Страница 3 из 23
-Наверное, ты прав.
-Наверное? – я улыбнулась. Конечно же он всегда был прав.
-Я просто переживаю. Ты же видел как они отжигают.
-Это их привычное состояние. – и снова в точку. У девчонок был ветер в голове. С одно стороны это забавно, легче живется, а с другой, не слишком то это и серьёзно с их стороны. Я понимаю, нам всего лишь по семнадцать, и вечеринки у нас в крови, но я всегда знала меру. Для них же не существовало границ.
-Я не верю, что уже скоро мы выберемся отсюда, и начнем совместную жизнь.
-Тебя это пугает? – на улице было довольно прохладно, и с моей стороны было опрометчиво выходить из дома в одном платье. Мои плечи покрылись гусиной кожей, что не укрылось от его пронзительного взгляда.
-Немного.
-Ты замерзла? – я слегка кивнула, а Саша снял свой пиджак и помог мне просунуть рукава. В нос ударил такой любимый и родной запах. Смесь корицы с темным шоколадом. Я закуталась в его пиджак, чувствуя тепло.
-Спасибо. – он широко улыбнулся, и поцеловал меня в губы. Он был слишком высокий, и даже на каблуках, мне пришлось встать на носочки, чтобы обнять его за широкую шею. Каждый наш поцелуй был как первый. Мне никто не дарил столько тепла, сколько я получала в одном только его взгляде. Прикасаться к нему было величайшим даром в моей жизни. Видеть его – было необходимостью. Такой же необходимостью, как и дышать. Отстранившись от его губ, я крепко обняла его за талию, уткнувшись носом в белоснежную рубашку.
-Я люблю тебя. – прошептала я. Никогда не устану повторять это. Три слова делали меня самой счастливой, так же как и его. Я была в этом уверенна. Его глаза не умели врать. Порой я боялась такой любви к нему. Мы были как магниты. Нас притягивало моментально, одним взглядом, словом, прикосновением. Скажите, не бывает такой любви? Отвечу, что вам просто не повезло это испытать. Такая любовь может сделать вас самым счастливым, она же может и убить вас. Быть зависимым от кого то самое лучшие, и одновременно худшее что может быть с человеком. Однако, я никогда в своей жизни не пожалела что встретила его. Не пожалела, что на первом матче в своей жизни, увидела эти зелёные глаза. Не жалею о своей любви к нему.
-Я тоже люблю тебя. – тембр его голоса ласкал мои уши, возможно ли быть более счастливой? Никогда.
-Ты замерзла, пора бы возвращаться. Я обещал твоей маме, вернуть тебя в целостности и сохранности.- он широко улыбнулся, а его рука легла мне на талию.
-Как будто, ты хоть раз не выполнял это обещание. – поддразнила я. Он не зря так нравился маме. Все ее поручения он выполнял с полной ответственностью, как будто от этого зависела чья-то жизнь. В этом был весь Сашка. Всегда ответственный, примерный сын, идеальный парень, верный друг.
Я залезла в машину, а Саша включил печку. Под напором теплого воздуха, я начала согреваться.
-О чем ты думаешь? – заметив мой задумчивый взгляд, спросил Саша.
-О том, могу ли я быть еще счастливей, чем есть сейчас. – честно призналась я, смотря через лобовое стекло на дорогу.
-У нас еще будет много моментов, когда ты будешь задаваться этим вопросом. Наша свадьба, рождение ребенка, первые годовщины, семейные праздники. Я хочу провести остаток своей жизни, рядом с той, которую люблю. Так что, ты сильно влипла. – я тепло улыбнулась ему.
-Я бы не назвала это «сильно влипнуть». Я хочу того же. И ты прав, я просто понапрасну загружаю себя. Не важно что будет в нашей жизни, главное что мы есть друг у друга.
-Вот это правильно. – похвалил он меня. На лобовом стекле стали появляться маленькие капельки. Кажется, дождь начинается.
-Обидно, - произнес Саша. – а я хотел провести эту ночь под звездами.
-Так вот куда ты меня вез? – я уже давно заметила что мы немного сбились с курса моего дома. Но я доверяла этому парню, даже если бы он ехал со мной в ад. Саша развернул машину, и мы помчались по трассе. Было пустынно и темно, ни одной души. Дождь становился все сильнее, и стали слышны раскаты грома. В машине играла тихая мелодия, но я смотрела в окно, где тихо постукивал по стеклу, первый летний дождь. Мои глаза устали, и под медленную композицию, и стук дождя, я провалилась в дремоту.
Проснулась от пронзительного визга тормозов, и яркой вспышки в глаза. Я туго соображала что произошло, но уже через секунду на меня обрушилась темнота, и ужасная боль во всем теле. Из глаз брызнули слезы, и я заставила себя повернуть голову в сторону Саша. У меня началась настоящая истерика. Он был без сознания, а наша машина перевернута. Из его головы и рта, текла кровь. Я попыталась закричать, но всю грудную клетку пронзила резкая боль. Сквозь пелену слез, я провалилась в плен собственного сознания. Последняя моя мысль было только о нем. Господи, лишь бы он выжил!
Глава 2.
Я не хочу открывать глаза. Я боюсь. В моем сознании все еще стоит картинка окровавленного Саши. Я боюсь знать правду, но страстно желаю узнать ее. Что если он мертв? Как я буду жить без него? Я лучше умру сама. Тело болит, и я чувствуя каждую царапину, но все это цветочки по сравнению с душевными муками. Чувствую, как моей руки касается что-то теплое. Может это он? Сейчас я проснусь и увижу любимые зеленые глаза. Он крепко обнимет, и я растворюсь в нем, как это происходило всегда. Скажет, какая я глупенькая, что смогла предположить, что он может оставить меня. Оставит одну в этом холодном мире. Именно холодном, потому что он мое тепло. Я с трудом открываю глаза, но все размыто. Пытаюсь сфокусировать свой взгляд на чем то одном, и вижу перед глазами белый потолок, с пожелтевшей флуоресцентной лампой. Мне не знакомо это место, но я достаточно умная девочка, чтобы понять, и сопоставить боль во всем теле и больницу. В надежде я смотрю на свою правую руку, и вижу свою мать. Мои глаза наполняются слезами. Где же он?
-Мама? – через силу выговариваю я. Она поднимает заплаканные глаза, в которых кроме боли нет ничего. Губы пересохли, как и вся полость рта. Мои руки в маленьких царапинах, а в некоторых местах наложены швы. Я припоминаю битое стекло, вонзающееся в мое тело. Скорее всего, мне удаляли осколки.
-Доченька. – она истерически гладит мои волосы, лицо, при этом продолжая плакать. Ее глаза уже опухли, лицо бордового цвета, но похоже, она не может остановиться.
-Где Саша? – спрашиваю я, и мама резко вскакивает и убегает. Я, не моргая, смотрю на белую дверь, которой она хлопнула, выбегая из комнаты. Мои глаза наполняются слезами, я глубоко вдыхаю воздух, и чувствую боль во всей грудной клетке. Не обращаю на нее внимание, поскольку все мои мысли лишь о Саше. Что с ним? Мои губы начинают подрагивать, и я больше не могу сдерживать слез. Они сами начинают стекать по моим щекам, оставляя соленый привкус на губах. Я не должна думать о худшем. Тогда почему у меня такое чувство, словно от меня отодрали кусок? Словно, не достает чего-то важного, значимого. В мою палату заходит мужчина, на вид лет сорока пяти. Его пронзительные голубые глаза, внимательно следят за мной, из под очков в тонкой оправе. Белые волосы зализаны назад, а на носу легкая горбинка. Он достаточно высокий и подтянутый. В его руках папка, а на шее висит фонендоскоп, что наводит на мысль что он будет меня осматривать. Я еще не успела оценить масштабы собственных ран. Гораздо важнее было вспомнить, что же произошло на дороге?