Страница 39 из 50
Хилая транспортная компания, в которой я подвизался вторым пилотом, едва держалась на плаву. Она располагала одним грузопассажирским судном, малого тоннажа. И её теснили крупные держатели космических перевозок.
Толстяк Ян, владелец компании, а по совместительству — капитан «Успеха», не упускал возможности пополнить кассу.
Мы шли с полным трюмом. Фрахт был не очень выгодный: потому-то он нам и достался. Из десяти кают для пассажиров семь пустовали. Ян, копаясь в Сети, перебирая заявки, искал варианты уже сутки с перерывами. Он любил говорить: «Надо верить в „Успех“!»
Я не слишком верил.
На судне третий год. Ян взял меня только потому, что я, такой ещё зелёный, согласился на маленькую зарплату. «Успех» не оправдывал своё название. Поэтому я рассматривал его как средство набрать лётный стаж. Со временем рассчитывал найти вариант получше.
Хельга (наш кок, стюардесса и горничная), брюнетка за тридцать, с туманным прошлым, тоже рассчитывала. Но пока и она, и я торчали на «Успехе», без особого успеха.
Четвёртым в экипаже числился инженер-техник Макс, небритый верзила сорока лет с хвостиком. Видеть Макса доводилось редко: он не вылезал из отсека ходовых машин. А если бы вылез — машины тут же встали бы.
— Сынок, — обратился ко мне Ян, блеснув лысиной в свете неяркой верхней лампы. — Кто-то сидит на астероиде RZ-180780159 и жаждет с ним расстаться. — Надо помочь человеку. Я прикинул все потери на торможение, смену курса и разгон. Есть навар.
Я залез в компьютер и тоже прикинул. Выразил сомнение:
— Это крюк. Сутки потеряем. Или даже больше. По фрахту неустойку сдерут.
— Поднажмём чуток. Пассажир на дороге не валяется. Он полетит с нами на Орсон. И всё равно я уже послал наше предложение. А то перехватят.
— Да, босс.
Так заканчивались почти все мои разговоры с Яном. Вздохнув, я стал прокладывать новый курс.
Через сутки мы добрались до цели.
Астероид — ничего особенного. Коричневая в свете звезды, изрытая кратерами вытянутая картофелина.
«Успех» завис на орбите.
Ян послал запрос и получил короткое подтверждение заявки: пассажир готов ступить на борт.
Доставка пассажиров — это моя обязанность.
Войдя в наш тесный ангар, я забрался в модуль и стартовал. На астероиде, судя по каталогу, добывали редкие металлы. Я видел компактную буровую установку, обогатительный комплекс, энергетический блок. И солнечную батарею, довольно широко раскинувшую синие прямоугольные крылья. Склад обогащённой руды. Пару антенн. Сооружения отбрасывали чёрные, резкие тени, как всегда бывает в вакууме.
Жильё, кажется, пряталось в глубокой тенистой ложбине. Или находилось в выработках — ниже поверхности, а в ложбине располагался вход со шлюзом.
От буровой к комплексу полз колёсный вездеход-жук, волоча прицеп с рудой.
Оборудованной площадки не было. Найдя в компьютере их позывной, я поинтересовался:
— Диспетчер, где у вас можно сесть? Я за пассажиром.
В ответ услышал зевок.
Потом на экране возникла бородатая физиономия и доложила:
— Я не диспетчер, я — дежурный… Челноки у нас садятся в ста метрах от склада готовой продукции. Туда сейчас указывает тень от солнечной батареи.
Рассмотрев относительно ровный пятачок, я решил — сойдёт, за неимением лучшего.
Начал заходить на посадку, не прекращая разговора:
— Где пассажир? Не хотелось бы долго ждать. У нас сроки.
— Он в вездеходе. — Мой собеседник опять зевнул. — Как раз выезжает.
Точно. Второй колёсный жук выбирался из ложбины.
— Скафандр у пассажира свой, — добавил сонный дежурный. — Примете его и — вперёд.
Садился я на гравитаторах, пыли не поднял. Видно было, и как вездеход подъехал, и как в нём открылся боковой люк. Человек в оранжевом скафандре вылез, медленным шагом, опасаясь взлететь, направился к модулю. Свет играл на отражающих вставках его костюма.
Не новичок. У новичков далеко не сразу вырабатывается правильное восприятие массы и веса их соотношения в условиях пониженной гравитации. Пассажир двигался уверенно.
— Ваш работник? — спросил я.
Дежурный хмыкнул, оживился:
— Вовсе нет. Прилетел с оказией, на частном грузовике, четверо суток назад, объявил, что оплатит проживание. Как появится возможность — улетит. Кому деньги не нужны… Понятия не имею, что за тип. Говорил только с главным. Из комнаты не выходил. На грузовике тоже были не в курсе. Но сказали, хорошо заплатил. Кстати, скафандр он купил у них, в полёте… Вот цирк… Хотя за ручку водить не надо, грамотный.
Хорошо заплатил.
Не зря Ян загорелся.
— Пока, — начал прощаться дежурный. — У меня — дела… Он зевнул и прервал связь.
Надеюсь, клиент не слышал этого радиообмена.
Человек в оранжевом скафандре приблизился к модулю.
Я открыл шлюз.
На входе в модуль установлены чуткие сенсоры. По их данным, оружия у пассажира нет, сложной электроники тоже нет, за исключением встроенной в скафандр.
Шлюзование пассажиру не в диковинку — и видеокамеры позволяли видеть, как спокойно он держался, Выйдя в отсек, называемый «гардеробом», снял костюм, устроил в шкафу.
К физиологическим системам не подключался; добираться-то было — всего ничего…
Появившись в кабине, с пустыми руками, сдержанно кивнул в знак приветствия.
Кивнул и я в ответ:
— Располагайтесь.
Крепкий, высокий мужчина, в районе тридцати лет. Волосы чёрные, коротко стриженые. Лицо удлинённое, с небогатой мимикой. Взгляд твёрдый.
Одет в тёмно-синюю куртку без каких бы то ни было знаков, того же цвета брюки. Тоже, наверное, купил в дороге. Багажа или не имеет вовсе, или вещи остались в скафандре. Путешествует налегке.
Пассажир сел в ближайшее из кресел, пристегнулся, не глядя на замки. Интереса ко мне или к оборудованию модуля не проявил.
Я включил малую тягу, на гравитаторах.
Когда взлетали, он в иллюминатор не смотрел, думал о чём-то.
Примерно также пассажир вёл себя и на судне. Поговорил с Яном, вошёл в свою каюту, из которой не показывался весь перелёг до Орсона.
В каюте у него бывала одна Хельга, носившая туда завтраки, обеды и ужины. Клиент и к ней интереса не проявил, что её слегка задело.
Вот и Орсон, как всегда, сплошь затянутый облаками. Но садиться нам туда не надо. Мы начали сближение с орбитальным терминалом, сверкающим огнями.
Я выполнял заявленные манёвры.
Ян сидел рядом, вёл переговоры с диспетчерской и контролирован ситуацию.
Приёмный сектор, обычной конфигурации. Разгрузочно-погрузочные, стояночные площадки. Несколько чужих кораблей.
Громоздкие, сложные механизмы.
«Успех» завис у грузового причала. Швартовая команда сменилась приёмной.
Разгрузились мы довольно быстро. И заправились топливом.
За это время наши пассажиры вышли. Я думал, все. Оказалось — нет.
Грузовые трюмы находились с обеих сторон от центрального прохода. И у каждого был отдельный погрузочный люк. Следя за диаграммой загрузки, я контролирован изменения центра масс.
Ян заговорил со мной:
— Закончишь — рассчитай курс в систему Рокси-9.
Не сразу дошло.
Подумав, что ослышался, я посмотрел на капитана:
— Рокси-9 — в Пустоши. Вы что, хотите лететь в Пустошь?..
— Ненадолго, — усмехнулся Ян.
— Зачем? Там же нет обитаемых зон.
— Клиент хочет попасть туда. Он не сошёл на Орсоне. А желание клиента — закон.
— Не до такой же степени. А «триггеры»? Они в прошлом году захватили пару кораблей. Ни слуху — ни духу.
— Мы сделаем всё по-тихому. Никто не заметит. Клиент больно денежный. Понимаешь?
Компьютерный экран озарял лицо капитана мрачноватым зелёным светом, и это казалось недобрым предзнаменованием.
— Да, босс, — ответил я.
Что нормальному человеку делать в Пустоши?
Кто его ждёт там?
Пассажир хочет присоединиться к беззаконному сообществу «триггеров»?