Страница 3 из 14
— Ты хочешь сказать — сбежавший от нас Питс до другого города не доедет? — сильно порадовался такому интересному заключению, даже наплевав на провал самой идеи.
— Доедет, — сразу расстроил меня мастер, не дав хорошенько порадоваться чужой возможной беде. — Как раз до ближайшего города и доедет, а потом всё. Впрочем, он может и в пути починиться, если действительно не доедет, тут не так сложно, если есть лишняя печь мягкого тепла. Нам ещё пару раз скататься нужно, — сказал он мне, отметив как последнее стекло с телеги исчезло за дверями особняка.
Вернувшиеся «грузчики» быстро попрыгали на телегу, и она медленно сама покатилась к воротам. Несмотря на весь скепсис мастера Бокка, сама идея оказалась вполне жизнеспособной. Требовалось разве только найти более удачную реализацию всей конструкции.
Снова оставшись без активного занятия, опять с трудом удержал себя от вмешательства в чужие дела. Помог зельевар Актиус, обнаруживший меня в столовой, сидящим перед пустой тарелкой с грустным видом на лице, дабы утащить в свою мастерскую. Сегодня у нас был день приготовления бытовых эликсиров. Они уже не являлись «простыми», и состояли из двух, а иногда и из трёх компонентов. Заменители мыла и чистящих средств, дезодоранты для тела, пропитка для обуви и одежды. Всего около трёх дюжин разных составов на все случаи жизни. Большой ценностью они не являлись, но их требовалось много и постоянно. Без должной пропитки одежда могла быстро изнашиваться, засоряться, обувь не самым лучшим образом влияла на ноги, и многое другое по мелочи. Даже пол стоит протирать специальным составом, дабы к нему не липла грязь. У нас же большинства нужных эликсиров вообще не было, а тех, которые имелись, сейчас и вовсе уже почти не осталось. Делать новые бытовые составы оказалось лишь немногим сложнее, чем «простые» и «предварительные» эликсиры, фактически нужно было лишь знать необходимую рецептуру и быть аккуратным и терпеливым. С моим ускоренным сознанием брака в работе почти не было, чему очень сильно радовался зельевар, подставляя передо мной большие баки с подготовленной водой и подкладывая исходное сырьё. Я же дозировано пропускал через себя энергию, постепенно закачивая свойства сырья в эту воду, обеспечивая точность и непрерывность процесса. С двух компонентными составами было немного сложнее. Первый состав мог разрушаться при присадке к нему чего‑либо дополнительного. Тут уже пришлось иногда использовать сделанные недавно «предварительные эликсиры», пропуская нужные свойства сырья через них в основной состав. То есть эти самые «предварительные» выступали в роли специального фильтра, обеспечивающего должный процесс, не расходуясь при этом сами. В принципе — ничего сложного, просто требуется хорошо знать, что из сырья и с чем конкретно совместимо, а с чем нет, и как это можно преодолеть, в случае необходимости.
Вот с последним бытовым эликсиром, которым протирали тарелки перед тем, как положить туда еду, пришлось очень серьёзно повозиться. В нём было восемь базовых элементов, шесть промежуточных, и впервые в моей практике применялись три операции преобразования свойств исходного сырья, причём одно двойное. Первые одиннадцать попыток приготовить нужный состав в малых дозах оказались полностью неудачны. Ещё семь следующих были потрачены на закрепление всех новых для меня операций, а главное — их сочетаний друг с другом. В результате один последний маленький флакончик с бесцветной плотной жидкостью без вкуса и запаха был отмечен Актиусом, как вполне годный.
— Не пойму, зачем для протирки посуды такой сложный эликсир потребовался? — спросил его, когда тот похвалил меня за удачную попытку.
— Зато, если туда положат что‑то отравленное — это сразу станет заметным, — расплылся он в довольной улыбке. — Поздравляю тебя, Вит, ты стал пятым за последнюю сотню лет зельеваром, который сумел приготовить «поварскую синь» — так называется этот состав. За этот флакончик в столице королевств можно было выручить минимум сотню золотых, если знать, кому его предложить.
— Сколько–сколько? — сильно удивился названной сумме за какую‑то ерунду.
— Можно и больше, — покачал головой зельевар, — только нужен выход непосредственно на Лордов, иначе перекупщики, имеющие к ним доступ, возьмут не меньше половины за посредничество. Попробуй пока сделать ещё одну порцию.
Следующая порция, а также ещё четыре за ней получились у меня ничуть не хуже. На пятой немного ошибся, пришлось её выбрасывать, а шестая и седьмая пошла в зачёт, после чего закончилось исходное сырьё. Вот так, всего за три часа работы, буквально из ничего получился продукт на шесть сотен золотых, по словам Актиуса. Без меня он бы за такой эликсир даже браться не стал, но теперь обещал подкинуть к завтрашнему дню ещё кое‑что интересное.
Едва вышел из мастерской зельевара, сразу был пойман Мариной. Она давно хотела пообщаться со мной. Подойдя к своему кабинету, которым также пользовалась и она для своей работы, услышал, как там кто‑то поёт. Слов песни разобрать не смог, но всё равно остановился и несколько долгих секунд слушал чарующие звуки, пока Марина легонько не подтолкнула меня в спину. В кабинете вокруг стола расселись мои «девы престижа», как первые три, так и парочка новых. Девы что‑то активно рисовали, но при этом они ещё и пели, так и не остановившись при нашем появлении. Пару минут стоял и просто смотрел на происходящее, опасаясь спугнуть нахлынувшее наваждение. Раньше ведь думал — «девы престижа» нужны только для постельных утех богатых и статусных мужчин, а они, оказывается, ещё и петь могут. Да и рисуют весьма хорошо, вернее сейчас не рисуют — а чертят. В некоторых листах бумаги, лежащих перед ними, вполне узнавались красивые фасады зданий с широкими окнами и отделкой под античность, на других листах изображался внутренний интерьер, на третьих были вполне узнаваемые чертежи общей планировки.
— Гостевые дома и казармы, — сказала Марина, положив передо мной стопку листов с хорошо прорисованными наружными видами и упрощёнными чертежами внутренних планов.
Все здания имели по два этажа, имели типовую планировку и отличались лишь внутренней отделкой и набором «удобств».
— А вот тут примерный план нашей части города, — девушка положила передо мной большой лист, на который была перенесена часть карты, висящей на стене.
Только от самой карты этот план серьёзно отличался. Общими были разве только несколько основных дорог, идущих от центра к городским воротам, а всё остальное пространство застраивалось уже по–новому. Кривых узких переулков и трущоб на новом плане, естественно, не нашлось. На их месте располагались строгие кварталы новых общественных домов, имелось немного мест под индивидуальную застройку коттеджного типа для богатых горожан, не забыто пространство под два тренировочных лагеря для наёмного войска, а также предполагаемая территория под возможные производственные мощности. Недвижимость, принадлежащая искательским кланам, переносилась ближе к воротам, склады купцов на западной стороне тоже сильно ужимались в весьма компактные образования. А то сейчас между ними хватало пустой земли, занятой утлыми лачугами городской бедноты или вовсе заполненной мусором. Вроде бы земли в городе много, но используется она совершенно нерационально. Практически неизменным оставался лишь самый центр, где стояли особняки и дома самых богатых горожан, вроде нас самих, но таковых было совсем немного в нашей части города. Богатые кварталы располагались на северной и восточной стороне за особняком авторитета Сома. Дальше за домами богачей там было сосредоточение домов городских мастеров и торговцев. За ними находились три публичных дома в окружении из дюжины кабаков, а за которыми начинались строения северного искательского клана, а также нескольких новых, недавно появившихся в городе. На ту богатую часть нам, естественно, покуситься никто не даст, авторитет Сом оставил её за собой. Зато на нашей бедной части можно было начинать любое строительство, снеся большую часть сегодняшних построек за несколько дней, чем и собиралась озадачить меня Марина.