Страница 16 из 50
— Держись!
10
Не так мне представлялось катание с ним на мотоцикле. От испуга все мысли спутались — какое там удовольствие! Закрыв глаза, я прислушивалась к реву мотора, заглушившего быстро удалявшийся вой сирены. Ветер трепал волосы, но я не могла расцепить обхватившие Алекса руки, чтобы поправить прическу.
Кажется, всего через несколько минут мотоцикл замедлил ход. Свернул раз, другой и плавно остановился. Я разлепила веки. Мы были уже перед домом Джека. Я почувствовала на своей руке руку Алекса и сообразила, что вцепилась в него мертвой хваткой. Он осторожно разжал мои пальцы и медленно развернулся ко мне лицом.
— Как ты?
— Вроде нормально.
Он слез с мотоцикла. Я не знала, сумею ли сойти — так крепко приклеилась к сиденью. Алекс снял меня, как младенца, — теперь я понимала, что для него я и есть младенец. Слова Рэчел все еще жгли уши.
— Что это было? — спросила я.
— Точно не знаю. Понятия не имею, по какому случаю тревога.
— Тогда почему мы бежали?
— Потому что когда звучит тревога, разумнее всего бежать.
Я нахмурилась и тут же вспомнила про брата.
— Где Джек? С ним ничего не случится?
— Все будет хорошо.
Алекс уже вытаскивал мобильник. Набрал короткий номер и заговорил с кем-то. С Джеком, решила я, потому что первое, что он сказал, было:
— Да, она со мной. Все в порядке. Да… на мотоцикле… Конечно, в последний раз.
Алекс внезапно поднял голову и осмотрел улицу. Проследив его взгляд, я увидела черный внедорожник, приткнувшийся у поребрика. Стекла в нем были подняты.
— Да, они здесь. Я их предупрежу. Звони, когда что-нибудь узнаешь… Хорошо, дождусь.
Алекс дал отбой и велел:
— Постой здесь.
Значит, он и вправду при мне за няньку. А теперь приказывал мне, как ребенку. Ноздри у меня раздулись, но Алекс этого не заметил — он уже направился к машине. Наверное, я для них просто обуза. И Алекс, и Джек ясно дали понять, что я им здесь не нужна. Но ведь со мной вовсе не надо столько возиться. От их заботы мне выть хотелось!
Окно внедорожника опустилось, и я увидела, как Алекс, склонив светловолосую голову, разговаривает с водителем.
Я пошла к дому, на ходу вытаскивая ключ, и открыла дверь. Пока я набирала код сигнализации, Алекс взбежал за мной по ступенькам.
— Я же сказал: подожди меня.
— Знаю.
— Так в следующий раз жди.
Взгляд у него был тверже гранита.
Я вспылила:
— Я не ребенок, Алекс. Ты мной не командуй!
Не слушая, он прошел мимо меня в кухню. Толкнул дверь так, что она ударилась в стену, метнулся к задней двери, проверил ее. Я закатила глаза в адрес столь драматической сцены и, потная, злая и усталая, пошла наверх, в душ.
Хуже всего было разбитое сердце. Душ его не залечит. Дверь ванной захлопнулась за мной, душ включился, и только тогда я осознала, что делаю. И упала на колени, с презрением ругая себя. Даже с собственными способностями управиться не способна! Ну и день — хуже некуда. Я сорвала с себя спортивный костюм, забралась под душ и стала смотреть, как по коже стекает грязь. Перед глазами стояла ослепительная улыбка Рэчел. Удачи в роли няньки!.. Я все еще злилась, когда вышла из душа. Протерла локтем зеркало и уставилась на себя. Да, не сравнить. Рэчел отлично подходит Алексу. Стоя рядом, они выглядели просто золотой парочкой. И еще одно важное преимущество передо мной — правила не запрещают им свиданий.
Мои мрачные размышления прервал стук в дверь.
— Ты в порядке? — напряженно спросил Алекс.
— В полном.
Ручаюсь, что дверная ручка чуть повернулась. Я поспешила выйти, пока он не полез проверять. Алекс стоял, прислонившись к косяку. Он выглядел усталым, у губ пролегли морщины. Наверное, нянчиться со мной — трудная работа.
— Как твои руки и колени?
Я совсем о них забыла, когда увидела Рэчел. А теперь перевернула ладони вверх и увидела, что клочки содранной кожи уже подсохли.
— В порядке. — Я прошла мимо него в комнату и закрыла за собой дверь. Алекс следом не пошел. Может, собирается «сдать дежурство» охране у дома?.. Упав на постель, я завернулась в полотенце и почувствовала, как откуда-то подступают слезы.
Щетка для волос, лежавшая на столике, шевельнулась сама собой. Я даже не замечала, что делаю, пока она не повисла в воздухе у меня над головой. К тому времени поздно было что-то исправлять. Щетка пушечным ядром вылетела в окно. А осколки засыпали ноги.
Я застыла на минуту, ожидая услышать шаги Алекса на лестнице и его сердитый выговор — но ничего не случилось. На цыпочках прокравшись к двери, я приоткрыла ее и услышала приглушенный голос. Алекс говорил с кем-то по телефону, стоя на веранде. Наверное, с Рэчел — договаривался о свидании, когда освободится от ребенка…
Последний шанс. Натянув чистые шорты и футболку и еще раз оглянувшись на круглую дыру в стекле, я выскочила за дверь.
По лестнице я слетела со всех ног, перепрыгивая самые скрипучие ступени. Затем пробралась в кухню и вышла через заднюю дверь, притворив ее за собой. Шлепанцы-вьетнамки надела на нижней ступеньке крыльца и побежала в конец сада. Я не знала, что лежит за ним, может быть, еще сад, но собиралась перепрыгнуть изгородь и напрямик добраться до дороги.
Сама не знаю, куда я собиралась; океан или суша — все равно. У изгороди оглянулась на дом. Ни движения, ни криков, только здоровенная дырка в верхнем окне. Ухватившись за ветку дерева, я подтянулась, раскачалась над изгородью и спрыгнула по ту сторону, приземлившись в садик, точь-в-точь как у Джека. Я быстро перебежала к дому и пробралась по окаймленной бордюром из пустых жестянок дорожке у стены. Выглянув из-за угла веранды, поискала взглядом черную машину с тонированными стеклами, но не увидела и быстрым шагом пошла на запад, в сторону Харбор-Бич.
Добравшись до шоссе, я немного расслабилась, — Алекс не мчался за мной с ревом на мотоцикле. Яркой зеленью манила вывеска «Севен-ап», и я, перейдя дорогу, скрылась в прохладной глубине магазина, остановившись у стойки с напитками.
Захватив банку «Спрайта», я направилась к кассе, чтобы расплатиться. Посреди узкого прохода стоял, выбирая сухую лапшу, брюзгливый на вид старикашка. Я потопталась перед ним в надежде, что он заметит и уступит дорогу, но старик стоял на месте и бормотал что-то себе под нос.
Я с намеком кашлянула, однако он так увлеченно изучал состав продукта, что ничего вокруг не замечал.
Рука, сжимавшая холодную как лед банку, онемела. Я сделала шаг вперед, извинилась и стала бочком протискиваться мимо, втянув живот и прижимаясь спиной к полкам.
Старичок вдруг прервал свое общение с пакетиком лапши и уставился на меня отсутствующим взглядом. Первое впечатление меня обмануло: он был вовсе не стар, может, чуть за сорок. У него была темная кожа, под глазами лежали серые тени, а у рта — глубокие морщины.
— Мне нужна твоя помощь, — прошептал мужчина голосом, шершавым как наждачная бумага.
Я кинула взгляд в круглое зеркало, висевшее в верхнем углу зала. Отразившийся в нем владелец меня не замечал, я увидела только его макушку, склонившуюся к другому покупателю. А мне было не до того, чтобы помогать местному сумасшедшему в выборе лапши.
— Э… не уверена, что смогу…
— Да-да, именно ты!
Его глаза лихорадочно блестели, дыхание пахло сигаретным дымом. Я съежилась и попробовала протиснуться дальше. Мне бы только расплатиться за «Спрайт»… Мужчина развернулся, перегородив собой проход, и я, пятясь от него, почувствовала, как встают дыбом волоски на шее. Он шагнул вперед, вытянув руки, словно хотел меня схватить, но сразу остановился и вскинул голову, уставившись на что-то за моим плечом. Я не успела обернуться, а его уже как ветром сдуло. Бросился к заднему выходу из магазина, даже не подобрав оброненный пакетик лапши.
Я обернулась к передней двери и увидела за стеклянной стеной красный мотоцикл. Мотоцикл Алекса. Как же это я — даже до пляжа добраться не успела! Попалась в магазине. Ничего себе у них подготовочка!.. Поставив банку на место, я поплелась к выходу.