Страница 94 из 129
— Ну, а дальше к северу?
— Там наличие угля тоже подтверждается новыми находками, — ответил майор, — и, по-видимому, в тех местах уголь попадается на каждом шагу. Если же уголь так часто встречается в этих краях на поверхности, то разве нельзя утверждать почти с уверенностью, что угольные пласты залегают здесь и в глубине земной коры?
Майор Донеллан несомненно был прав. Он глубоко изучил вопрос о геологическом строении арктических областей, и именно поэтому победа Компании раздражала его больше, чем других англичан. Может быть, они еще долго говорили бы на эту тему, если бы не заметили, что завсегдатаи кабачка с любопытством прислушиваются к их разговору. Тогда Дин Тудринк и майор сочли за благо умолкнуть. Тудринк сделал только еще одно, последнее замечание:
— Не удивляет ли вас здесь кое-что, майор Донеллан?
— А что именно?
— А то, что в этом предприятии дело касается полюса и каменноугольных залежей, и, значит, следовало бы поставить во главе его инженеров или хотя бы моряков, а им заправляют артиллеристы.
— Да, — ответил майор, — действительно, здесь есть чему подивиться…
А газеты каждое утро снова и снова бросались в бой по поводу угольных залежей.
"Залежи? Какие залежи?" — спрашивала газета "Всякая всячина" в своих яростных статьях, инспирированных деловыми кругами Англии, и разражалась потоком брани против Арктической промышленной компании.
"Как это "какие"? — возражали им решительные сторонники Барбикена на страницах чарлстонской газеты "Новости". — Да те самые залежи, которые были открыты капитаном Нейрзом в 1875–1876 годах у восемьдесят второй параллели. Он обнаружил также и наслоения, указывающие на существование там флоры миоцена, "богатой тополями, буками, калиной, орешником и хвойными".
"А в 1881–1884 годах, — прибавлял научный обозреватель нью-йоркской газеты "Свидетель", — разве во время экспедиции Грили в бухте Леди-Франклин нашими соотечественниками не был найден угольный пласт на небольшом расстоянии от Форт-Конгер, в балке Большого потока? А доктор Пави разве не утверждал с достаточным основанием, что те края вовсе не лишены запасов угля, словно сама предусмотрительная природа предназначила эти залежи для того, чтобы люди когда-нибудь с их помощью одолели холода столь пустынных мест?"
Понятно, что на такие факты, хорошо проверенные и подкрепленные авторитетом отважных американских исследователей, противникам председателя Барбикена отвечать было нечего.
И защитники мнения: "Откуда там взяться угольным залежам?" — начали склонять знамена перед защитниками мнения: "А почему бы им не быть там?" Да, угольные залежи там были и притом очень значительные. Земли вокруг Северного полюса таили пласты драгоценного горючего, скрытого в недрах этих областей, которые были покрыты некогда роскошной растительностью.
Но, потерпев поражение в вопросе об угольных залежах в сердце Арктики, в существовании которых теперь нельзя было сомневаться, враги в отместку стали нападать на вопрос с другой стороны.
— Будь по-вашему! — сказал однажды Донеллан, сойдясь с Барбикеном лицом к лицу во время публичного спора, устроенного в зале самого Пушечного клуба. — Будь по-вашему!.. Я согласен, даже сам утверждаю: во владениях, приобретенных вашей Компанией, эти залежи существуют. Но попробуйте-ка их разработать!
— Вот это мы как раз и сделаем, — ответил спокойно Импи Барбикен.
— Тогда переходите восемьдесят четвертую параллель64, северней которой еще не заходил ни один исследователь!
— Мы ее перейдем.
— Дойдите до самого полюса!
— И дойдем.
Видя, с каким хладнокровием, с какой уверенностью отвечает председатель Пушечного клуба, видя, как упорно и логично он защищает свое мнение, заколебались даже самые упрямые. Они понимали, что перед ними человек, ничего не потерявший из своих прежних свойств, спокойный, холодный, сосредоточенный, человек глубокого ума, точный, как хронометр, предприимчивый, дерзкий и неуклонно стремящийся к практическим целям даже в самых своих отчаянных предприятиях…
Все, знавшие бешеный нрав майора Донеллана, понимали, что почтенный джентльмен испытывает неистовое желание задушить своего противника.
А он держался крепко — этот председатель Барбикен. Ведь он был из тех американцев, которые, по образному выражению Наполеона, обладают моральной и физической "плавучестью", и, значит, не боялся штормовой погоды. Его враги, соперники и завистники прекрасно это знали!
Все же, поскольку насмешникам нельзя воспретить насмешничать, именно в этой форме проявилось раздражение против новой Компании. Председателю Пушечного клуба приписывали самые нелепые проекты. Появились многочисленные карикатуры. Особенно распространены они были в Европе, а больше всего — в Соединенном королевстве, где никак не могли переварить поражения, которое фунт потерпел от доллара.
Вот как! Этот янки утверждает, что он достигнет Северного полюса! Он ступит туда, куда не ступала еще нога человека! Он водрузит флаг Соединенных Штатов на единственной точке земного шара, вечно пребывающей в неподвижности, тогда как все остальное на земле участвует в ее суточном движении!
На витринах больших книжных магазинов и ларьков, как в столицах Европы, так и в главных городах Американской федеральной республики — в этой свободнейшей стране, — появились наброски и картинки, изображавшие, как Барбикен изыскивает самые необыкновенные средства, чтобы добраться до полюса.
Вот дерзкий американец и его коллеги по клубу, вооружившись кирками, долбят туннель сквозь плотные подводные льды от первых ледяных торосов до девяностого градуса, намереваясь вылезти на поверхность как раз в том месте, где проходит земная ось.
Вот Импи Барбикен в сопровождении Дж. Т. Мастона (очень похоже изображенного) и капитана Николя спускаются на воздушном шаре к этой желанной точке и ценою ужасных усилий, перенеся тысячи опасностей, наконец добывают кусок угля весом… в полфунта. Это все, что оказалось в прославленных угольных пластах приполярных областей.
В одном номере английского журнала "Пэнч" был нарисован Дж. Т. Мастон, служивший мишенью карикатуристам не реже своего друга. На этом рисунке секретарь Пушечного клуба, влекомый непреодолимым притяжением магнитного полюса, никак не мог оторвать от земли своего железного крючка.
Знаменитый математик, заметим кстати, был человек слишком горячий, чтобы спокойно принять эту насмешку над своим физическим недостатком. Он чрезвычайно негодовал, и легко себе представить, что миссис Эвенджелина Скорбит вполне разделяла его справедливое негодование.
Карикатура в брюссельском журнале "Волшебный фонарь" изображала Импи Барбикена и членов правления Компании в виде несгораемых саламандр среди бушующего пламени: чтобы растопить льды полярного океана, они решили налить поверх льда спирту и затем подожгли спиртовое море, так что полярный бассейн стал похож на огромную миску с пуншем! Играя на слове "punch"65, бельгийский художник дошел в своей непочтительности до того, что изобразил председателя Пушечного клуба в образе смешного Петрушки! Но наибольший успех имела карикатура, напечатанная во французском журнале "Шаривари" за подписью художника Стоп. В уютно обставленном чреве кита Импи Барбикен и Дж. Т. Мастон сидели за столиком и играли в шахматы, ожидая благополучного прибытия. Как новоявленный пророк Иона, председатель Пушечного клуба не задумался дать себя проглотить — вместе со своим секретарем — огромному морскому млекопитающему; пройдя подо льдами при помощи этого нового способа передвижения, они рассчитывали добраться до недостижимого полюса Земли.
Но сколько ни бесновались карандаши и перья, невозмутимый председатель Компании сохранял спокойствие. Пусть говорят, кричат, рисуют, насмехаются!.. Он продолжал свое дело.
64
Это было верно для 1889 г., когда появился роман.
65
Punch — персонаж английского театра кукол, аналогичный Петрушке.