Темнейшее желание (ЛП)

Кейн последовал за ней и потащил за собой Динь-Динь.

– Ты не скроешься из моего поля зрения, пока не расскажешь, зачем приходила.

– Неважно зачем. Я уже передумала, – отрезала она.

– Тогда передумай обратно.

Она хмыкнула.

– Заставь меня.

Опасные слова. Кейн уже обдумывал несколько способов сделать это.

Синда привела их на верхний этаж дворца, к комнатам, которые были настолько богато обставлены, что составили бы конкуренцию сокровищам султана.

Антикварная мебель, бриллиантовые вазы, мрамор, оникс, каждый портрет в золотой рамке, персидские ковры, стол из рубинов и громадная кровать, на которой бы поместилось двенадцать человек.

Принцесса стянула с себя футболку и зашагала в ванную.

– Время принять ванну, – сказала она, оглянувшись на Кейна. – У тебя еще есть время присоединиться ко мне.

– Нет, спасибо.

В ее глазах снова появились блики красного.

– Уверяю, ты получишь удовольствие.

Он в этом не сомневался.

– Почему бы тебе не оставить это на первую брачную ночь? – Кейн посмотрел на Динь-Динь, которая по-прежнему не встречалась с ним взглядом, и все же как-то умудрялась излучать враждебность. – Где твоя комната? Мы поговорим там.

Она побледнела и пробормотала.

– Я не поведу тебя в свою комнату.

– Я найду ее с твой помощью или без. Но тебе бы лучше подсказать, если ты хочешь, чтобы я ее нашел раньше, чем позже.

Она прищурилась и раздраженно выдохнула.

– Ладно. Нам туда, – потянула она его из комнаты.

Синда что-то крикнула ему вслед, но Кейн не расслышал, да и ему было все равно.

Динь-Динь провела его на несколько этажей вниз, в темную промозглую часть дворца. Кейн мог поспорить, что тут комнаты слуг, и это понимание его разозлило. Как могла дочь короля жить так убого?

Она остановилась перед открытой дверью, и Кейн заглянул внутрь.

В темноте он мог разглядеть койку за койкой, одно спящее тело за другим, и это все. Никакой роскоши.

– Это не твоя комната, – процедил он.

– Моя.

И теперь знать, что она спит в таких условиях, тогда как сам Кейн спит на чем-то столь мягком, словно облака? Да никогда. Но Кейн не собирался тратить время на спор.

Он снова взвалил женщину себе на плечо. Вот только в отличие от принцессы, Динь-Динь протестовала, лупила кулачками по его спине, пихалась коленями ему в живот.

– И это все, на что ты способна? Если так, то ты не заслуживаешь носить имя Динь-Динь. Оно для тебя слишком мужественное. С этого момента ты будешь просто Динь.

– Динь! Я не Динь! Я гораздо свирепее дикого животного!

– Если только новорожденного котенка.

– Черт! – Она ударила его по заднице.

На мгновение это действие отправило Кейна прямиком в ад, и он запнулся об собственные ноги.

Он восстановил равновесие прежде, чем рухнул на пол, а когда снова смог дышать, заставил себя выпрямиться.

"Ты с Динь-Динь. Твоей феей. Ты в безопасности".

– Почеши мне спинку, – сказал он, продолжив разговор, словно ничего не произошло, надеясь, что она не уловила перемены в его тоне: от поддразнивающего до напряженного. – Ты нежна, как щеночек. Я буду называть тебя Тяф-Тяф.

– Ты... ты... подонок! Я буду называть тебя Болванозасранец! Потому что ты именно такой!

Болванозасранец?

Кейн разразился смехом, а затем удивленно моргнул. Как ей удается всегда так быстро выводить его из отчаяния?

– Так, так. Не стоит загрязнять язык подобными прозвищами. Мне придется вымыть тебе рот...

"Своим языком",– закончил он про себя. Он флиртовал с ней, вел себя как нормальный мужчина. Как будто он мог совершать обычные вещи.

– Забудь это, – пробормотал он.

Она осталась молчаливой, а к Кейну вернулось плохое настроение.

Подойдя к своей комнате, Кейн не удивился, увидев по-прежнему стоявших на своих постах охранников.

– Рады видеть вас снова, Повелитель Кейн.

– Могу я что-нибудь для вас сделать? Это будет мне в радость.

Не говоря ни слова, Кейн прошагал мимо них и закрыл за собой дверь. Затем он скинул Динь-Динь на постель. Она подпрыгнула на мягком матрасе несколько раз, а когда остановилась, уставилась на воина.

"Оставь ее!" – потребовал Бедствие.

Одно за одним Кейн вытащил украденное у короля оружие. Когда пол под его ногами скрипнул, он убедился, что кинжалы в быстрой доступности с кровати.

– Что ты делаешь? – судорожно выдохнула Динь.

– Готовлюсь к обычному ночному сну. Тебе тоже стоит как-нибудь попробовать. – Кейн был слишком замученный и уставший, чтобы искать для Динь-Динь комнату. По крайней мере, так он себя убеждал. Он не был уверен, что девушка разделит с ним это мнение.

Ее рот сложился в маленькую "О", и увидев это, Кейну пришлось побороть желание расцеловать все ее лицо... чтобы попробовать ее вкус, познать ее, заклеймить. Эти желания его разозлили. Он мог только чувствовать, но ничего не делать, и знал это.

Он сбросил ботинки и в штанах забрался на кровать.

– Мы не можем спать вместе, – сказала Динь с дрожью в голосе. – Это крайне неправильно.

И, вероятно, опасно. Для обоих.

– Тебя накажут?

Последовала тяжелая пауза, а затем девушка произнесла:

– За то, что провожу время с бесценным суженным принцессы Синды? А ты как думаешь?

Кейн вздохнул.

– Я не допущу, чтобы с тобой что-нибудь случилось.

– Посмотрим, – все, что она сказала.

– А вы, ребята, кажется, проявляете благосклонность, когда дело касается секса. Почему же тогда Синду наказали за то, что она спала с сыном мясника?

– Она фея. Он был человеком. Такие союзы запрещены, потому что ведут к разбавлению кровной линии.

– Я не фей, и все же король разрешил мне жениться на его драгоценной дочери.

– Ты Повелитель Преисподней. Ты в высшей лиге. Эти правила на тебя не распространяются.

Отлично.

– Твоя мать была человеком, что означает, король...

– Да, так и есть. И что?

– Его наказали?

– А ты как думаешь? Он же король. – Она облизнула губы, оставив их маняще блестящими. Восхитительными. "Успокойся, парень".– И ты, вообще-то, тоже не волнуясь, можешь быть с кем пожелаешь. Тиберий никогда не порет мужчин из высшего класса за грешки на стороне. Они могут быть с кем хотят и когда хотят. Просто должны быть осторожны.

Кейн уловил горечь в ее тоне.

– Кто-нибудь когда-нибудь... – Принуждал тебя. Он не мог задать этот вопрос. Кейн не знал, как бы отреагировал, если бы подобный вопрос задали ему.

– Нет, – все же ответила она. – Меня лишь рассматривали как сексуальный объект на вечеринках, когда мужчины напивались, но большинство из них могли лишь шлепнуть меня по заднице и не более.

– Хм, да. Конечно. Уверен, что ты говоришь правду. Потому что только пьяный может найти тебя привлекательной.

– Я знаю, это благословение и проклятье. И все же, я всего лишь раб крови, и ничего более.

Такая невинная. Она даже не поняла его сарказм.

– А как насчет удивительная и чудесная? Я верю, что когда-нибудь ты себя так описывала.

Динь-Динь перекинула волосы за плечо, выражая задетое женское самолюбие.

– Понимаешь, я же личность. Я заслуживаю комплиментов, а так как одна их себе отвешиваю, то да, я себя так описывала.

Возможно, это были самые печальные слова, какие Кейн когда-либо слышал.

– Я считаю тебя красивой, – тихо признался он. – И умной. И храброй. – И такой сексуальной, что он бы убил тысячу мужчин, и бросил их к ее ногам, лишь за возможность поухаживать за ней... если бы только мог.

Ее глаза расширились.

– Правда?

– Неужели у меня в привычку лгать тебе?

– Нет.

– То-то же. – Кейн заставил себя расслабиться на мягком матрасе.

Она отодвинулась, словно боялась того, что произойдет дальше.

– Я не собираюсь тебя принуждать к сексу. Даю слово, – сказал он нежно, непринужденно. – Ты будешь на своей стороне кровати, а я останусь на своей. И ты покинешь эту комнату в том же состоянии, что и вошла в нее. – И окажешься такой первой.