Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 44 из 160

4 июля

Представители правительства заговорили о необходимости построить еще один нефтеперерабатывающий завод в Одессе или где-нибудь в другом месте.

Тимошенко считает: завод в Одессе будет построен за полтора года, и это - самый пессимистический срок. Перерабатываться, по ее словам, будет не российская нефть, транспортные расходы будут минимальными, глубина переработки нефти поднимется с нынешних 46 - 70% до 90%.

Вскоре печать сообщила, что Виктор Ющенко поручил Кабмину и Одесской облгосадминистрации обеспечить строительство нефтеперерабатывающего завода в районе порта «Южный» в Одессе. Глава государства распорядился, чтобы Одесская обладминистрация в десятидневный срок предложила земельный участок для нового предприятия, а Кабмин в течение месяца организовал тендер на инвестирование строительства. Проектную мощность завода определили в 8 млн. тонн в год, хотя Тимошенко замахивалась и на 10 млн. При этом президент пообещал, что глубина переработки нефти будет даже больше, чем следует со слов Юлии Владимировны, - 95 процентов. Кабмин быстро рассмотрел проект указа президента, и…

И ничего не случилось. Потому что не могло случиться, пусть пройдет даже десять раз «десятидневный срок» и двадцать раз «в течение месяца». Нельзя относиться к этим разговорам и телодвижениям иначе, как к исключительно популистским. Нам что, требуется больше нефти, чем мы потребляем? Нет, ни в коем случае! Потребление надо не наращивать, а сокращать. Может, России для переработки ее нефти не хватает уже имеющихся украинских мощностей? В таком случае она сама бы позаботилась об их увеличении. Может быть, у нас есть альтернативные источники нефти - не только Россия, и нам негде ее перерабатывать? Нет, альтернативных источников нет. Иракская нефть лучше, поэтому и дороже российской, но нас устраивает и российское качество. Выдвигавшаяся когда-то идея проложить трубопровод с Ближнего Востока через Турцию в Одессу по дну моря оказалась недостаточно практичной. Когда я слышу, что в Украину пойдет каспийская нефть, я спрашиваю: из каких скважин? «Баку - Джейхан» уже вступает в строй, но и он не будет полностью загружен - нефти для него нет.

К власти пришли новые люди. Их возбуждает внимание общества, волнуют и тревожат народные ожидания. Надо как-то откликаться на трудности, на рост бензиновых цен. Вот и выдумывают успокоительные проекты вроде мнимого строительства новых заводов и увеличения мощностей.

Такое несолидное поведение унижает страну.

12 июля

Интерес иностранных инвесторов к Украине (и так небольшой) стал таять на глазах. Действительно, какой может быть интерес, когда на уровне правительства нет более важного разговора, чем разговор о пересмотре итогов приватизации! Инвестор спрашивает: где гарантия, что я приду, вложу свои деньги в предприятие, а у меня его не заберут или не заставят доплатить? Зачем ему эта головная боль?

«Наехали» на российские компании. Это не только недальновидно - это черная неблагодарность. Стоял Калушский химический комбинат Ивано-Франковской области. Он использует только российский мазут. Люди были без работы, выходили на улицы, перекрывали дороги. Пришел туда российский «Лукойл», создали совместное предприятие. Сегодня оно успешно работает. Кстати, на нем старый долг, от царя Гороха - Германия в свое время дала миллионов сто марок. И вот это предприятие теперь в списке на пересмотр итогов приватизации.

В том же списке, говорят, Николаевский глиноземный завод. Между прочим, его приватизировали, когда правительство возглавлял Ющенко. Мы считали это самым удачным проектом. Завод работает успешно, производство развивается - раз так, давайте его перепродадим. После того, как я сделал в квартире евроремонт, она, конечно, становится дороже, но разве на этом основании можно пересматривать сделку купли-продажи?





И все же нельзя подходить к проблеме иностранных инвестиций упрощенно. Необходимо видеть разные аспекты. Я очень много занимался этой проблемой, понимая, как важны в этом деле личные контакты с представителями крупного капитала. У меня было золотое правило - в каждой зарубежной поездке обязательные встречи с потенциальными инвесторами. Такие встречи были постоянными и на Банковой.

Два аспекта в этой связи. Первый: понимание того, что широкомасштабные иностранные инвестиции возможны лишь при условии достаточно высокой инвестиционной активности национального капитала. Иностранный инвестор никогда не пойдет на риски вложения в экономику с парализованной инвестиционной системой, в экономику, в которой собственный инвестиционный потенциал используется лишь частично, а проще говоря - вывозится или проедается. Активность иностранного капитала в Украине существенно возросла в 2002-2004 годах, когда собственные капитальные вложения в экономику начали более чем в два раза опережать темпы ВВП. Экономика начала работать на перспективу, и это понял западный капитал. Мы стали ему интересны.

Вместе с тем я против упрощения роли иностранного капитала. Нужно уберечь себя в этих вопросах от опасной эйфории, учитывать не только позитивные, но и негативные последствия иностранных инвестиций, не переоценивать их макроэкономическую функцию и стабилизирующую роль, проявлять оправданный рационализм в соответствующей политике государства.

В этом смысле заслуживает внимания опыт наших соседей - стран Центральной Европы, где роль иностранного капитала оценивается далеко не однозначно. Это видно и со стороны - высокие темпы роста на начальном этапе притока иностранных инвестиций сменились их существенным падением. На первом этапе ввозят инвестиции, а потом вывозят прибыль. В Польше один из самых высоких уровней безработицы. Плюс бюджетные проблемы и многое другое.

Но главное даже не в этом. Основой рыночной экономики является национальный капитал, его конкурентоспособность. Может ли он на равных конкурировать с иностранным собственником, когда речь идет о приватизации привлекательных объектов?

Припоминаю слова Вацлава Клауса, теперешнего президента Чешской республики, который во время одной из наших встреч говорил: «После коммунистической эпохи надо обязательно дать шанс развиваться прежде всего отечественному капиталу. В этой связи совершенно недопустимо ориентироваться на продажу особо привлекательных объектов иностранным инвесторам».

Попробую перевести эту формулу на язык практики. Есть разные модели приватизации. Когда речь о ее стопроцентной открытости, то ясно, что в этом случае целью продажи определенного объекта является иностранный инвестор. Тут не нужно лукавить. Это тоже политика, это в конечном итоге стратегия государства. «Криворожсталь» собираются перепродать именно по этой схеме. Здесь не будет альтернативы - отечественный инвестор или иностранный. Изначально ставка делается на иностранный капитал.

Естественно, что существуют и другие модели приватизации, модели, где изначально, в самой схеме продажи предпочтение отдается формуле Клауса - «дать шанс развиваться прежде всего отечественному капиталу».

Скажу откровенно: как президент я всегда придерживался именно этой формулы. Переходный период - это период первоначального накопления капитала. Это аксиома. Что же это за государственная политика, если ее целью является накопление не национального капитала, а его подмена капиталом иностранным, пусть даже и высокорейтинговым?

Никогда не скрывал и не скрываю теперь, что придерживался противоположной политики. Это, естественно, многим не нравилось. Не нравилось ни на Западе, ни в России. Когда украинская экономика пребывала в состоянии глубокого кризиса и для иностранного капитала не представляла интереса, на мою «националистическую» позицию никто не обращал внимания. Другое дело - в последние пять лет, когда мы начали, демонстрируя свой экономический потенциал, быстро развиваться. Тут политика «дать шанс прежде всего национальному капиталу» стала для кое-кого, мягко говоря, раздражающей.

Это вопрос особой важности! И еще раз подчеркиваю: речь идет о выборе возможной модели развития. В последние десятилетия много говорилось о южноазиатском экономическом чуде. Я интересовался этой проблемой. Возьмем Южную Корею. Политика «выращивание крупных национальных корпораций» стала основой так называемой «управляемой интеграции» экономики этой страны в структуры мирового хозяйства. Речь идет о типичной для восточноазиатских стран позиции. Не думаю, что мы должны строить свою стратегию на противоположных принципах. Не надо далеко ходить - например, в России давно действует правило: стратегические объекты - только отечественному инвестору.