили тьму внутри него. До Динь, он никогда не был ничем большим; он никогда не знал света.