Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 80 из 84



— Не надо было этого делать.

— Да все в порядке. Мне нужно не больше пяти минут. Так, машину придется бросить. Значит, встречаемся у станции метро «Пентагон» через час.

Она резко вскинула голову.

— Что?! Ты шутишь или спятил?

— Ни то, ни другое. Я просто хочу увидеть свою работу.

Он сделал ей знак уезжать. Огромный хвост огромного «данинга-959» ждал его всего в нескольких метрах, чуть левее от них. Времени на разговоры у него больше не было. Вылет через несколько минут.

Глава сорок вторая

Дэггет подбежал к дверям компании «Квик-Линк». До срока, который он сам себе назначил, оставалось пять минут. Он был весь в поту, дыхание на пределе. В довершение ко всему он подоспел как раз к смене служащих: утренняя смена закончила работу, вечерняя только подходила, и он оказался в самом хвосте длиннющей очереди. Очередь почти не двигалась: каждый служащий подвергался проверке работниками службы безопасности компании.

Дэггет прошел к началу очереди. Каждый служащий показывал удостоверение одному из двоих охранников, который внимательно их изучал. Дэггет протянул свое удостоверение.

— ФБР, — громко произнес он. — Это срочно. Мне нужно к начальству.

— Оружие есть? — спросил охранник.

Дэггет показал пистолет.

— Придется оставить здесь.

— Но послушайте, это просто смешно. Я здесь по службе, по срочному делу, я из ФБР.

— Меня это не интересует. Будь вы хоть сам Гувер. Оружие придется оставить здесь.

— Вы знаете такого, по имени Хендерсон? — спросил Дэггет, припомнив в последний момент имя человека, с которым они тогда вместе спаслись от взрыва. — Хендерсон, из полиции аэропорта. — Охранник наморщил лоб. — Позвоните ему, — быстро продолжал Дэггет. — Позвоните прямо сейчас. Скажите, агент Дэггет из ФБР. Оружие должно остаться у меня. Он даст разрешение.

Охранник отодвинул пистолет подальше, дал Дэггету знак проходить, а сам повернулся к следующему в очереди. Дэггет схватил трубку, сунул ее охраннику под нос.

— Звоните, я вам говорю! Хендерсон!

— Ладно-ладно, — сдался охранник и стал набирать номер.

Испуганная сотрудница провела Дэггета к управляющему. Он был в одном из складов, и там кипела такая бурная деятельность, какую увидишь разве что в телерекламе. Управляющий долго не мог понять, о чем речь. Он был тощий, долговязый, лет за пятьдесят, с аэропортовской стрижкой и типичной аэропортовской улыбкой.

— Что вы тут мне байки заколачиваете! Никогда такого не слыхал.

— Единственное, о чем я вас прошу, — задержать самолет, пока я не переговорю со своим начальством.

— Ну, это можно, наверное.

— Можно или наверное? Вы что, не поняли, о чем я говорю?

— Послушайте, у меня ведь тоже есть начальство. Сначала я с ними должен связаться. И потом, я вообще-то не зануда, но сначала придется вас проверить. Не могу я так просто задержать вылет. Знаете, сколько раз на дню нам грозят бомбами? Да вы и представления не имеете.

— Да не угрожаю я вам. Это не пустая угроза. Я из ФБР. Я работаю с секретной информацией. И я вам говорю: этот самолет сейчас не полетит! Если понадобится, я сам его задержу.

— Знаешь что, приятель, давай лучше не будем. Ты хочешь показать, какой ты крутой, а я могу показать, какой я крутой. Хочешь? — Лицо его внезапно побагровело. Он ткнул Дэггета в грудь. Палец был как железный. — Пошли. Позвоним кое-куда.

Вот и попал в ловушку. Сам виноват. Если бы удалось сохранить спокойствие… Но как тут сохранишь спокойствие! Бежал-бежал, до седьмого пота, и вот на тебе!

— А как же самолет? Может, все-таки сначала задержите вылет, а потом пойдем звонить?

— Всему свое время, приятель. Всему свое время.



Глава сорок третья

Корт и представить себе не мог, как близок он был к провалу. Хотя дурные предчувствия появились уже с утра, когда из-за ветра пришлось отложить операцию. Потом оказалось, что у него была не совсем точная информация о времени вылета дневного рейса. На самом деле вылет был на полчаса раньше. Такие проколы ему всегда казались дурным знаком.

В отличие от прошлой диверсии на «Эм-Эйр-Экс-пресс»-64, куда он проник с такой легкостью и где в тот момент, кроме него, никого не было, здесь он попал в самое осиное гнездо. Все кипело и бурлило. С трейлеров выгружали мешки с почтой и переправляли в фюзеляжное отделение самолета, некоторые были полны до краев, другие полупустые. Подбежал еще один механик, в руках у него была металлическая кофеварка.

— Чертова машина, — запыхавшись, проговорил он, — опять сломалась. Посмотри, — обратился он к Корту, — сможешь что-нибудь сделать?

«О, да, — подумал Корт, — что-нибудь я наверняка смогу сделать». И он это сделал сразу же, как только попал в самолет. Первым делом вынул из сумки огнетушитель, прошел в кабину и там неожиданно столкнулся лицом к лицу с теми самыми людьми, которых собирался убить. Водя пальцами по бумаге, они выверяли данные, повторяя цифры друг за другом, как эхо. Сначала Корт остановился как вкопанный, замер от неожиданности. Потом вдруг понял, что они его не видят, занятые только своим делом. Он был для них невидимкой.

Он опустился на колено, держа огнетушитель в одной руке.

— Как там с кофеваркой? — спросил второй пилот, даже не взглянув на него. — Починил?

— Как раз этим и занимаюсь, — спокойно ответил Корт.

— Ну и что там? — спросил второй пилот.

Командир попросил его не отвлекаться, и они снова вернулись к своим цифрам, так что Корту не пришлось отвечать на этот вопрос.

Он разжал зажим и вытащил огнетушитель, а на его место положил свой, с детонатором Бернарда внутри. Часовой механизм был заранее установлен точно на то время, которое они определили на тренажере с Роджером Бардом, — сорок семь секунд. Все. Дело сделано. Больше от него ничего не требовалось. Главная прелесть бернардовского детонатора состояла в том, что его не требовалось подключать — ни переворачивать, ни трясти, ни шевелить. Летчики сами сделают это за него. Сначала изменят давление в кабине, потом поднимут машину носом вверх. В этот момент начнет действовать часовой механизм, газ вырвется наружу, и очень скоро все будет кончено. Корт уже ощущал сладкий вкус победы. Теперь он никак не мог решить лишь один вопрос — забрать ненужный огнетушитель или оставить?

Нерешительность — злейший враг любого исполнителя. Это Корт знал очень хорошо. Он запихнул огнетушитель в сумку и стал застегивать «молнию». В это время появился второй механик. Направился Прямо к кофеварке. Неожиданно взглянул на Корта и остановился.

— Ты что, новенький?

Вопрос застал Корта врасплох. Уйти или остаться?

— Да, новенький, — ответил он, стараясь говорить без акцента.

— Угу, я так и подумал. — Парень протянул руку. — Рад познакомиться. Расс Кейн.

Корт крепко стиснул протянутую руку. Имя… Какое же имя назвать?.. Ничего не приходило в голову.

— Дэвид Данинг, — выпалил он, взглянув на фюзеляж.

— О, легко запомнить! — воскликнул механик. — Так же, как наш самолет.

— Рад познакомиться, — пробормотал Корт. И поспешил прочь. Пот лил с него градом.

Глава сорок четвертая

— Есть у вас соответствующая бумага? Какие-нибудь письменные пояснения? — спросил управляющий, оторвавшись от телефона.

— Бумага?! Я вам говорю: в самолете бомба!

— Перезвоню вам позже, — сказал управляющий и повесил трубку.

Дэггету случалось и раньше попадать в ситуации, когда не остается ничего другого, как сдаться. Вот и сейчас он мог вывернуться наизнанку, но этот доморощенный Джон Уэйн был непробиваем.

— Вы себе никогда этого не простите, — сказал Дэггет.

— Почему бы нам в таком случае не позвонить вашему начальству, если вы так уверены, что время не терпит. Ну, говорите, кому звонить!

Дэггет знал, что ничего из этого не получится. Даже если Линн уже успела добраться до Баззард Пойнт, даже если в эту самую минуту она уже сидит у Палмэна, что весьма проблематично при таком скоплении транспорта на дорогах, все равно Палмэн ни за что не примет решения сам, основываясь лишь на интуиции Дэггета. Происходило именно то, на что рассчитывал Энтони Корт. Благодаря чему, собственно, ему и удалось осуществить свой замысел. Громоздкая машина ФБР двигалась в заданном направлении, и повернуть ее было практически невозможно.