О детях и прочей нечисти

   -- Так я даже не увожу, в том-то и дело! -- потешается Ирлик. -- Мне достаточно сделать даме комплемент, а её муж уже мчится покупать амбарный замок!

   -- Но я ничего подобного не делаю, -- замечает Азамат.

   -- Конечно, ты же умный человек. Тебя я дразнить не собирался. Лизу -- да, было дело. Впервые встретил женщину, которая так о муже печётся, любопытно было, как она себя поведёт, если к ней поприставать. Прости, если обидел.

   -- Что вы, что вы, Ирлик-хон. Я просто поинтересовался...

   -- Азамат, скажи честно, -- Ирлик снова перемещается ближе к дверному проёму, и его становится лучше слышно. -- Я тебя сильно раздражаю? Я не стану гневаться, просто хочу знать.

   Азамат некоторое время молчит, и я начинаю холодеть. Я уже так привыкла к своему зоопарку иных жизненных форм, ну пожалуйста, дорогой, давай мы не будем выгонять на мороз эту милую зверушку?

   -- Не сочтите за наглость, -- начинает мой муж, и я сникаю. -- Я вас бесконечно уважаю, и мне невероятно интересно беседовать с вами, не говоря уж о том, что взаимный интерес с вашей стороны...

   -- Ну давай уже к делу! -- перебивает Ирлик. -- Это я всё сам себе рассказать могу.

   Азамат снова вздыхает и признаётся:

   -- Если бы вы могли мне поклясться, что не имеете никаких видов на Лизу, в моей душе не осталось бы и следа недовольства.

   -- Фха! Это и всё, что тебе было нужно? Да пожалуйста, клянусь. Меня вообще не интересуют человеческие женщины, они мало живут и быстро стареют.

   -- Серьёзно? -- оторопело произносит Азамат.

   -- Совершенно. Только не говори никому. Ты же знаешь, как люди всё криво понимают. Да и забаву мне испортишь. Но вот честно, я себе не представляю, как можно лечь в постель с женщиной, которая потеет и ходит в туалет. Это так мерзко...

   Я не удерживаюсь и фыркаю, так что скрываться больше не имеет смысла. Выхожу в кухню, где встречаюсь взглядом со встревоженным Азаматом.

   -- Э, Лиза, ты давно там?..

   -- Я нитки взять зашла, а вы тут мне косточки перемываете, а? Ирлик, как не стыдно! Я же всё слышала! Мерзко ему! А заливал-то, заливал!

   -- А я предупреждал, что я лживый бог, -- отмазывается Ирлик, на всякий случай прячась за спиной Азамата.

   -- Смотри, доиграешься! -- грожу, прикидывая к руке большой половник.

   -- Дерётесь? -- живо интересуется голова Кира, просунутая в дверь.

   -- Нет-нет! -- громко объявляет Азамат, встав с кресла. -- Никто не дерётся! Лиза, ну положи половник, это, в конце концов, негостеприимно. Ты же землянка, прояви терпимость к чужим предпочтениям.

   -- Ладно уж, сегодня бить не буду, -- снисхожу я, отправляя половник обратно в раковину, а сама скалюсь, как идиотка. Ирлик -- молодец. Не знаю уж, насколько правда то, что он тут сказал, но Азамат поверил, а значит, не придётся разгонять инопланетный зверинец, и возможно даже не придётся тыщу пятьсот раз заверять Азамата, что он самый лучший. Потому что я уже подустала повторять очевидное.

   Глава 29

   -- Так как, вы подписали своё соглашение? -- интересуюсь я, несколько успокоившись и пристроившись Азамату под крылышко в большом кресле.

   Ирлик, от греха подальше слинявший на табуретку в другом конце кухни, хлопает себя по лбу.

   -- Ах да, соглашение же! Азамат, что ж ты не напомнил!

   -- Да я как-то постеснялся, мало ли, вдруг не выгорело дело...

   -- Это чтобы у меня не выгорело?! -- возмущается Ирлик. -- Да я всё дотла спалю, пока своё не получу! Ты в следующий раз напоминай, знаешь ведь, что я тварь беспамятная.

   -- У тебя напоминалка в планшете есть, -- ворчу я. -- И не рассказывай моему мужу, что ему делать. У него вообще день рожденья, а ты без подарка пришёл.

   -- Я начинаю понимать, -- задумчиво говорит Ирлик, копаясь в собственных волосах, -- почему ваш приятель духовник тебя боится. Ага, вот оно.

   Он вытрясает из копны волос одну прядь, на которую намотан рулон бумаги.

   -- Вот тебе подарок. Азамат, лови, я к твоей жене не рискну подходить! -- заявляет Ирлик и отправляет рулон в полёт через кухню точно в поднятую руку Азамата.

   -- Лизонька, ну что ты, -- воркует Азамат, разворачивая рулон, который оказывается вовсе даже кожаным. -- Ирлик-хон мне сегодня сделал такой подарок, что о большем и просить не приходится. А-га-а-а, вот так, значит...

   Он углубляется в чтение документа. Я заглядываю через край и вижу внизу вместо подписи отпечаток кошачьей лапы в две моих ладони.

   -- Это у кого же такой размер перчатки? -- интересуется Кир, тоже сунувший нос в соглашение.

   -- У одного из старших котов, -- усмехается Ирлик. -- У них тоже, как у вас, правят старшие. И этот ещё не самый крупный.

   Азамат косится в его сторону и задумчиво кивает.

   -- Чем больше я узнаю, тем более разумным мне кажется это решение. Так что, Хос может заступать на работу?

   -- Если когда-нибудь объявится тут, то сможет, -- цедит Ирлик, сверкая хищным зубом. -- Только ему нужно благословение отца получить. Вы завтра на ту сторону Короула полетите, прихватите его с собой, пускай папаня ему по ушам надаёт за неторопливость.

   -- А откуда вы знаете, куда мы завтра полетим? Это же секрет! -- выпаливает Кир.

   Ирлик косится на него с усмешкой.

   -- Ну я всё-таки бог, знаешь ли.

   -- Ой! -- Кир прикусывает губу. -- Извините. А вы с нами не полетите?

   Бог чешет узорчатый подбородок.

   -- Не знаю... Вообще, можно было бы в сад зайти, поднабрать на бочечку вина... Вас угостить, опять же. Тем более, у вас семейный праздник. Только я к вам в машину не влезу, там встретимся. И младшего своего не берите, взрослые коты терпеть не могут плача человеческих младенцев.

   -- Это что ж, на весь выезд его тут оставить? -- хмурюсь я.

   -- Всё равно он весь выезд с Тирбишем, -- замечает Азамат. -- Конечно, людям бы хотелось на него посмотреть, но могут и обойтись. Только таскать ребёнка туда-сюда по холоду.

   -- Ой, кстати, про холод! -- вспоминаю. -- Я же тебе подарок не подарила!

   -- Свитер? -- осторожно спрашивает Азамат. У него их стараниями моей маман три полки в шкафу.

   -- Не, свитера теперь будут для Кира, не волнуйся. А у меня для тебя валяный диль! Под руководством твоей матушки валяла. Во!

   Я забираю в гостиной и демонстрирую своё произведение. Диль получился пёстрый и теплый, самое то для муданжской зимы. Ну и побрякушек я на него нашила для солидности.

   -- Это ты за три дня?.. Лиза, да ты вообще отдыхала?! -- ахает Азамат.

   -- Какого мне ещё отдыха надо кроме как тебя порадовать? -- кокетничаю я, украдкой показывая язык Ирлику. И совсем необязательно признаваться, что на Земле для валяния полотна давным-давно изобрели специальную машинку, и вся моя заслуга состоит в красивом выкладывании волокон шерсти.

   Хос радует нас своим присутствием к ужину, столкнувшись в дверях с Тирбишем.

   -- Ой, извините, -- говорит вежливый Тирбиш, уступая дорогу.

   Хос шарахается и прижимает уши.

   Тирбиш с воплем отскакивает в сторону и сносит Ирлика вместе с табуреткой.

   -- Вот она, моя страшная месть!!! -- провозглашаю я, пользуясь моментом.

   -- Батюшки-помогите... -- слабым голосом стонет Тирбиш.

   Ирлик так и остаётся на полу, потому что не может встать от громового хохота.

   -- Что смешного? -- ворчит Хос. -- На лапу мне наступили.

   -- А это чтоб не опаздывал, -- скалится Кир.

   Бедный Тирбиш, по-моему, сейчас заплачет. Азамат встаёт и выводит его в прихожую, так парень прямо виснет у него на рукаве.

   -- Вы мне так няню до инфаркта доведёте, -- укоризненно сообщаю я.

   -- А сама-то! -- стонет Ирлик. -- Ой не могу, а-ха-ха, как прыгает пацан!

   Хос бочком по стеночке пробирается к подоконному дивану и залезает на него с ногами, опасливо оглядываясь и потягивая носом воздух.