Страница 103 из 135
– Ты была без сознания несколько дней.
Она была поражена:
– Несколько дней? И все это время ты был со мной?
– А где же я мог еще быть? – нежность звучала в голосе Птолемея.
Он взглянул на лекаря:
– Я хочу остаться наедине с Таидой.
Когда они остались одни, Таида ласково дотронулась до его щеки.
– Увидев тебя на носилках, я подумал, что ты умерла.
– На носилках? Почему?
– Тебя нашли в саду без сознания.
– Я была не права, что сразу по прибытии в Вавилон не рассказала тебе все о Персее. Я боялась, что ты рассердишься… Иола? Где она сейчас?
– Неарх увез ее в Афины. Александр разрешил ему небольшой отдых перед длительной морской экспедицией к берегам Инда. А теперь ты должна снова поспать, чтобы силы вернулись к тебе.
– Ну нет! – с засиявшими глазами она притянула его к себе. – Мне казалось, ты будешь подозревать меня, не поймешь, почему я встречалась с Персеем. Он угрожал мне, требовал, чтобы я помогла ему уничтожить Александра, которого, как он считает, ненавидят в Афинах. Он очень опасен.
Птолемей крепко обнял ее.
– Успокойся. Теперь все позади.
Вдруг в глазах ее снова появился страх:
– Подожди! А где сейчас Персей?
– Он сбежал вместе с Дарием. Но пусть он больше тебя не беспокоит.
Таида содрогнулась.
– Значит, он на воле. Персей коварен и неуловим, он в любой момент может выследить меня снова.
– Да, Персей все еще жив. Но мы поймаем его. Наказание, которое я для него придумал, более страшное, чем смерть.
– Наказание? Ты знаешь, где он?
Птолемей поцеловал ее.
– Я его найду. Обязательно. А сейчас спи. Твои глаза слипаются.
Таида уже засыпала.
– Завтра я буду здоровой.
Завтра она попытается начать все сначала.
Жить – вот что самое главное.
Уже несколько дней Александр жил во дворце персидских царей в Экбатанах.
Оставшиеся в городе жители прятали дорогое имущество в потаенных местах подальше от глаз македонцев. Об Александре многие переговаривались со страхом, но большинство с надеждой на его милость.
– А слышали, что он запретил грабить Пасаргады?
– И никого из персов не тронул ни в Сузах, ни в Пасаргадах, а многих даже возвысил.
– Он назначил сатрапом Мифрена, оставил Мазея на посту наместника в Вавилоне, недавно приблизил к себе Висфана.
– Зато сколько крови пролито в Персеполе!
– Война без крови не бывает. Александр оказался самым великодушным из всех царей.
– Может, Ахурамазда и посылает его нам вовсе не на горе?
Роскошь персидского двора все больше затягивала Александра в свои сети. Великолепие, которое теперь окружало его – скульптуры из бронзы, золотые чаши, изделия из слоновой кости – стало все больше и больше нравиться ему.
Александр наслаждался изысканным восточным богатством дворцовых покоев: в одной из комнат дворца он любовался кубком из отполированного оникса, в другой утопал в пушистых мехах, доставленных из Скифии, получал удовольствие, ступая по мягким персидским коврам. Дворец в Экбатанах поражал своим великолепием и богатством.
Подобно персидским царям, Александр стал принимать своих военачальников и даже самых близких к нему друзей, сидя на троне. С каждым днем среди его приближенных прибавлялись знатные персы. Они кланялись новому царю, восседающему на троне, касаясь лбом пола.
Македонцы начади роптать, опасаясь, что царь скоро заставит и их кланяться ему в пояс.
Однажды во время застолья Александр объяснил Гефестиону:
– Царь великого государства обязан принимать эти почести.
Постепенно жизнь открывала глаза на происходящее вокруг. Александр многое хотел бы смягчить в своих начинаниях, чтобы стать выдающимся правителем, мудрым и справедливым в своих поступках.
В один из дней Александр забрел в огромную библиотеку, выходящую узкими окнами во внутренний двор. В библиотеке были собраны всевозможные свитки, рукописи и глиняные таблички. Царь застал в библиотеке Птолемея.
– Здесь много редких свитков, – сказал Птолемей. – Не мешало бы поручить Каллисфену и Евмеву ознакомиться с ними.
– Ты прав. Пусть Каллисфен отберет все самое лучшее. Я мечтаю построить в Александрии огромную библиотеку. Собрать в ней рукописи народов мира. И еще. Запиши в своих дневниках, что милостью богов мы совершили величайшее в истории человечества деяние. Теперь боги внушили мне мысль объединить все народы.
– Ново и неоценимо будет твое свершение, если ты провозгласишь равенство между народами, – задумчиво проговорил Птолемей, глядя прямо перед собой. – Но большинство думает иначе. Македонцы мужественно довели войну до конца. Победили!.. Они заслужили привилегии и лучшую жизнь.
Александр прервал Птолемея:
– Великие цели жизнь выдвигает перед избранными, наделенными великой мудростью.
– Я согласен. Мы – избранники Зевса!.. – воскликнул Птолемей. – Но вспомни: несколько веков персы держали в рабстве многие народы. Теперь ты приближаешь персов к себе. Не оказывай любви и милости недругам своим, не то войско взбунтуется и покоренные народы погубят великое государство, которое ты стремишься создать.
– Не торопись, Птолемей! – резко прервал его Александр. – В тебе говорит ненависть и чувство мести. Так думает и Таида. Кстати, я слышал, она здесь, в Экбатанах.
Птолемей насторожился.
– Да, она здесь. Она сожалеет о содеянном в Персеполе.
– Я умею прощать людям их слабости, но Таида сделала меня более осмотрительным по отношению к женщинам.
– Будь милосердным к ней. Она много выстрадала. В Персеполе ее похитил Персей и привез сюда, в Экбатаны.
– Персей? – Лицо царя стало жестким. – Я знаю, он хотел сделать ее орудием своей мести.
Птолемей был удивлен, что Александр знает о связи Таиды с Персеем.
– Таида старалась выведать у него нити афинского заговора, рисковала жизнью ради нас.
– Пока я ничего не хочу слышать о Таиде. Нам надо искать решения для достижения великой цели объединения народов, создания единого государства без границ. Но сначала необходимо настигнуть Дария. Когда захватим Дария, пойдем на край Ойкумены, к берегам Инда, в богатейшую страну золота и необычайных чудес.
– Ты думаешь о новом походе?
– Да!.. Часть войска, которое стремится домой, на днях мы проводим в Македонию. Советую и тебе срочно отправить Таиду в Афины.
Птолемей воспринял слова царя как приказ.
Александр задумался ненадолго, затем сказал:
– Афиняне всегда ненавидели и презирали македонян. Таида – исключение. Так пусть она, вернувшись в Афины, выполнит мое особо важное поручение.
– Какое? – удивился Птолемей.
– Узнает все о главных зачинщиках заговора. Персей сейчас находится с Бессом в лагере Дария. Догнав Дария, мы разыщем его и уничтожим. Может быть, нам удастся узнать что-нибудь от Персея, хотя навряд ли. Развязать ему язык будет трудно. Но в Афинах есть и другие заговорщики. Их немало. Они, как и Персей, тесно связаны со сторонниками Дария.
Немного подумав, Александр сказал:
– Пусть Таида придет сегодня ко мне. Скажи, что у меня к ней дело большой важности.
Увидев, как изменилось лицо Птолемея, Александр поспешил успокоить его:
– Не ревнуй. У меня слишком много дел, чтобы тратить время на женщин.
Птолемей вышел из библиотеки задумчивый и подавленный. Он снова ревновал Таиду!.. Как счастливы они были эти несколько дней в Экбатанах. Почему царь вспомнил о ней? Да еще приказал ей к нему прийти. Прав был Филота – Таида виделась с царем в Вавилоне. Она приехала в Вавилон ради Александра!.. Почему он не догадался об этом раньше? Царь и Таида были близки, иначе Таида не появилась бы в Персеполе. Как легко она согласилась сопровождать его, Птолемея, по трудным горным дорогам в Персеполь! Впервые в Птолемее властно поднималась волна яростного гнева против Таиды.
После выздоровления Таиде еще много о чем надо было подумать. Например, о Птолемее. Таида заметила, что она каждый раз с нетерпением ждет его возвращения. Все ее существо тянулось к нему. Но стоило ей вспомнить об Александре, как сердце сжималось от пронзительной обиды. Александр нанес ощутимый удар по ее самолюбию. Предчувствия подсказывали ей, что их пути еще сойдутся. Часто лежа рядом с Птолемеем, она мысленно мечтала о близости с Александром. Эта раздвоенность – Птолемей и Александр – пугала ее. Она и не предполагала, что так все может сложиться, что судьба ее тесно переплетется с судьбой царя и его сводного брата.