Страница 165 из 198
-- Ажги, ты снова говоришь! -- расплывается в улыбке Сурлуг. -- Так у нас праздник! Завтра буду пир готовить.
Духовник отмахивается и мотает головой.
-- Ему это очень тяжело, -- поясняю я. -- Просто пришлось, тут девочка читать не умеет, а нужно было объясниться.
-- Ну раньше-то совсем не мог! Ажги-хян, так тебе подавно отдыхать надо, раз ты так упластался. Сынуль, ну не упрямься, позаботься о нём, знаешь же, что он без головы -- заснёт где-нибудь в кресле.
Сынуля недовольно косится на нас, оценивая, можно ли нам верить.
-- Идите поужинайте, потом вернётесь, -- предлагает Кир. -- Я с ним посижу до тех пор.
-- Да ну что вы, Нойн-хон, так напрягаться... -- ахает Сурлуг.
-- У меня всё равно других дел нет, -- пожимает плечом Кир. -- Просто у меня когда отец болел, я тоже переживал, хотя и знал, что ничего страшного. Так что понимаю, почему сын вас не хочет одного оставлять. Но я подежурю.
-- Я вам чего-нибудь вкусного принесу, -- обещает Гардероб Киру.
-- Ой не надо, мы с Айшей так кальмарами обожрались, я на еду до завтра смотреть не смогу! -- ужасается Кир. -- Идите уже давайте.
Гардероб кивает и крепко ухватывает Ажгдийдимидина под локоть -- похоже, не впервой. Духовник, проходя мимо Кира, пытается совершить какой-то пасс, но Кир отскакивает.
-- Не надо мне вашего колдунства, с собой бы разобрались, да Айше помогли!
-- Помогу, -- шёпотом обещает Ажгдийдимидин.
Глава 35
Мы с Киром остаёмся высиживать Сурлуга в относительной неловкой тишине. Относительная она потому, что за дверью продолжают колбаситься твари бессловесные, а неловкая -- потому что говорить нам с Сурлугом не о чем, кроме его интригующей личной истории, но я без понятия, насколько это допустимо в муданжском обществе.
-- Мгм, -- глубокомысленно произносит Кир, поудобнее устраиваясь на посетительском сиденье. -- Вы нормально себя чувствуете?
-- Да, просто отлично, -- улыбается Сурлуг. -- Я тут ещё вздремнул немного, теперь свеженький. Домой бы пошёл, но раз целитель наказал оставаться тут, что ж поделаешь...
-- Правильно, я очень рада, что хоть кто-то на этой планете слушается целителей, -- усмехаюсь я. -- А отдохнуть всегда полезно, дома-то всё хозяйство на вас плюс к работе.
Он озадаченно приподнимает брови, потом отмахивается.
-- Да нет, я же не работаю, только за домом смотрю, а на это много сил не уходит. Вот Ажги, он вкалывает мама не горюй. Его бы в Дом Целителей положить на дюжину дней было бы полезно.
-- Не работаете? -- удивляется Кир. -- Вы же мельнику с Залучья крыльцо ремонтировали.
-- Ну так это ж разве работа, -- пожимает плечами Сурлуг. -- Дольше до того Залучья ехать, чем там пару досок прибить. Это так, развлечение.
-- Я тоже хочу так развлекаться, чтобы за это деньги платили, -- хмыкает Кир.
-- Что вы, какие деньги? -- ужасается Сурлуг. -- Я уж сколько лет за ремонт ничего не беру!
-- Серьёзно? -- морщит лоб Кир. -- А мельник-то всем хвастается, мол, столичный мастер ему за гору золота вона какое крыльцо отгрохал.
-- Вот врунишка, -- с интонацией любящего дедушки смеётся Сурлуг. -- Я у него даже не обедал, не то что денег не взял. Ну ладно, охота заливать, мне-то не жалко. Ему, может, перед женой похвалиться надо, кто его знает.
-- Щедро, -- замечаю я. -- Так вы, что ли, всегда работаете за бесплатно?
-- Ну да, -- пожимает плечами этот загадочный человек. -- По первости, когда у меня только появился Ажги, я ещё пытался зарабатывать, но там такие гроши были, а он-то -- сами знаете, опека, подношения... Короче говоря, мы решили, лучше мне дома сидеть на хозяйстве, то и ему приятней, что его дома всегда кто-то ждёт.
-- Появился, -- хихикает Кир. -- Как, прям из воздуха?
-- Да почти что так, -- радостно соглашается Сурлуг. -- Он в мой городок приезжал что-то там расследовать для Совета, он ещё в учениках ходил тогда. Я с ним всего, может, парой слов перекинулся и домой ушёл. А весна была, снежищу по колено, всё тает, с неба морось... Короче говоря, вечером является ко мне это чудо, мокрый вдрызг, глазищами своими огромными на меня смотрит, всё равно что котёнок, и говорит, мол, ты мне, говорит, нужен, будешь моей парой? Ну мне-то и отказать неловко было, но и согласиться странно, у меня ж ребятёнок, и имя глухое, а тут такая знаменитость. Я и говорю, мол, давайте вы сначала обсохните, согреетесь, поужинаете, как подобает, а там и поговорим. Посадил его на печку, завернул в одеяло, одёжку его сушиться развесил, налил горячей похлёбки. Потом говорю ему, мол, я человек простой, с духовниками никогда дела не имел, к своему ходил дважды -- на свадьбу да на похороны, в столице не бывал, зачем я вам? А он сидит на печке, ногами болтает и говорит: чем больше, говорит, я тебя слушаю, тем больше уверяюсь в своём выборе. Я прям как сейчас помню. Ну вот, я и подумал, он ведь умнее меня, да ещё духовник -- наверняка ему виднее, кого к себе в дом приводить. Поехал поглядеть, что да как. А там этот домина огромный, пустой, пыль везде, паутина, страх один. Ажги спит в каморке при кухне, остальные комнаты ему велики. И то сказать, его в том доме и не видно было, как сверчка на складе. Тогда уж мне ясно стало, что ему за толк от меня. Духовники -- они любят одиночками казаться, а по правде просто одинокие.
-- У вас очень необычная история... -- пытаюсь поддержать светскую беседу я. -- А Старейшина не против, что вы рассказываете?
-- Да я уж дюжину дюжин раз рассказывал, -- смеётся Сурлуг. -- Поначалу-то все спрашивали. И Ажги рассказывал. Он ведь болтливый был. Бывало придёт с Совета в обед и до ужина по комнате расхаживает, всё возмущается, что кто-то глупость сделал. А у меня у самого-то ума не особо, понимаю с пятого на десятое, киваю только. Потом привык, стал немного соображать, но я в его духовные дела не лезу, как он сказал, так и правильно, лишь бы ему было на душе хорошо. Ох, только б ему удалось снова заговорить! -- внезапно со вздохом добавляет он. -- А то мы как отшельники, в гости не ходит никто уж сколько лет, и нас не зовут. Один Унгуц-хон иногда заглядывает.
-- А какая связь? -- недоумевает Кир.
-- Да прямая, -- отвечает Сурлуг, и его доброе лицо становится озабоченным. -- Людям всё кажется, что раз он молчит, значит говорить не хочет, тайны какие-то хранит, мудрость великую. А что он может сделать, если от его слов деревья валятся и селёдка на лёд выпрыгивает? Он ведь и смеяться может только летом, иначе бабочки просыпаются по всему городу, вылетают и замерзают на снегу!
Я теряюсь, чувствуя себя в некотором роде виноватой, я ведь тоже никогда не подозревала, что Ажгдийдимидину может не хватать светской жизни. Хотя, если подумать, я его знаю меньше года, и мне не могло прийти в голову, что он не устроил свою жизнь так, как ему нравится.
-- Да если к нему зайти в гости поболтать, у него ж рука отсохнет, -- замечает прямолинейный Кир.
-- В том-то и дело, -- печально вздыхает Сурлуг.
-- Интересно, а если ему синтезатор речи подключить, -- вслух задумываюсь я, -- бабочки не подохнут?
-- А это что? -- хором спрашивают у меня собеседники.
-- Ну, такой аппарат, его немым ставят... Типа как у Ирлика энцефалолинзы, только попроще. Короче, эта штука считывает вербальную информацию с коры мозга и превращает её в текст на выбранном языке, ну и вслух произносит, естественно. Конечно, фразы иногда кривые получаются, но для светской беседы сойдёт, тем более, что она обучаемая... Только вот для муданжского языка придётся прошивку разрабатывать, но это, наверное, можно заказать.
-- Это устройство? -- потерянно хмурится Сурлуг.
-- Небось дорогущий, -- с восторгом таращит глаза Кир.
-- Устройство, да, такой обруч на голову... Стоит он, конечно, о-го-го, причём, можно заказать хоть золотой с бриллиантами, на цене это уже мало скажется. А съёмные ещё дороже... в любом случае, надо бы сначала проверить, будет ли эта штука работать, как положено, я ведь в духовничьих способностях ничего не понимаю.