Страница 40 из 72
Но некоторые жены даже не догадываются, что тирания мужа связана с его сексуальными нарушениями. Он заранее обеспечивает себе «алиби» — потерпев фиаско, мотивирует это тем, что очень плохо себя чувствует. Супруга относится к этому с пониманием — с каждым может случиться. Потом, чтобы избавить себя от унижения из-за очередной неудачи, муж избирает тактику нападения — стоит жене проявить инициативу, он гневно вскидывается: «Как ты можешь! Мне так плохо, а тебе подавай лишь одно! У тебя в голове только секс (даже если супруга почти забыла, что это такое)». Пристыженная женщина винит себя за эгоизм и больше подобных попыток не предпринимает. А для того, чтобы у неё не возникло соблазна опять склонить его интиму, муж постоянно жалуется на несуществующие боли, плохое самочувствие и этим как бы оправдывает то, что не может исполнять «супружеские обязанности». Жена уверена, что муж серьезно болен, а на секс уже не претендует.
— Прихожу вчера домой, а жена с соседом. Ну, говорю, ладно, я должен, ну а ты-то за что?!..
Анекдот
У Алексея ахилический гастрит, он проходил обследование, но жене сказал, что у него язва желудка. Когда однажды жена напомнила, не пора ли исполнить «супружеский долг», Алексей раскричался, что она эгоистка, требует от него близости в то время, как он еле живой от боли. На самом деле болей у него никогда не было, года три он даже не обращался к врачу — не было обострений гастрита.
По профессии он художник, работает преимущественно дома. Но работает лишь когда его посещает вдохновение, а оно его теперь почти не посещает. Как только у него очередной творческий кризис, он впадает в хандру, ходит мрачнее тучи, срывается на жену и детей, орет и придирается, а чаще всего прикидывается больным.
За последние годы Алексей резко изменился по характеру. Его жена Маша говорит, что он стал просто невыносим. Все ему не так — то она не приготовила ему отдельное блюдо, то не купила лекарство, то дети шумят, то телефон звонит в то время, когда он отдыхает, то дочь слишком долго болтает по телефону со своими подружками, то жена «шаркает тапочками», и это не дает ему уснуть, то ему мешает свет из коридора. Его раздражало Машино присутствие, и он в грубой форме просил её уйти и оставить его в покое. Но стоило ей заняться своими делами, из спальни раздавался его недовольный голос: «Ну почему в этом доме никому до меня нет дела! Зови-зови, никого не дозовешься! Я умру, а вы даже и не заметите!»
Он «сова», раньше творил только по ночам, потом спал до полудня. Не изменил он своего режима и теперь. Но в прежние годы он не мешал семье спать, а теперь ночами тиранил её своими капризами. Маша по его просьбе спит в другой комнате, но двери в комнаты оставляет открытыми — если она уснет и не слышит мужа, тот устроит скандал на весь дом, перебудит детей. Почти каждую ночь Алексей её зовет. Пока она встает, он не перестает громко возмущаться, ничуть не беспокоясь, что разбудит 11-летнюю дочь и 4-летнего сына. То ему холодно, «ноги ледяные» — почему с вечера жена не укрыла его вторым одеялом? Почему не озаботилась купить электроплед? Пусть немедленно согреет воду и принесет ему грелку, подаст лекарства (хотя они лежат справа от него на тумбочке, и ему даже не нужно вставать, чтобы до них дотянуться), принесет воды, чтобы их запить, даже если Маша с вечера поставила на тумбочку стакан с водой, но ему, видите ли, нужна теплая вода, а эта уже остыла, а от холодной воды у него могут появиться боли.
Порой вымотавшаяся за день Маша еле сдерживалась, чтобы не отгрызнуться: «Встань и возьми сам!» — ведь днем он был способен ходить, к тому же, проспал до часу дня, а она, отработав весь день и не выспавшись ни в прошлую ночь, ни в предыдущую, весь вечер терпеливо выполняла его капризы.
Маша не связывала все это с сексуальными нарушениями мужа. Она была уверена, что он действительно тяжело болен, и полагала, что как у многих хронически больных, его характер испортился из-за болезни, поэтому супруг стал таким эгоистичным и капризным.
Он и она в постели. Она: «Скоро рассветет… Может, хотя бы споешь?»
Д.Е.
Ей стало трудно с ним ладить, хотя первое время она даже не помышляла о разводе. Маша жаловалась своей матери: «Я все понимаю, он болеет, я ухаживаю за ним и стараюсь все для него сделать. Но иногда это просто невыносимо. Он заставляет нас всех ходить на цыпочках. Дети тоже недовольны, а дочка как-то сказала, что отец только при мне так себя ведет, а когда меня нет дома — у него ничего не болит, он читает, смотрит телевизор, ходит гулять. Но стоит мне вернуться с работы, — Леша начинает стонать и охать, ложится в постель и требует, чтобы я уделяла внимание только ему. Даже когда дети были маленькие, у меня не было столько хлопот, как со взрослым мужчиной.»
Так продолжалось несколько лет. Однажды, прикорнув у телевизора, Алексей нечаянно услышал разговор жены по телефону. Та жаловалась приятельнице, что вконец измучилась. Промелькнули слова: «Я так больше не могу» и «развод». Алексей растерялся и со страхом ждал объяснений с женой, и оно не преминуло последовать. Маша объявила, что намерена подать на развод, так как он уже «достал» и её, и детей своими жалобами и капризами.
Оказалось, что Маша побывала у его лечащего врача и узнала, что язвы у него нет, а всего лишь гастрит, но и тот уже несколько лет не обострялся, хотя супруг делал вид, что регулярно ходит в поликлинику и сдает анализы. Это переполнило чашу её терпения. До этого Маша была уверена, что Алексей действительно болен, жалела его и не решалась бросить больного мужа. «Я тебя презираю, — жестко заявила она напоследок. — Баба ты, а не мужик. Хотя ни одна нормальная баба так вести себя не будет. Больше я не намерена тебя терпеть. Как только разведемся, катись на все четыре стороны».
Маша действительно подала на развод, а Алексей обратился ко мне, надеясь, что после лечения сможет решить семейные проблемы. Позже пришла его жена. Маша ещё не решила окончательно насчет развода. «Мне трудно его простить за все то, что он творил с нами, — сказала она. — Но посмотрим на его поведение. Если он останется таким же противным, пусть убирается. Он не состоялся ни как художник, ни как мужчина, а отыгрывался на мне и детях. Сомневаюсь, что даже после лечения он сильно изменится».
Лечение оказалось успешным, Алексей покаялся перед женой и клятвенно обещал, что такое больше не повторится, и микроклимат в семье все же более-менее нормализовался.
Пациент:
— Доктор, у меня болит живот.
Хирург:
— Разрежем — посмотрим, что там у вас болит.
Анекдот
О том, что муж симулирует или преувеличивает свое недомогание, вы можете предположить по тому, что «заболевает» он в ситуациях, когда ему это выгодно. При этом он не хочет идти к врачу, чтобы его ложь не раскрыли. Позвонив на работу, он говорит, что приболел, но не хочет связываться с больничным: «Отлежусь дома денек-другой», — так мотивирует он свои каникулы.
Он «плохо себя чувствует» именно тогда, когда вы его о чем-то попросили, а ему не хочется этого делать. Например, нужно выполнить какую-то работу по дому, помочь вам передвинуть мебель, сходить в магазин, поехать на дачу, отвезти детей в летний лагерь, пойти в гости к вашим родителям. В общем, в любых ситуациях, когда ему лень, и он планирует иначе провести это время. Супруг может избрать и другую тактику — постоянно жаловаться на плохое самочувствие, чтобы вы раз и навсегда отстали от него с просьбами.
— Алло, дорогая, это я. Тебя сегодня встретить? Сумки тяжелые? В восемь? Ну нет, дорогая… Ты что, обалдела?! В восемь же футбол, а я так плохо себя чувствую, что смогу смотреть его только лежа!
Анекдот
Лекарств симулянт старается не принимать — зачем зря перегружать организм «химией»! Или хитрит — в присутствии жены положит таблетку под язык, а потом незаметно выплюнет. Не соблюдает ни диету, ни режим, необходимый при болезни, которую он симулирует. Если симулянт жалуется на боли в желудке, то они «усиливаются» у него, когда ему не хочется есть вашу стряпню, и он требует другую пищу, которую его желудок «хорошо переносит». При этом он не отказывается от острых или жареных блюд. Почему-то от хорошей отбивной или копченой колбасы у него болей не бывает, а вот вареная треска, молочная каша и прочие невкусные блюда вызывают у него «несварение желудка», «вздутие живота», «тяжесть в желудке», отрыжку, изжогу, запоры, или наоборот, его слабит. «Я не могу это есть, — с отвращением кривится мнимый язвенник, отодвигая от себя тарелку с диетическим блюдом. — Лучше я буду есть то, что мой организм воспринимает. Все эти диеты — чушь собачья. Я сам знаю, что мне подходит, а что нет».