Страница 99 из 129
Севернее не заходил никто и по сей день. Это Ultima Thule70 околополярной картографии.
В честь американских исследователей снова раздалось "ура", перебиваемое криками: "Гип, гип!"
— Но, — продолжал председатель Барбикен, — кампания окончилась печально: "Протеус" затонул. Двадцать четыре моряка были обречены на ужасные бедствия. Француза доктора Пави и еще многих постигла смерть. Грили, спасенный в тысяча восемьсот восемьдесят третьем году кораблем "Фетида", привез обратно только шестерых своих товарищей. Один из героев-разведчиков, лейтенант Локвуд, тоже погиб, прибавив свое имя к печальному списку погибших в этих краях.
На этот раз слова председателя Барбикена были отмечены почтительным молчанием всего собрания, разделявшего его вполне естественное волнение.
Затем он продолжал дрогнувшим голосом:
— Итак, несмотря на проявленные мужество и терпение, восемьдесят четвертая параллель так и не была пройдена. Скажу больше: этого нельзя сделать способами, испробованными до сих пор, то есть продвигаясь на кораблях до торосов, а дальше через ледяные поля на санях. Человеку не по силам такие опасности и такие холода71. Для завоевания Северного полюса надо избрать другой способ.
Трепет охватил слушателей: оратор, казалось, приближался к самой сущности своей речи, к тайне, раскрытия которой так жадно ожидали все.
— А как вы туда проберетесь? — задал вопрос английский делегат.
— Вы сейчас это узнаете, майор Донеллан, — ответил председатель Барбикен. — А всем нашим акционерам я скажу: вы можете вполне довериться нам, ибо учредители предприятия — это те самые люди, которые осмелились пуститься, в цилиндро-коническом…
— …цилиндро-комическом! — выкрикнул Дин Тудринк.
— …снаряде на Луну…
— И, видно, вернулись обратно ни с чем! — добавил секретарь майора Донеллана, своими неприличными замечаниями вызывая всеобщее яростное возмущение.
Но председатель Барбикен только пожал плечами и твердо заявил:
— Да, акционеры и акционерши, не пройдет и десяти минут, как вы будете знать, что вам делать.
Это заявление было встречено хором восклицаний, словно оратор сказал собравшимся: "Не пройдет и десяти минут, как вы будете у полюса!"
Барбикен продолжал:
— Прежде всего: является ли этот арктический колпачок материком? Может быть, это просто море и капитан Нейрз справедливо называл его палеокристическим морем, то есть морем древних льдов? На такой вопрос я отвечу: мы этого не думаем.
— Ответ неудовлетворительный, — вскричал Эрик Бальденак. — Тут нельзя говорить "не думаем", тут надо знать наверное.
— Ну что ж? Мы знаем наверное, отвечу я моему вспыльчивому оппоненту. Да, Арктическая промышленная компания приобрела кусок твердой земли, а не водный бассейн! Теперь эта земля принадлежит Соединенным Штатам, и никакие европейские государства не смеют заявлять на нее никаких прав.
Ропот на скамьях представителей Старого Света.
— Вот как! Просто лужа! Лоханка с водой, которой нам, однако, не опорожнить, — снова воскликнул Дин Тудринк.
Коллеги тотчас бурно поддержали его.
— О нет, — горячо перебил Барбикен. — Там есть материк, плоскогорье, которое поднимается, подобно пустыне Гоби в Центральной Азии, на три-четыре километра над уровнем моря. И это легко и убедительно доказывается данными, взятыми из наблюдений над прилегающими землями, простым продолжением которых являются полярные области. Так, во время своих путешествий Норденшельд, Пири и Маагард установили, что Гренландия по направлению к северу все поднимается. В ста шестидесяти километрах от острова Диско ее высота равна уже двум тысячам тремстам метрам. Учитывая эти наблюдения, а также разные животные и растительные остатки, встречающиеся в недрах вечных льдов, как, например, скелеты мастодонтов, бивни и зубы мамонтов, стволы хвойных деревьев, можно с уверенностью утверждать, что этот материк, когда-то покрытый плодородной почвой, был населен животными, а может быть, даже и людьми. Густые леса доисторической эпохи, погребенные в недрах земли, образовали пласты каменного угля, которые мы сумеем разработать! Да! Вокруг полюса расстилается материк, материк, на который не ступала нога человека и на котором будет развеваться флаг Соединенных Штатов!
Гром аплодисментов.
Когда в отдаленных улицах квартала стихли последние отзвуки рукоплесканий, послышался резкий, лающий голос майора Донеллана.
— Прошло уже семь минут из тех десяти, — говорил он, — которые требуются нам, чтобы добраться до полюса.
— Мы и будем там через три минуты, — хладнокровно возразил председатель Барбикен и продолжал: — Но если наша новая недвижимость состоит из суши и если эта суша приподнята над морем, как мы имеем право думать, путь к ней все-таки покрыт льдами, заперт айсбергами и ледяными полями. Эксплуатировать наш материк при таких условиях будет трудно…
— Невозможно! — сказал Ян Харальд, подкрепляя свои слова взмахом руки.
— Невозможно, я согласен, — ответил Импи Барбикен. — Вот мы и стараемся победить эту невозможность. Нам не понадобятся ни корабли, ни сани для того, чтобы добраться до полюса; благодаря нашему способу льды — древние и новые — растают, как по волшебству, и притом это не будет нам стоить ни труда, ни денег!
Тут оратор сделал паузу. Слушатели замерли.
Дин Тудринк сразу же стал нашептывать Якобу Янсену, что, мол, дело доходит до "вздорологии", как он изящно выразился.
— Архимеду, — продолжал председатель, — нужна была точка опоры, чтобы перевернуть мир. Мы ее нашли, эту точку опоры. Великому сиракузскому геометру не хватало также рычага, и этим рычагом мы владеем. Следовательно, мы в состоянии переместить полюс…
— Переместить полюс! — вскричал Эрик Вальденак.
— Перетащить его в Америку? — вскричал Ян Харальд.
Председатель Барбикен явно не хотел говорить яснее и потому только сказал:
— А точка опоры…
— Молчите! Молчите! — завопил кто-то из присутствующих.
— А рычаг…
— Не выдавайте тайны! Не выдавайте тайны! — послышалось со всех сторон.
— Хорошо, мы ее не выдадим! — ответил председатель Барбикен.
Можно себе представить, как раздосадованы были представители европейских государств! Но, несмотря на их требования, оратор не пожелал ничего сообщить о своих действиях. Он только прибавил:
— Что касается работ (работ, беспримерных в анналах промышленности), которые мы собираемся предпринять и благодаря вашим средствам надеемся довести до благополучного конца, то я доложу вам о них сейчас же.
— Слушайте! Слушайте!
Еще бы не слушать!
— Прежде всего скажу, что замысел нашего предприятия принадлежит одному из наших ученейших, преданнейших и знаменитейших коллег. Ему также обязаны мы вычислениями и расчетами, которые позволят осуществить этот замысел, так как, хотя разработка арктических угольных месторождений и является пустячной задачей, перемещение полюса есть задача, которую может разрешить только высшая механика. Вот почему мы и обратились с этим к уважаемому секретарю Пушечного клуба Дж. Т. Мастону.
— Урра! Гип, гип, гип! Ура Дж. Т. Мастону! — закричали все собравшиеся, возбужденные присутствием столь выдающегося, необыкновенного человека.
Ах, как миссис Скорбит была потрясена овациями в честь знаменитого математика, как сладостно билось ее сердце!
Сам он ограничился легким кивком головы сначала вправо, потом влево и, подняв вверх свой крючок, приветствовал взволнованное собрание.
— Еще в тот день, дорогие акционеры и акционерши, — продолжал председатель Барбикен, — когда мы собрались здесь, чтобы отпраздновать прибытие в Америку Мишеля Ардана, за несколько месяцев до нашего отъезда на Луну…
Неугомонный янки говорил о путешествии на Луну, как о простой поездке из Балтиморы в Нью-Йорк!
70
Дальняя Туле (лат.); древнее название одного из островов Северной Европы, по-видимому Ирландии; в представлении древних римлян — северный предел земли
71
Перечисляя путешественников, пытавшихся добраться до Северного полюса, Барбикен не назвал имени капитана Гаттераса, водрузившего свой флаг на 90°; в этом нет ничего удивительного, так как вышеупомянутый капитан является, вероятно, вымышленным героем: см. «Путешествия и приключения капитана Гаттераса» (прим. авт.)