Страница 35 из 57
– Да. Нужно, чтобы император приказал развести костер, чтобы девятьсот девяносто девять римских губернаторов передали это приказание и один раб, чтобы разжечь его.
Всему обществу ответ понравился, и Дрейвен, признаться, тоже нашел его смешным. Будь он из тех, кто умеет смеяться, наверняка сделал бы это вместе со всеми, но прошло слишком много лет с тех пор, когда он смеялся последний раз, да он уже даже не может вспомнить, как это – смеяться.
Эмили сокрушенно вздохнула и посмотрела на Саймона:
– Ваш брат – тяжелый человек.
Дрейвен чуть не подавился.
– Что с вами, милорд? – участливо спросила Эмили и постучала его по спине.
– Все в порядке, – ответил Дрейвен и слегка отстранился. – Ваши слова застали меня врасплох.
Саймон снова расхохотался.
– В чем дело? – удивленно спросила Эмили.
Саймон потряс головой:
– Пусть брат объяснит вам, насколько он на самом деле тяжелый.
– Саймон, – предостерегающе зыркнул на него глазами Дрейвен.
– Не рычи на меня. Ты же сам это спровоцировал.
Эмили недоуменно взглянула на братьев. Тут Дрейвен встал и направился на другой конец лагеря.
Эмили смотрела ему вслед.
– Разве я сказала что-то не так? – спросила она у Саймона.
– Это был просто ваш выбор слов.
Эмили ничего не понимала, но, взглянув на Саймона, решила, что не станет ничего уточнять.
Да этого и не потребовалось. Сзади подошла Элис и шепотом произнесла что-то Эмили на ухо. Та мгновенно стала пунцовой от стыда.
Остаток ужина прошел в полном молчании. Эмили от смущения не решалась поднять глаза.
Когда все разошлись, они с Элис улеглись спать.
Но сон не шел к Эмили.
Элис лежала рядом с ней и громко храпела. Эмили откинула одеяло и протянула руку к седельной сумке. Решив, что все равно не уснет, она достала подаренную Кристиной книгу и вышла с ней из палатки туда, где еще горел костер.
Вокруг никого не было. Эмили открыла книгу, но тут же испуганно захлопнула ее.
Ее всю обдало жаром. Нет, она, конечно же, ошиблась! Конечно, там, в книге, на самом деле нет ничего такого. Ей просто показалось…
Эмили осторожно приоткрыла книгу – и глаза ее округлились. На страницах книги были изображены мужчина и женщина, занимавшиеся любовью.
Эмили открыла книгу смелее и опять вспыхнула.
– Неудивительно, что Кристина просила меня рассматривать эту книгу, только когда я буду одна, – прошептала она и торопливо огляделась вокруг, чтобы убедиться, что ее никто не видит. К счастью, в лагере было пусто.
Смущенная и заинтересованная подарком Кристины, Эмили заметила кусочек пергамента, всунутый в книгу.
Она вынула его. Им оказалась записка, адресованная ей.
«Дорогая Эмили,
я знаю, как тебя интересует то, что происходит между мужчиной и женщиной. Эту книгу мне дала моя мать накануне моей первой брачной ночи. Она может поначалу шокировать тебя, но потом ты поймешь, что она очень поучительна и полезна. И, судя по внешности лорда Дрейвена, я совершенно уверена, что эта книга пригодится тебе гораздо в большей степени, чем мне с моим Орриком.
Больше всего советую тебе изучить семьдесят третью позицию. Оррик любит ее больше всех остальных.
Любящая тебя Кристина».
Эмили опустила записку на колени. Отец упал бы замертво, узнай, что она держит в руках подобную книгу!
– Книгу следует бросить в костер, решила Эмили. Вот как поступила бы благовоспитанная леди.
Но любопытство взяло верх, и, оглядевшись вокруг еще раз, чтобы убедиться, что поблизости никого нет, Эмили снова открыла книгу.
Поднеся ее поближе к огню, она попробовала рассмотреть, как на картинке переплелись тела женщины и мужчины в семьдесят третьей позиции. Мужчина лежал на боку позади женщины, обхватив руками ее груди, и, кажется, засовывал…
– Что это такое? – раздался вдруг голос Дрейвена. Эмили ахнула и торопливо захлопнула книгу. Подняв голову, она увидела, что Дрейвен стоит рядом.
– Ничего, – быстро ответила Эмили.
– Это то, что подарила вам Кристина, когда мы уезжали?
Эмили утвердительно кивнула и сунула книгу под мышку.
– Можно мне посмотреть? – попросил Дрейвен, протягивая руку.
При мысли о том, что он увидит то, что видела она, Эмили готова была провалиться сквозь землю. Что он подумает о ней?
– Нет-нет! – испуганно проговорила Эмили.
Дрейвен нахмурился:
– Что это с вами такое?
– Ничего. – Эмили встала. – Совершенно ничего.
– Ну тогда разрешите мне…
– Нет. Нет. Мне нужно идти спать.
Но Эмили не успела сделать даже шаг, как Дрейвен вырвал у нее книгу и раскрыл ее.
У него перехватило дыхание при виде изображений обнаженных мужчин и женщин в любовных позах.
Много лет он не видел эту книгу. Такие книги ходят в среде рыцарей во время походов, и рыцари хвастаются, что они занимались такими вещами с дамами сомнительной добродетели. Дрейвен никак не ожидал, что обнаружит такую книгу у высоконравственной леди. И к тому же девственницы!
Широко раскрыв от изумления глаза, Дрейвен посмотрел на Эмили. Она стыдливо потупила взор.
Дрейвен не знал, что сказать. Что говорят леди, застигнув ее за таким занятием? Он медленно закрыл книгу и протянул ее Эмили.
Она взяла книгу, не проронив ни слова. Пристыженная и смущенная, Эмили прижалась лбом к потертому кожаному переплету. Может ли быть что-нибудь постыднее? В этот момент она готова была убить Кристину! О чем только она думала, делая такой подарок?
Проживи Эмили две тысячи лет, она никогда не забудет потрясенного выражения на лице Дрейвена. Что он теперь о ней подумает?
– Дрейвен, я не знала, что эта книга… – залепетала Эмили.
Нет, не то нужно сказать. Эмили поняла это, когда Дрейвен укоризненно посмотрел на нее.
– Я девица, милорд, – с трудом выдавила из себя Эмили. – Я не понимаю, с какой стати Кристина подарила мне такую…
Дрейвен покачал головой:
– Не будем больше говорить об этом. Забудем.
Эмили облегченно вздохнула, чувствуя к Дрейвену благодарность за его великодушие.
– Вам не кажется, что вам пора лечь спать? – продолжил он.
– Я не могу уснуть и предпочла бы остаться здесь с вами, чем ворочаться на постели и слушать, как храпит Элис.
– Почему?
Эмили заметила смущенное выражение на лице Дрейвена.
– Вам трудно поверить, что кому-то хочется побыть в вашем обществе?
– Да. Пока что такого желания ни у кого не возникало. А вы почему-то совсем другая.
Эмили отложила книгу в сторону и встала, оказавшись с Дрейвеном лицом к лицу.
– Возможно, потому, что я единственный человек, который когда-либо был рядом с вами. Думаю, что ваша любовь к одиночеству оттолкнула от вас даже самых упрямых.
– Но не вас.
Эмили улыбнулась:
– Да, я гораздо упрямее других.
– С этим я спорить не стану.
Эмили хотела прикоснуться к Дрейвену, но что-то в его позе подсказало ей, что делать этого не следует. И она перевела взгляд на темный лес.
Дрейвен слушал, как она дышит. Она была так близко от него, и он ощущал ее близость как физическое прикосновение.
– Один человек, – продолжила Эмили, нарушив молчание, – пошел на исповедь, взяв с собой индюка.
Очередная попытка вызвать у него смех заставила Дрейвена устало вздохнуть. Неужели она никогда не признает свое поражение?
– Индюка? – переспросил он, мысленно недоумевая, почему поощряет попытки Эмили рассмешить его.
– Да. И он попросил священника: «Прости меня, святой отец, за то, что я согрешил. Я украл этого индюка, чтобы накормить своих голодных детей. Не возьмете ли вы его у меня, чтобы наш Господь простил меня?» «Разумеется, не возьму, – ответил священник. – Ты должен вернуть его тому, у кого украл». «Но, святой отец, я пытался, а он отказался, и что мне теперь делать?» «Если то, что ты говоришь, правда, значит, это Божья воля, чтобы индюк остался у тебя. Ступай с миром», – сказал священник. Человек поблагодарил его и поспешил домой. И священник, кончив исповедовать, вернулся домой. Когда он вошел в кладовку, то увидел, что кто-то украл у него индюка.