Грешные ночи (ЛП)

В комнате он старался не слишком пялиться на Аннабель. Ведь в противном случае он будет мысленно раздевать её, представлять её роскошное тело в ванне, а затем не удержится, подтверждая её ранние подозрения и страхи.

– Ванна для тебя готова.

Простыни зашелестели.

– Для меня?

– Конечно. Я не имею не малейшего желания благоухать подобно цветку.

– Наверное, от такого количества воды у меня облезет кожа, но ванна – просто непреодолимое искушение, учитывая то, что за четыре года я, ни разу её не принимала! – Аннабель вскочила на ноги и вихрем пронеслась мимо Захариила, тут же захлопнув за собой дверь. Ангел остался на месте, терзая себя звуками упавшей одежды, всплеском воды и последовавшими стонами удовольствия.

Если Захариил и прежде желал Аннабель, то теперь это желание достигло апогея. Он желал её обнажённой, влажной, податливой и нетерпеливой. Сколько времени понадобится, чтобы её желание к нему вернулось? Сколько пройдёт времени, прежде чем она снова станет доверять ему? В какой-то степени Аннабель ему доверяла, иначе не оказалась бы здесь с ним. Но секс, как Захариил узнал, требовал нечто большее.

Когда она снова появилась в ореоле из ароматов, она казалась еще более восхитительной, чем когда появилась из душа, и была одета в принесённую ангелом униформу.

– Огромное тебе спасибо, – выдохнула Аннабель, запрыгивая на кровать. Она повернулась к Захариилу лицом, демонстрируя покрасневшую влажную кожу, так и пышущую здоровьем. Неземной цвет её синих глаз блестел, как тающий на летнем солнце лёд, а весь этот образ подчёркивал сильный аромат цветущего луга. – Я и понятия не имела, как сильно нуждалась в этом.

Голод к ней заглушило удовлетворение от того, что он доставил ей подобное удовольствие. Аннабель выглядела расслабленной, свеженькой и довольной.

– Ты простоял тут всё это время? – спросила она.

Резкий кивок.

– Но я там провозилась больше часа.

Захариил знал. Он провёл этот час, считая секунды. Три тысячи шестьсот секунд приходится на один час, а она провела там три тысячи семьсот четыре секунды.

Она умолкла, прикусив нижнюю губу, и ангел заметил это – действие, выдававшее её нервозность. Захариил ничего не мог с собой поделать и смотрел на неё. Ему хотелось прикоснуться губами к её губам, успокаивая боль нахлынувших воспоминаний.

– Ты думаешь о том, чтобы поцеловать меня? – спросила Аннабель.

– Да, – ответил ангел.

Она сглотнула.

– Не могу поверить, что я вообще размышляю об этом после того, что сказала себе – и тебе! – что никогда ничего подобного между нами не будет. Но ты настолько милый, что я, кажется, не могу ничего с собой поделать.

Каждый мускул его тела напрягся.

– Ты имеешь в виду?..

– Да. Именно так. Только сперва у меня вопрос.

– Спрашивай. – Что угодно.

– Ты позволишь мне... э-э, связать тебя?

Его и без того разгорячённая кровь фактически закипела.

– Если хочешь, но тебе следует знать, что никакие оковы меня не способны удержать. Мне всего-то нужно просто повлиять на твой разум.

– Не очень приятно узнать, что ты так легко можешь вырваться! – Какое-то время спустя плечи её расслабились, и Аннабель откинулась на подушки. – Всё равно я не смогла бы сделать этого.

Ему едва удалось подавить вопль возмущения.

– Поцеловать меня?

– Нет, связать.

– Потому что ты очень не хотела бы, чтобы кто-то связывал тебя. – Это прозвучало как утверждение, а не вопрос, как же хорошо он её изучил.

– Именно так. – Прошла целая вечность, прежде чем Аннабель нарушила напряжённую тишину. – Ладно, хорошо. Мы можем попробовать снова. Но я веду, – выпалила она. – То есть, ты будешь делать только то, что я скажу, и когда я скажу.

Восторг прорвался сквозь трещину, всё ещё расширявшуюся в его груди, но ангел быстро взял себя в руки. Он справится. Обязательно справится. Вряд ли она даст ему ещё один шанс.

– Я не разочарую тебя.

Аннабель задрожала.

Дрожь предвкушения? Хотя каждая клетка его тела требовала, чтобы он немедленно подошёл к ней, Захариил перекатывался с пяток на носки, оставаясь на месте, давая ей время свыкнуться.

– Что переубедило тебя?

Аннабель потупила взор и прошептала:

– Ванна. Лежать в тёплой воде было, безусловно, приятно, но меня не покидало ощущение собственного одиночества. Я представляла, как бы это было, если бы ты был со мной: ополаскивал волосы, массировал плечи... даже не знаю... обнимал меня.

В её фантазиях ощущалась такая тоска, которую он оказался не в состоянии дольше переносить.

Захариил подошёл к кровати. Аннабель наблюдала за ним, облизывая губы, перекладывая руки то на кровать, то на живот, то снова на кровать, словно никак не могла определиться. Ангел опустил одно колено на матрас и наклонился вперед. Ее дыхание участилось. Медленно и осторожно он опустился к ней, обнял за талию и перекатился на спину, подобрав крылья, так, чтобы девушка оказалась на нём. У Аннабель перехватило дыхание от стремительности движения, но она не вырывалась, а просто сидела, не торопясь его обнять.

А Захариил просто лежал, ожидая, когда она расслабится. Её глаза были прикрыты, длинные ресницы отбрасывали остроконечные тени на щёки. Однако с каждой проходящей минутой она напрягалась ещё больше.

– Аннабель.

– Да.

– Посмотри на меня, – попросил Захариил.

Её глаза были зажмурены.

– Нет.

– Аннабель. Пожалуйста.

– Теперь ты говоришь "пожалуйста"?

– Аннабель.

– Мои глаза, – прошептала она. – Тебе ненавистна их инородность.

Захариил был готов провалиться сквозь землю из-за того, что сказал ей об этом.

– Они прекрасны.

– Но ты говорил...

– Я ошибался. Как ни трудно это предположить, иногда и я ошибаюсь.

– Хорошо. – После небольшой паузы её веки приподнялись, и неиссякаемая голубизна её глаз поглотила его.

– Спасибо.

Наконец она опустилась и на её губах заиграла лёгкая усмешка.

– Пожалуйста.

– Я собираюсь обнять тебя, – произнёс Захариил, и поскольку протеста не последовало, он осуществил своё намерение.

Тихий вздох вырвался из груди Аннабель.

– Так... чем мы занимаемся?

– Пользуемся моментом, чтобы насладиться друг другом. – Он осторожно провёл пальцами вдоль её позвоночника. – Во всяком случае, я. А ты?

– Да. Я... Твоё сердце так колотится, – заметила удивлённо она, прижимаясь ухом к его груди.

– Только ты производишь на меня подобный эффект.

– Тогда это взаимно.

Прошли минуты, казавшиеся часами, и с каждой секундой эта изысканная пытка становилась всё нестерпимее. Захариил вдыхал аромат Аннабель, наслаждаясь её теплом, и был готов провести так всю ночь, если именно это ей было нужно... но к его восхищению девушка начала двигаться, побуждая его к... чему-то, скользя кончиками пальцев по поверхности его кожи по направлению к пупку.

– Захариил?

Он отпустил её и положил руки на спинку кровати.

– Я не отпущу рук. – Не на этот раз, как бы ужасно ему не хотелось прикоснуться к ней. – Ты будешь главной, как и хотела. ­­– Аннабель всё ещё колебалась. – Я серьёзно. Даже если мне придётся разломать кровать на части, я не отпущу изголовье, если ты сама меня об этом не попросишь.

– Тогда можешь прямо сейчас воплощать свой план в действие. – Аннабель поднялась на колени и оседлала его талию. От мучительного наслаждения у ангела перехватило дыхание.

Если бы только он мог избавиться от одежды...

Аннабель всё ниже и ниже наклонялась к нему.

– Поцелуй, – произнесла она. Её рот захватил его, язык скользнул между его зубов, чтобы сплестись с его языком. И, ох, сладость вкуса Аннабель опьяняла Захариила как ничто другое.

В течение долгого времени она прерывала поцелуи, чтобы посмотреть на него и убедиться, что ангел контролирует себя. И что бы она ни видела в выражении его лица, это не заставляло её передумать, потому что она снова и снова склонялась к нему.