Страница 36 из 87
Впервые в жизни она почувствовала себя живой. Она получила то, чего ждала с нетерпением, нечто, стоящее тех трудностей, с которыми она столкнулась. Но потом, он отстранился, словно она стала ему отвратительна, и да, ей хотелось заплакать.
Зная, что отвращение, не имело ничего общего с ней, она успокоилась. Но от этого ей тоже захотелось плакать. То, что Кейн пережил в аду, оставило на нем шрамы, и он должен был двигаться медленно, чтобы осознать те чувства, которые испытывало его тело, но с ней, он не хотел медленно продвигаться. Ладно, прекрасно. Не важно. Две другие женщины были рады ему.
Расправив плечи, Жозефина шла рядом с ним. Кейн остановился перед "Дьявольской чашей пунша" и взглянул на нее.
– Феи могут делать вид, что они лучше тебя, но это все что они могут. Притворяться. Лучше тебя никого нет.
Не дожидаясь ответа, он вошел в здание.
Поколебавшись, она последовала за ним. Что... зачем... Конечно ее перевод с английского... ох, английский исказил суть его намерений. Он просто щедро похвалил ее, хотя и не хотел ее? Она что-то упустила в своих размышлениях.
– Может тебе стоит забыть о драке, и мы пойдем куда-нибудь и поговорим о наших... – Бедные мои глаза.Одетая только в нижнее белье, Синда танцевала на столе, размахивая платьем подняв руку. Мужчины, те, что собирались превратить Кейна в кровавое месиво, окружили Сидну, хлопая ей и подбадривая.
По крайней мере, остальных посетителей выставили, не оставив других свидетелей поведения принцессы. Все же. Жозефину накажут за это.
В среде Опулентов непристойные действия поощрялись, даже вознаграждались, но это обычный бар и эти мужчины... она даже не была уверена, чем они были.
Блондинка,... с которой Кейн не должен был встречаться... сидела в дальнем углу помещения, поедая виноград, и не обращая внимания на творящийся вокруг хаос.
Жозефине не нравилась ее непосредственность.
– Джентльмены, – спокойно поздоровался Кейн.
Четверо мужчин повернулись к нему. Трое из них потеряли свое веселье. Четвертый... Уильям... только шире ухмыльнулся.
Молчание затянулось... пока Синда не заметила его и вздохнула.
– Конец веселью? – спросила она, надувшись.
Улыбающийся воин шагнул вперед. У него были темные волосы и ярко голубые глаза Фей, хотя он определенно не был Феей. Шумевшая в нем сила была слишком... уникальной. Он был сильнейшим из всех, с кем Жозефина когда-либо сталкивалась. Одно прикосновение, и, как она подозревала, его энергия воспламенит ее тело.
– Кейн, конфетка, – поприветствовал Уильям. – Ты вернулся.
Кейн согласно кивнул.
– Это мне нравиться.
– А вот и Иванна Б., – Уильям обратился к Жозефине. Он протянул руку, намереваясь пожать ее ладонь и, возможно даже, поднести к губам для поцелуя.
Да, хоть что значит это имя?
Прежде, чем она успела протянуть руку, Кейн отбил руку мужчины с такой силой, что мог сломать кости.
– Никаких прикосновений. – Яростное предупреждение отразилось эхом от стен.
– Я ношу перчатки, – сказала Жозефина. – И не причиню ему вреда.
– Я не о нем беспокоюсь.
О ней?
– Ты делишься той, которая скоро станет твоей женой, но не служанкой, – благодушно сказал один из мужчин. – Это совсем не странно. – Остальным он приказал: – Расчищайте пространство. Битва скоро начнется.
Мужчины бросились выполнять приказание. Столы и кресла отодвинули к стенам, оставив круглую площадку. Синду сопроводили к женщине, поедающей виноград.
Повернувшись к Кейну, мужчина со светлыми волосами пощелкал суставами. Лысый склонил голову влево, вправо, выровнял позвоночник. Темноволосый извлек два изогнутых ножа.
Дрожащая Жозефина вцепилась в юбку своего нового платья.
Уильям вышел вперед, стал перед нетерпеливыми бойцами и произнёс:
– Первое правило "Преподать Кейну Урок": вы не рассказываете о "Преподать Кейну Урок". Второе правило "Преподать Кейну Урок": вы не рассказываете о "Преподать Кейну Урок". Третье правило "Преподать Кейну Урок": если кто-то падает, вы продолжаете драться. Четвертое правило "Преподать Кейну Урок": никаких правил. Усекли?
Кейн прочистил горло, привлекая внимание Уильяма.
– Нормально будет, если я убью их, или ты предпочтешь, чтобы они выжили?
Мужчина склонил голову на бок, словно, в самом деле, обдумывал вопрос.
– Выжили, – наконец последовал ответ. – Но были близки к смерти, что не так страшно.
О-о... привет, неразбериха. На чьей он стороне?
Мужчины также были в замешательстве и начали швырять проклятия в сторону Уильяма.
Воин просто пожал плечами и обратился к Кейну:
– Я люблю их и ненавижу. Они радость и боль. Я никогда не могу решить, хочу обнять их или задушить. Прямо сейчас, им надо наладить отношения, и я думаю, ты тот, кто нужен для этой работы.
Кейн отвел Жозефину к столу, где ждали блондинка и Синда.
– Белая, – сказал он, с предупреждением в голосе. Кейн нежно усадил Жозефину в кресло. – То, что я сказал твоему папочке, относится и к тебе. Не трогай ее.
– Кейн, – позвала женщина... Белая. – Кто для тебя эта девушка?
Уши Жозефины подергивались, пока она ждала его ответа.
– Это тебя не касается, – наконец ответил он, разочаровав Жозефину. – Просто держи свои руки при себе, или случится что-то страшное.
Женщина пожала плечами.
– Да не вопрос. Моя задача ты, а не она. – Она поднесла виноградину ко рту и слизала сок. – Я не позволю предполагаемой судьбе диктовать мне будущее, и если для этого надо избавиться от тебя, я полностью согласна.
Судьба... Мойры. Три женщины со случаем вечного вербального поноса. Жозефина ненавидела этих шлюх всеми фибрами своей души. Потому что, из-за них она помогла уничтожить родную мать.
И они решили, что Кейн и эта Белая личность в конечном итоге будут вместе?
Жозефина прижала свой язык к нёбу. Я не скажу ни слова.
Ударить можно и без слов.
– Ты так добра, Белая, – наконец произнес Кейн резким тоном. Он перевел взгляд на Жозефину и застыл. Воин склонился и поставил руки на подлокотники ее кресла, пленяя ее, окружая собой. – Ты не двинешься с места. Поняла?
Девушка приподняла подбородок.
– Назови причину, чтобы я делала то, что ты скажешь? Ты со своим то горяч-то-холодно отношением, для меня ничто.
Он потерся носом об нее.
– Я в порядке, но я уважаю твое решение бороться с ним.
Она... не нашла ответа.
– Кейн, конфетка, – позвал Уильям, когда она пыталась не дрожать. Близость Кейна сводила её с ума. – Часики тикают.
Кейн остался там, где и стоял.
– Ты была права, ты знаешь. Нам надо поговорить, сгладить некоторые нюансы.
В горле появился комок и она кивнула. Жозефина даже не поняла когда попросила:
– Будь осторожен, ладно?
– Теперь, когда впереди меня кое-что ждет? – Кейн опустил взгляд на ее губы, задержался. – Определенно. – Он выпрямился, прерывая комфорт... и чувственность... контакта.
Что же ждет его впереди? Их разговор? Или, если учесть, что тот взгляд был намеком, еще один поцелуй?
Таю...
– А как же я? – спросила Синда, выгнувшись в кресле. – Что мне делать?
Кейн бросил на нее нетерпеливый взгляд.
– А ты, впервые в жизни, будешь вести себя хорошо. После драки, я мог бы сделать миру услугу, перекинуть тебя через колено и выбить из тебя недальновидность. Думаю, мы узнаем вместе.
Глаза принцессы засверкали красным, выражение лица застыло.
– Скажи такое еще раз, и я вырву тебе язык, пока ты будешь спать.
Больше не глядя на нее, Кейн потянулся и вслепую погладил ее по голове.
– Вероятно, я бы испугался, если бы ты на самом деле знала, как держать свои обещания.
В груди Синды зародилось рычание, потом вырвалось из ее рта, как рык животного, а не Феи. Жозефина и раньше слышала такой звук... прямо перед тем, как принцесса сожгла конюшню.