Страница 9 из 64
По центру плаца был водружен массивный постамент с серповидной трибуной. Возле нее, улыбаясь, либо хмуро прочесывая взглядом ряды, величественно стояли шесть офицеров, файров, полковников. Приглашенные для торжественного мероприятия, они представляли собой все то, к чему первокурсники только стремились: признание, честь, достоинство, верность. А в немаловажное дополнение к ним: власть, успех, слава и благосостояние.
Заняв свое место в первом ряду новичков, выстроенных прямо напротив пока пустующей трибуны, Алас гордо, спокойно и стойко смотрел вперед. Что видел он там? Полковников и почетный караул Карателей? Нет! Впереди он видел свою новую жизнь, лишенную бедности и черновой работы, зато полную смысла и любимого дела!!!
- Всем молчать! - гаркнул Стипс на отряд.
В это т же момент в воздухе раздался синтетический звук оркестра играющего гимн Риллака, а после, низкий голос торжественно и четко возвестил:
- Внимание! Прибыл Глава академии, полковник, Файр, Крио МагерТанк!
Громкая барабанная дробь, предшествовала появлению этой грандиозной, для всей звездной системы, личности. Мало кто не знал МагерТанка. В числе заслуг полковника было несколько кровопролитнейших битв, авантюрных операций и предотвращение недавней попытки государственного переворота. Ушедший, после тяжелого ранения, с активной службы, МагерТанк заслуженно пользовался покровительством самого императора и вот уже на протяжении пяти лет
МагерТанк чинно прошествовал к постаменту, взобрался на него и окинул личный состав академии требовательным, но отцовским взглядом. Главе академии было почти шестьдесят лет от роду, что, учитывая достаточно долгую продолжительность жизни на Риллаке, не считалось старостью. Могучий рост, развитые мышцы и гордость осанки, чуть дисгармонировали с маленьким брюшком и полностью лысой, даже блестящей головой. Однако в каждом взгляде, в каждом движении этого вояки чувствовалась сила и незримая власть, которая подчиняла себе не тела, но души!
Одет МагерТанк был в серебристо белую военную куртку из толстой, держащей удар ножа материи, украшенную планкой званий и массой наград (в том числе высшим орденом - Первый Среди Равных!). Отсутствие на голове положенного берета и расшитые серебром штаны, как дань былой непримиримости с правилами и собственному мнению по любому вопросу. Не многие из высокопоставленных военных могли позволить себе подобное хулиганство, да еще и на таком серьезном мероприятии как воинская присяга. Однако... МагерТанк знал границу своей "вседозволенности" и редко ее нарушал. В конце концов, симпатия императора - не бесконечна!
- Мы собрались здесь, - разнесся басом громкий, усиленный десятками квантовых динамиков голос главы академии, - чтобы вот уже в сотый раз принять в свои ряды новых друзей, избравших путь служения императору и всему Риллаку. Поприветствуем их!
Строй, второ-третье-четверокурсников грянул сотней голосов, но единожды:
- Ура!
Видимо это был некий обряд.
Тем временем МагерТанк продолжил:
- Также, я лично приветствую высоких гостей, что оказали нам честь, посетив присягу. Мое почтение полковник Файр Николас Шнит, полковник Файр Меоделе Тристна и... полковник Файр Вагдас Третий, - произнося последнее имя, голос главы академии вдруг стал несколько суше и тише. Хотя вряд ли кто-то обратил на это внимание.
Удостоив кивком каждого из офицеров, МагерТанк возвестил:
- Итак, да начнется посвящение!!!!
Новичков вызывали по одному. Бледному от мандража новобранцу, представшему перед Крио, вручали в руки голографический планшет с текстом присяги, который он и читал, часто запинавшись, сглатывая и затравлено озираясь на обилие высоких гостей. Хотя, были и случаи, когда кадет проговаривал слова клятвы громко, гордо, не заглядывая в текст. В такие моменты МагерТанк непроизвольно усмехался, а в глазах его мелькала теплота и удовлетворение.
Тридцать с лишним минут Изгой слушал речи других, но наконец, настал и его судьбоносный момент.
- Вызывается Алас Кенокет! Первый курс факультета боевых, космических пилотов! - зачитал капитан Карателей, выполняющий сегодня функцию привратника и командира почетного караула.
- Пошел! - скомандовал Аласу Стипс.
Кенокет высоко поднял голову, задержал дыхание и, чеканя каждый шаг, вышел вперед. Сняв серый берет, он положил его на сгиб руки, и принял от Карателя голопланшет с клятвой.
Над головами курсантов метались встревоженные таким сборищем Дрейки. Легкий ветерок колыхал полы камзолов и гонял редкую пыль по пластобетонному плацу, солнце, не в состоянии пробиться сквозь отражающий купол, рассеяно освещало все действо с высоты своего положения. Кругом пахло сухостью, новой тканью и грядущими переменами.
Изгой знал текст присяги и потому, твердо глядя вперед, в новую жизнь, произносил заученный текст легко, но все же с малой толикой волнения.
- Я Алас Кенокет, клянусь в вечной верности Риллаку и императору. Обязуюсь с честью блюсти правила и законы, исполнять приказы и служить на благо Отечества. Клянусь! Клянусь!! Клянусь!!! Пусть ветры и грозы, космический холод и тьма не собьют меня с пути! Пусть жаркое солнце...
Далее шло описание всех чуждых природных процессов и прочий эстетический хлам, призванный внушить новичку благоговейный страх и трепет к службе. Надо сказать, что получалось это... плохенько, ибо каждый поступивший в академию знал, на что идет и куда приведут его пути обучения. Дураков на Риллаке было мало, их вычленяли из общего генофонда посредством селекции (Риллаканская шутка).
Закончив этот... весьма условный, уставной манифест, Изгой вернул планшет Карателю и, резко приложив ладонь к голове, отдал честь.
МагерТанк добродушно кивнул.
- Я принимаю вашу клятву Алас Кенокет. Теперь вы слуга Риллака и его истинный сын! Несите это бремя с гордостью и достоинством. Помните, что выше воинской чести есть только приказ императора, и ничего более!!! Встаньте в строй, кадет!
- Есть сэр! - Изгой крутанулся вокруг оси, сделал несколько шагов и как влитой встал среди как уже принятых сокурсников, так еще и тех, кому только предстояла эта честь!
После того как последний новобранец стал частью "семьи", как выразился сам МагерТанк, в столовой каждой из казарм был организован маленький банкет с десятками разновидностей всевозможных явст и даже... горячительными напитками.
Даже Стипс, прохаживаясь по узкому проходу между столами с пирующими тремя отрядами кадетов, был более-менее... приемлем.
- Хм, гуляйте, - осклабившись, поговаривал он. - Когда вам еще представиться возможность наесться до отвала!
И пусть за этими словами чувствовалась насмешка и скрытая угроза, но радоваться и в полный голос выкрикивать тосты и поздравления, это никому не мешало. Кадеты гуляли и делали это так, будто последний раз в жизни. Хотя, если вглядеться в ехидную улыбку Стипса, быть, может, так оно и было! По крайней мере, на ближайшую пару лет.
ГЛАВА 3 ЗАНЯТИЯ И ЛИКЕР
Вопль утреней сирены прокрался прямо в мозг! Казалось, вибрировал каждый нерв, каждая клетка! Еще никогда Изгою так не хотелось умереть, или хотя бы разнести трижды проклятые динамики в клочья!
- О! Моя черепушка! - раздалось откуда-то сверху.
Алас с трудом приподнял голову. С верхнего уровня койки свешивалась бледная, пышущая перегаром рожа Викора.
- Пить! - снова прошептал Тайр. - Воды!
Превозмогая ломоту во всем теле и изрядной силы тошноту, Кенокет все же заставил себя подняться с кровати, и даже подать товарищу стакан целительной влаги.
Почти захлебываясь от жадности, Викор залпом осушил емкость и уже более осмысленным взглядом посмотрел на Изгоя.
- М-да, - произнес Тайр. - Погуляли вчера на славу!
Изгой лишь удрученно покачал головой. Действительно, прошлым вечером только что стены смогли устоять! Радостные первокурсники, дорвавшись до бесплатного, куролесили, пили, пели и танцевали почти до самого утра. И даже Алас не смог устоять пред общим весельем. В мозгу Кенокета так и стояла картина его вчерашней расхлябанности и излишней разговорчивости. С алкоголем надо завязывать, ибо он разрушает личность, стирает грани и приличия!