Страница 46 из 81
Идущий впереди Улнара человек упал и попытался подняться, но подбежавший стражник ударил его по голове. Преступник рухнул на песок, а страж осыпал его ударами. Колонна встала.
- Ты забьешь его до смерти! - крикнул Улнар. Охранник повернул голову:
- Молчать, морронский корм!
Его палка взвилась в воздух, но Улнар опередил, изо всех сил пнув стража. Охранник отлетел шагов на пять, выронил палку, и со стоном схватился за живот. Удар сбил ему дыхание.
Осужденные изумленно притихли. На помощь побитому спешили другие охранники. Улнар вышел из строя.
- Вот он! - едва вдохнув воздуха, закричал страж. - Бейте его!
Стражники набегали. Сейчас палки обрушатся на голову непокорного. Руки Улнара были связаны... но ноги - свободны. В школе "Двух Мечей" Улнар был лучшим в рукопашном бою.
Зеваки ахнули, когда пленник, резко подпрыгнув, заставил проехаться по земле набегавшего стража. Следующего ударил под колено и свалил сильнейшим ударом в грудь. В воздухе замелькали палки, но охрана больше мешала друг другу, а Улнар бил, вымещая боль и ненависть. Осужденные уже не молчали. Каждый удачный удар Улнара встречался криками восторга, а упавшие стражи осыпались проклятьями и насмешками.
Прибежала подмога. Улнара сбили с ног и принялись избивать палками.
- Достаточно! Убьете еще, - сказал кто-то, и обозленные стражи отошли. - Морронский корм надо доставить по назначению. Поднимите его!
Два стража вздернули воина на ноги. Шатаясь, тяжело дыша, Улнар поднял залитое кровью лицо. Перед ним стоял щегольски одетый эмон в расшитом золотыми нитями плаще. Унизанные перстнями пальцы сжимали инкрустированную асирами рукоять меча.
- А ты хорошо дрался, - сказал эмон, разглядывая Улнара. - Один против десятка, со связанными руками... Постой, я тебя знаю. Это ты... Улнар!
- Кроден... - прошептал воин. Одногодок, товарищ по школе. Вот только расстались они врагами.
- Помнишь меня? - улыбаясь, эмон удивленно покачал головой. - Так вот кем ты стал, гордый Улнар! Мергином. Иного я и не ждал!
- А ты командуешь похоронной командой? - усмехнулся Улнар. - Я тоже иного не ждал.
Кроден криво усмехнулся:
- Ты так же дерзок, Улнар. Но дерзить осталось недолго. Уже вечером твои кости будут грызть морроны.
Постукивая пальцами по ножнам, Кроден прохаживался вокруг Улнара. Ему дос-тавляло удовольствие видеть осужденного на смерть врага.
- Жаль, я раньше тебя не встретил! Так бы тебя отходил... Руки прямо чешутся.
- Так еще не поздно, - сказал Улнар. - Развяжи меня, и посмотрим, кто кого отходит.
Кроден изменился в лице. Он навсегда запомнил удар, выбивший ему передние зубы.
- Я убью тебя прямо сейчас! - прошипел Кроден. - Ты бунтовщик, и осужден на смерть! Какая разница, где ты подохнешь...
- Ты знаешь закон, Кроден. Я осужден на Кхинор, ты не можешь убить меня здесь.
- Я? Не могу? - расхохотался эмон. - Я здесь хозяин! И здесь не Арнир, а Приграничье! На колени его!
Стражи согнули Улнара, и Кроден выхватил меч. Отточенная сталь коснулась шеи воина. Улнар понял: это последний шанс для Кродена что-то доказать себе. Фагирам он скажет, что пленник пытался напасть, а он защищался... Поверят эмону, тем более что свидетели будут на той стороне Кхина...
- Я воин Братства! Ты знаешь...
- Плевать на Братство! - прервал Кроден. - Здесь я командую!
- Опусти-ка меч, эмон!
Кроден оглянулся: кто смеет ему указывать? Из толпы зевак выступили трое.
- Если он из Братства, мы не позволим убить его здесь! - прогудел один, невысокий, но мощный эшнарец с боевой секирой в руках. - Может, тебе и плевать на Братство, но нам не все равно, как погибнет наш брат.
- Парень, покажи знак, - сказал другой. Морщась от врезавшихся в запястья веревок, Улнар вытянул руки:
- Я много лун в Братстве. Вот рокен.
- Я знаю тебя, ты был в отряде Гисмора! - сказал третий воин. - Клянусь Эльмером, я не дам заколоть брата, как крога!
Привлеченные шумом, на площадь сбежались зеваки. Заступники вышли из толпы, остановившись напротив эмона. Стражи окружили пленника. Кроден понял: неверный приказ - и вспыхнет потасовка, и неизвестно, кто выйдет победителем. Приграничье накладывало свои обычаи. Здесь Братство имело больший вес, чем в Ринерессе, не говоря о том, что братья были закаленными бойцами, и каждый стоил пятерых не ходивших в Кхинор стражей. Вольные воины и стражи недолюбливали друг друга, не было недели без драк или поножовщины, но доносы Кродена одану не получали законного хода. Одан жаловал Братство, а местный фагир советовал Кродену быть снисходительней. Проклятье!
- Он осужден на смерть! Какая разница, где он умрет? - вне себя от злости, Кроден убрал меч с шеи Улнара, но в ножны не вложил.
- Только не здесь! - ответствовали братья.
Кроден скрипнул зубами:
- Ладно, сдохнет на том берегу! Ведите всех на корабль!
- Прощай, Кроден, думаю, увидимся, - проговорил воин. Стражи втолкнули его в строй, и колонна двинулась дальше. Вольный воин кивнул и поднял руки над головой:
- Спасибо, братья.
Братство, созданное для защиты границ от морронов, имело много привилегий, ведь в его ряды вступали добровольно, и охотников рисковать своей жизнью всегда не хватало. Ведь, в отличие от воинов одана, братья не только охраняли берег. Отряды смельчаков частенько перебирались в Кхинор, где охотились на морронов и искали сокровища в забытых городах Древних...
Колонну преступников загнали на корабль. По узкой лестнице спустили в трюм.
- Уже скоро! Не сдохните раньше времени - морроны не любят тухлятину! - расхохотался надсмотрщик, захлопнув деревянную решетку.
В трюме темно и сыро. На балластных камнях, едва присыпанных полусгнившей соломой, сидели люди, и Улнар ощущал исходящие от них волны ужаса. Их везли в Кхинор, где морроны сожрут их живьем, но воин бывал там не раз - и возвращался. Он повторял это соседу, здоровому, как крог, парню, но тот, обхватив голову, причитал, как женщина. Для него и остальных Кхинор был средоточием зла и местом неизбежной смерти. Лишь Улнар знал, что это не так.
- Я бывал там три раза - и возвращался. Кхинор не так страшен. Мы выживем, если будем держаться вместе! - убеждал соседей воин, но его не слушали.
- Ты был в Кхиноре с оружием! - возразил осужденный мергин. - А мы едва одеты! Мы не воины! Нас убьют и съедят морроны!
- Я дождусь, когда корабль уплывет, и переплыву Кхин! - сказал кто-то.
- Не выйдет! - крикнул другой. - Я слышал, они плавают вдоль берега сутками, а бро-сишься в воду - застрелят или убьют баграми.
- Лучше утонуть, чем быть съеденным заживо!
- А ну, заткнитесь, там, внизу! Или попадете в Кхинор без языков! - крикнули сверху, и сосед Улнара испуганно умолк.
Столько народа - и ни одного храбреца, думал Улнар, обводя глазами скученных в трюме испуганных людей. Как заставить их сражаться? Ничего ведь не потеряно. Руки развяжут, оружие можно вырвать у врага.
Как же глупо все вышло... Улнар вздохнул и прикоснулся к тофу. Все знают, как одан обращается с мергинами. Глупо бить кулаками по камню. Вступать в перепалку с фагиром себе дороже, но он вступил. И теперь плывет в Кхинор... Что было бы с ним, не вступись он за тех несчастных? А что стало, когда вступился? Норана отправили на рудники, он хорошо отделался. Насколько мог предположить Улнар, жену хешима не тронут, но как будет жить женщина без мужа, в разграбленном сборщиками доме? Он сжал кулаки. Почему мир так несправедлив? Мне бы вернуться, подумал он, встретить того сборщика и убить, как мерзкое насекомое! Даже к ранившему его эмону Улнар не испытывал ненависти, ведь тот победил в честном бою.
Решетка с треском откинулась. В проеме показались головы и копья стражей:
- Приплыли, морронский корм! - захохотали они. - Ну, и вонь от вас! Верно, обгадились от страха!