Страница 23 из 87
– Да, – прошептала она. – Чтобы ты ушел. – Прежде чем я сломаюсь.
– Я тебе не верю. Думаю, что ты чего-то хочешь... Я думаю, ты хочешь меня. Порой ты так на меня смотришь...
– Нет, – ответила она, покачав головой.
– Кажется, мы говорили о том взгляде.
– Я не хочу тебя, – прохрипела она.
– Есть разница между не хотеть мужчину и не желать хотеть мужчину. Так о чем ты, Динь-Динь?
Она сглотнула. Ни в коем случае она не ответит на этот вопрос.
Кейн оперся руками о перила по обеим сторонам от нее, удерживая Жозефину в ловушке. Она так дрожали, что едва не подкашивались ноги.
– Ты заставляешь меня чувствовать... ты заставляешь меня чувствовать, – сказал он тихо, яростно, – а мне это не нравится. Я хочу это остановить. Здесь и сейчас.
Впервые за время их знакомства он боялся ее. В нем была какая-то напряженность, которую Жозефина не отмечала раньше, предчувствие неконтролируемой опасности.
– Понятия не имею, о чем ты говоришь.
Его взгляд сцепился с ее, заключая в ловушку, поглощая ее и в то же время отталкивая.
– Разве? – В его мягком тоне таились тысячи темных ласк.
– Я... я...
Секунды шли. Одна за одной. Ни Кейн, ни Жозефина не двигались, ничего не говорили, лишь смотрели друг на друга. Но почему-то эти секунды показались Жозефине самыми интимными, чем что-либо испытанное ею в жизни. Более... наэлектризованными.
Она провела руками по его каменно-твердой груди, восхищаясь излучаемой им силой.
– Ото-отойди. – Его сердце бешено колотилось, как и ее. Это был шок. Откровение. Наслаждение.
Он отошел от нее, разрывая связь, разрушая электрическое напряжение.
Это было то, чего она хотела. Но Жозефина осознала, что ей ненавистно быть без этой связи.
– О чем ты спорил с королем? – спросила она, пытаясь выглядеть незаинтересованной... но провалилась в этом.
– Имеешь в виду, с твоим отцом?
Она подняла и опустила плечи самым обычным образом, на какой оказалась способна.
– Я представляю собой то, что он говорит.
Кейн протянул руку, словно хотел погладить щеку Жозефины, но так и не коснулся ее, а сжал руку в кулак и опустил.
– Мы выпили немного виски, выкурили по сигаре и обсудили подробности бала по поводу помолвки. Немного поиграли в шахматы. Я выиграл, а он обиделся.
Бал. Бал, на котором Жозефине придется присутствовать в качестве рабочего персонала. Ее вынудят нарядиться, а затем заставят разносить гостям напитки и закуски.
Женщины будут задирать носы, и игнорировать ее, а мужчины позабудут о своей неприязни, и будут шлепать ее по заднице и, возможно, даже попытаются затащить в укромный уголок.
Жозефине придется приклеить фальшивую улыбку и делать вид, что в ее очень темном мире все хорошо.
А в это время Кейн будет баловать уже избалованную принцессу Синду. Несправедливость клокотала в горле Жозефины, затрудняя дыхание.
– Тебе посчастливилось остаться в живых, – напряженно произнесла она. – Тиберий – величайший неудачник на все времена.
Он проигнорировал ее слова.
– Давай поговорим о твоей сестре.
Она уже завладела его умом. Жозефину охватила ревность. Ревность и такая сильная боль, что девушка понятия не имела, как до сих пор держится на ногах.
– Что ты хочешь знать?
– Она одержимая, да?
– Да. Ее муж был хранителем Безответственности, и после его смерти...
Кейн обнажил зубы и зашипел.
– Что случилось? – спросила Жозефина, которую захлестнул порыв беспокойства за него.
– Ты сказала, что ее муж был, одержим демоном... Безответственности?
– Да, верно. Несколько веков он был заключен в Тартаре. Он умер, пока... ты же знаешь Синду, и каким-то образом демон оказался в ней. Вот почему наша раса так тщательно и внимательно изучала тебя и твоих друзей. Ну, вообще-то, это послужило одной из причин.
Он запустил руку в волосы.
– Не могло быть ничего хуже. Уильям пытался предупредить меня, говорил, что я должен делать выбор, но я думал... надеялся... и она же блондинка, как девушка на картине, и... ну, это не имеет значения. Это произошло. Она та, кто есть. Я справлюсь. Я все выясню. Как-нибудь.
Она не могла разобрать его бормотание.
– О чем ты говоришь?
Он снова проигнорировал ее слова.
– Говоришь, вы изучали нас?
– Ну, да.
– Нас – это меня и моих друзей?
– А кого же еще?
– Как?
– Уверен, что хочешь правды?
– Да.
– Шпионы фей на протяжении веков следили за вами, ребята. Они докладывали обо всем увиденном, и публиковали книги, продавая по всему миру.
– Шпионы, – ровно произнес Кейн. – Книги.
– Картины. Дискуссионные кружки. Фанатские собрания.
Не отрывая взгляда от Жозефины, Кейн опустил голову, едва подбородком не достав груди.
– А ты член фанатского клуба?
– Естественно.
Кейн выгнул бровь – знак для того, чтобы Жозефина продолжала.
Так она и поступила. С радостью.
– Я член клуба "Коснись меня, Торин". – Она мечтательно вздохнула. – Он такой добрый и заботливый, всегда защищает окружающих.
Кейн схватил ее за предплечья и сильно дернул к своему телу. Осознав, что натворил, он тут же вернул ее на место, подальше от себя, и опустив руки, пробормотал:
– Прости.
А мне не жаль. Вся эта сила...
Перестань наслаждаться его прикосновением. Перестань его жаждать. Кейн не для тебя.
– Ты будешь держаться от Торина подальше, – сказал он.
– Но встреча с ним – единственная вещь, которую я хотела сделать, прежде чем умереть.
Кейн закрыл глаза, словно моля о спокойствии, и резко выдохнул.
Одна из драгоценностей, висящих на люстре, раскачалась и, плюхнувшись вниз, разбившись об голову Кейна. Он поежился и вытряс кусочки из волос.
– Да уж, такого никогда не случалось раньше. Ты в порядке?
– Да, – сквозь зубы процедил Кейн.
– Хочешь знать название своего фан-клуба? – искренне спросила Жозефина.
– Нет, если ты в нем не состоишь, – еле сдерживаясь, произнес он.
Нет, она не была официальным членом клуба.
– Что бы ты знал, хобби Синды включают в себя удары ножом в спину, вызывание неприятностей и разрушение жизней. Ты никогда не будешь с ней счастлив.
– Это она приговорила тебя к Бесконечному сну, да? – спросил он. – Ты, а не она хранитель Безответственности. – Кейн потер виски. – Именно поэтому ты оказалась в аду.
Казалось, что он больше говорил это себе, нежели ей.
– Да. В Бесконечном сне множество дверей, и одна из них ведет в Сидуар. Меня втолкнули внутрь, бросили в яму на тысячу лет, но здесь прошел всего лишь день. Днище находится в центре ада, и я наконец-то его достигла.
– Тысяча лет, – хрипло произнес Кейн. – Еще одна причина твоего желания умереть. Ты не хочешь снова испытать такое мучение.
Мучение. Такое безобидное слово для описания того, что произошло.
– Мы все слышали истории об этом месте, но, ни одна из них не верна. В той яме темно, никакого проблеска света. Там полнейшее безмолвие. Ты даже не можешь услышать собственный крик или мольбу о помощи. Там пусто. Ничто тебя не удерживает. – Жозефина покачала головой, чтобы изгнать воспоминания. – Нет, я не хочу снова это пережить.
Тело Кейна охватила странная вибрация, как будто он едва сдерживался, чтобы не поддаться акту насилия. Он побледнел.
– Кейн?
– Все в порядке, – отрывисто произнес он, а затем удивил Жозефину, взяв ее за руку, переплетясь с ней пальцами и держа ее так, словно девушка была спасательным тросом. Соприкосновение длилось всего лишь несколько секунд, но их оказалось достаточно, чтобы она почувствовала головокружение.
Чтобы скрыть свое замешательство... и внезапную неспособность дышать... Жозефина направила все свое внимание на тряпку, которой снова начала натирать перила.
– У меня уйма работы, Кейн. Прости, но я вынуждена попросить тебя уйти.
– Почему бы не покончить жизнь самоубийством? – продолжил он, игнорируя ее слова. – Не то чтобы я подобное поддерживаю. Я против, и если ты так сделаешь, я заставлю тебя об этом горько пожалеть. Мне просто любопытен твой ответ.