Страница 59 из 81
Проговорив это, иовит неожиданно вытянулся и что то высмотрев в море-опрометью бросился к мосткам и скрылся из глаз, вроде его и небыло! Хелег недоумённо осмотрелся, однако так и не поняв что же произошло с его собеседником, вновь сходил и отпросился у капитана Конрада, и получив на этот раз долгожданное дозволение покинуть корабль-отбыл искать Манфреда.
Проблуждав с полчаса среди островных складов, бывших ранее сараюшками рыбаков и их хибарами для одной ночёвки, а также огромного количества установленных палаток, что зачем то в изобилии расставили по всему острову все ордена, «рыцарь-лекарь» наконец обнаружил друга: хохочущего и глядящего «во все глаза» на некое действо, что происходило на кораблях рядом с ними.
Хелег поприветствовал Манфреда: «Хорошо ли почивали-брат меченосец?» «Медвежонок» резко развернулся и опять расхохотавшись, похлопал Хелега по плечу.
— Вы, брат Хелег-всё шутите? Рад, о чень рад-видеть вас таком настроении: спал я-преотлично, хотя конечно приходилось и грести, но на «праме» — все в равных долях в этом деле…Кстати! Храмовнички наши только что обнаружили соглядатая, что отсылал какие то сообщения на берег вместе с рыбаками, обкарнывая чешую рыбы незаметным образом «тайными знаками»-его сейчас схватили и увезли на допрос. Во-о-он-слышите? До сих пор вопит-чует зараза, что как следует его «выпотрошат»!
— Манфред, а у нас что, уже агенты пиратов появились, здесь?
— Почему уже?! — Никуда они и не девались! Среди нанятых кнехтов, ополченцев, дворянчиков пришлых, «детей корабля» иовитов и прочая, явно есть — с десяток! Да это и всегда так было: часть агентов вступает к противнику ещё при начале вербовки. Отряды то большие и за всеми сразу не уследить. К тому же, Хелег, не стоит забывать: пиратская флотилия, что мы идём «громить»-обладает примерно полусотней кораблей и своим островом с цитаделью…а это явно сплочённый отряд, со своей собственной «прибрежной» агентурой, особенно в устье Эльбы-где такое великое судоходство и соответственно: шанс обзавестись «богатой поживой». У нас в «маршевом отряде»-точно есть не менее двух десятков их людей, скорее-больше. То что устроят сейчас храмовники: «тайный» допрос и публичную расправу-это как у циркачей, не взаправду! Что они узнают-промолчат или сами придумают, зато казнь-будет пытошная, что бы его «коллеги» знали, что и их ждёт и забоялись продолжать против нас работать.
— И что данный «следопыт " сделал?
— Неведомо пока что. Некоторые говорят: разбойники боятся новых кораблей иовитов, что в нашей эскадре теперь находятся и «тяжёлого» оружия у нас, меченосцев-вроде противостенных бомбард, именуемых у них «бум-бах трубами». А взятый храмовниками человек-на рыбе, которую рыбаки должны были в условленном месте передать в корзине нужным людям-сделал небольшие срезы, точно указывая количество «каракк» и «каравелл», что к нам прибыли. Эти «шалости» заметил корабельный храмовник, ведущий присмотр за деятельностью на судне и «сигнальщика» скрутили…рыбаков, вроде бы тоже-на флагман храмовников всех отправили. А перед самым отходом судна, с захваченными в полон, кто то из сержантов Храма орал друзьям на берегу: что мол в пасти одной из рыбин-был малый кусочек кожи, с чёрточками-длинными и короткими! Хотя конечно, брат Хелег-ничего пока неведомо точно…
Потолковав ещё немного «о лазутчиках пиратов и том, как храмовники будут действовать во время похода»-оба меченосца пошли поглазеть на новые корабли, что прибыли последними: огромные «каракки»- что напоминали равносторонние ковши своею формой и «каравеллы»-с их разнообразным парусным вооружением и «пехотными» бомбардами на поворотных станках. В конце концов обоим это надоело и напросившись вне своей очереди в трапезную, они плотно поели, ибо не ведали-будет ли во время похода к острову и высадки десанта время и место «приёму пищи», а быть оголодавшими-страсть как обоим не хотелось!
«Медвежонок» рассказывал с новыми подробностями, как он провёл время на «праме»: то подрёмывая у низкого борта, то сменяя сержанта на весле и таким образом разминая слегка отекавшие, от малоподвижности, свои члены. Ему обещали перевод и что он будет находится в» первой десантной роте», той, что станет высаживаться невдалеке от города пиратов и попытается отсечь разбойников от запасного причала, на обратной поселению стороне острова. Вторая рота-должна будет на «райзеканнах» пытаться захватить суда, если те захотят прорваться сквозь морскую блокаду орденской флотилии. «Боевые лодки» развивают отличную скорость и в прибрежных водах-относительно устойчивы, так что для «абордажных команд» подходят наилучшим образом. Ещё пять рот, включая и тяжёлых «молотобойцев»-предназначены для высадки в самом порту города пиратов и захвате вначале его, а уже в случае успеха данной операции-через порт высадят все войска, для дальнейшего вхождения и захвата поселения. К цитадели, что находится на окраине города на небольшой скале-планируют подходить в последнюю очередь, так как там понадобятся «бум-бах» трубы наибольших размеров, а их придётся спускать с «коггов» меченосцев: станки и обычные катапульты и баллисты и одной из каракк, где хранятся привезёные бомбарды, устанавливаемые для перевозки на специальные телеги. Потом начнут «стенобитную артель» устанавливать на платформы перед «целями», по которым и придётся стрелять. Возможно надо будет готовить для них площадки и подвозить к ним: ядра, «взрыв-порошок», воду, прочее снаряжение-в том числе и для чистки противостенных бомбард. Так что решили ещё в Гамбурге: идти на обстрел и штурм цитадели-в последнюю очередь, а вначале операции общий план такой: разбить флот пиратов, если тот выйдет в море и примет бой. Захватить порт и выезды из города, а также-с пяток башен что охраняют и следят за подступами к городу и контролируют небольшие дороги к нему. Взять сам город, весь-квартал за кварталом. А уже в самом конце-постараться захватить крепость, если же не удастся-предложить пиратам сохранение жизней и кораблей, с правом ухода, если сами отдадут цитадель. По словам «Медвежонка», такое уже неоднократно предлагали при неудачных штурмах или осадах разбойников.
Когда начало смеркаться оба меченосца вернулись к своим подразделениям: Хелег — на «когг», где находился штаб меченосцев, а Манфред-на свой новый «прам», точнее в палатки на берегу, возле него-где уже укладывались спать бойцы из десантного отряда куда перевели «Медвежонка», выставив пару сержантов на пост.
Рыцарь-лекарь, получивший упрёк от капитана Конрада за непонятное отсутствие перед началом последнего перехода, молча покивал в знак признания правоты слов командира и уставший но довольный-побрёл укладываться. Заснул Хелег мгновенно.
Уже Сквозь крепкий сон меченосцу вдруг стал слышаться странный «ералаш звуков»: колокольный звон, барабанный бой, вой труб и рожков, вместе с резкими визгами свистков. Кто то неистово стал трясти Хелега за плечи и уже открывшего глаза но всё ещё сонного, ошарашил брат рыцарь меченосец, из свиты Конрада: «Тревога! Нападение! Всем взять оружие в руки!!! Готовь свою команду и разбирайте лекарские сумки-у нас кажется потери. Большие!»
«Рыцарь-лекарь», вспомнив как сам «вскакивал по тревоге»-стал быстро натягивать рядом лежащую и снятую перед сном лёгкую бригантину, свою или сержантскую-уже было неважно. «Малькус» был вынут из ножен и проверен, всё нормально: легко вытаскивается и хорошо заточен.
Хелег стал оглядываться в полутьме, пытаясь найти своих подопечных и отдать приказ, однако на «когге» меченосцев стоял бедлам: люди носились и переговаривались, постоянно натыкаясь в темноте на брошенные ящики и мешки и ещё не до конца проснувшихся товарищей. К пяти фонарей в помощь были зажжены ещё несколько десятков факелов, но они лишь мешали разглядывать море и что на нём происходило, так как освещали корабль мерцающим и неверным светом, не более. Слышались где то рядом крики и вопли, но не на самом флагмане меченосцев, везде «гуляли» шепотки: «Ну вот и всё-пора! Да их там не менее тысячи: перебьют тот корабль — возьмут наш на абордаж! Ла-аа-дно! Всё равно бежать некуда-сколько там того острова…умрём-как достойные славы братьев меченосцев, старших и младших! К бою!»