Страница 19 из 72
Обманывая, не забывайте кому и о чем наврали.
Д. Е.
Даже опытный человек может легко попасться на удочку истерику, когда тот уговаривает его вложить деньги в предполагаемый проект или дать ему крупную сумму в долг под большие проценты, хотя истерик даже не думает её возвращать. Обманывают истерики очень легко. И они умеют находить людей, которые им верят. Немало современных предпринимателей пострадало от непорядочности партнера-истерика.
Истерик «новый русский» может пообещать партнеру очень выгодный контракт или прибыльное дело, а на самом деле даже и не предполагает выполнить свое обещание. А позже он придумает ещё одну «убедительную» историю в оправдание, почему выгодное дело не состоялось, и наобещает ещё больше. И снова ему верят, так как лжет любой истерик очень убедительно.
Врите смело — все равно никто не слушает.
Д.Е.
Он может втереться в доверие к человеку с большим капиталом и стать его правой рукой, , а покровитель будет пребывать в уверенности, что нашел отличного исполнителя, которому можно доверять. Но очень скоро покровителя ожидает жестокое разочарование. Истерик работает только на себя. Благодарность за оказанное доверие, партнерство, порядочность, честь, благородство, чувство ответственности истерику абсолютно чужды. С обаятельной улыбкой он присвоит чужие деньги, «подставит» и предаст, ни на секунду не усомнившись в своем праве совершить любой бесчестный поступок, если лично ему это выгодно, и не будет чувствовать себя ни в чем виноватым.
Играя какую-либо роль, сам истерик уверен, что все, что он говорит и делает, — искренне. Это не притворство в общепринятом понимании, когда человек сам сознает свой обман и сознательно вводит в заблуждение окружающих. Лживость истерика — это «вживание в роль», когда он сам верит в свои слова и обещания, даже если они явно расходятся с его реальными возможностями и его намерениями.
Самая искусная ложь — лгать самому себе.
Д.Е.
Попробуйте доказать истерику, что он поступил бесчестно, обманул, подвел партнера, не имел права его обнадеживать и давать обещание, которое не в состоянии выполнить. Уверяю вас, вам это не удастся. Истерик будет с пеной у рта доказывать, что это не его вина, что ему просто не повезло или так сложились обстоятельства, виноваты все вокруг, но только не он сам.
Такой человек может обокрасть своих компаньонов, сжульничать при коммерческих операциях, не испытывая никаких угрызений совести, а потом будет бить себя в грудь и клясться, что он честнейший человек и не присвоил себе ни копейки. И очень часто бывает так, что партнеры снова верят ему, даже если он подводил и обворовывал их неоднократно. В актерстве истерику равных нет.
Ради того, чтобы «пустить пыль в глаза», истерик «новый русский» живет на широкую ногу, тратя огромные суммы на собственные прихоти, покупая все самое дорогое, разъезжая по престижным курортам и раздавая щедрые чаевые, постоянно «ломая комедию» и играя роль удачливого и предприимчивого бизнесмена, хотя он всем задолжал крупные суммы, в его кассе давно пусто, и он тратит чужие деньги.
Врет тот, кто боится правды.
В. Георгиев
Однажды я с семьей отдыхала в Испании, и мне пришлось почти ежедневно наблюдать такую картину. Типичный «новый русский», расхаживая в холле гостиницы, громко кричал по мобильному телефону якобы своему деловому партнеру. Он что-то приказывал, критиковал, ругал, поручал ему перевести астрономические суммы на счет каких-то фирм, и при этом горделиво поглядывал на присутствующих — слышат ли они его «переговоры». Но на него никто не обращал внимания — русских там почти не было. Я была единственным его зрителем и слушателем, но ему, как любому истерику, было вполне достаточно даже одного «зрителя» его спектакля.
Вначале я полагала, что он разговаривает по телефону все утро, так как каждый раз, выходя после завтрака в холл, заставала одну и ту же картину — он расхаживал крупными шагами, энергично жестикулируя свободной рукой и что-то кричал по телефону. Потом я догадалась, что он намеренно поджидал своего единственного «зрителя», то есть, меня, тем более, что я наблюдала за ним весьма заинтересованно. Видя мой интерес, он ещё больше входил в раж, называя все более крупные суммы и демонстрируя, что он диктует кому-то свою волю. По моим приблизительным подсчетам суммы якобы переведенных куда-то денег давно перевалили за миллион долларов. Полагаю, что он говорил в неработающий телефон — уж очень театрально все выглядело.
Персонал гостиницы недоумевал, почему гость каждое утро орет в холле по своему телефону, когда может сделать это в своем номере. Своими громкими разговорами он мешал менеджерам за стойкой. Но персонал гостиницы, естественно, не мог сделать гостю замечания.
Его жена в это время молча сидела в кресле. За все время я не услышала от неё ни единого слова. Она производила впечатление забитой, покорной женщины, которая смирилась со своей судьбой. Она была очень худой, бледной, похоже, больной легочным заболеванием, потому что постоянно подкашливала. Вместе я видела их только в холле, а в баре и у бассейна он появлялся один, непременно подцепив какую-нибудь девицу.
Так повторялось почти две недели, и однажды менеджер очень вежливо попросил меня передать джентльмену, поскольку тот не говорил по-английски, что в номере есть телефон, по которому он может поговорить, и слышимость будет гораздо лучше, чем по мобильному телефону. Я передала просьбу нашему «джентльмену», но тот пренебрежительно заявил: «Пусть обслуга мне тут не указывает, где мне говорить».
Он не переставал «говорить» по своему телефону даже в аэропорту, когда мы возвращались домой, расхаживая по залу ожидания, очевидно, в поисках новых зрителей, а его молчаливая жена катила за ним два огромных чемодана.
Истерику ни в коем случае нельзя доверять распоряжаться деньгами, особенно, если это большие суммы. Для него ничего не стоит присвоить не принадлежащие ему деньги, растратить их, а потом выдумать какую-то фантастическую историю. Набрав кредитов, он может скрыться с чужими деньгами. С честностью и порядочностью у истерика большие проблемы. Порой бывает так, что истерик совсем «заврался» и в результате вынужден скрываться от кредиторов или деловых партнеров.
Мне рассказывали об одном коммерсанте, которому его партнеры доверили получить крупную сумму с должника, живущего в другом городе. Он сам вызвался привести долг и даже отказался от сопровождения охранников, хотя до этого без двух телохранителей никуда не выезжал. Но он сказал, что справится и сам, а чем меньше людей знают о деньгах, тем надежнее.
Деньги он присвоил, а партнерам сказал, что когда он ехал с вокзала, его машину догнали два миниавтобуса, в которых сидели двадцать (!) вооруженных автоматами людей. Они якобы «зажали» его машину в «клещи», заставив остановиться, выволокли его из салона, уложили на капот и «под дулом автоматов» заставили отдать всю сумму. При этом на нем не оказалось ни единой царапины.
Партнеры засомневались — история о том, что среди бела дня в центре Москвы кто-то может разъезжать с автоматами и наставлять их на человека, но не стрелять в него и даже не бить, — выглядела неубедительной. К тому же о поездке и деньгах никто, кроме его партнеров, не знал, должник, с которым они успешно работали много лет, вряд ли стал бы посылать за ним в Москву «команду» из вооруженных людей, чтобы вернуть свои деньги, — проще было сделать это в своем городе или по дороге. Откуда взялись два «автобуса», как они опередили поезд, на котором ехал их компаньон, почему они не отняли у него деньги в поезде, где это было гораздо проще сделать, чем в центре Москвы, — все эти вопросы они задавали и ему, и себе. Но он так охал и ахал, заламывал руки и даже лил слезы, демонстрируя, как сильно огорчен случившимся и даже готов «искупить свою вину кровью» , «наложить на себя руки» или работать всю оставшуюся жизнь бесплатно и распродать все, чем владеет, чтобы расплатиться с компаньонами, что те в конце концов оставили его в покое.