Страница 4 из 14
– Ну да, солнце… Вон как дождь поливает.
– А ты представь, что все равно – солнце… Представила?
– Ага.
– Теперь улыбнись… Улыбнулась?
– Да.
– Вот и замечательно! Ну что, мы сегодня увидимся?
– Ты знаешь… – последовала пауза. – Наверное, не получится.
У Егора оборвалось сердце. Как будто с разбега он врезался в стену.
– Почему? Ведь мы вчера договорились… Что-нибудь случилось?
– Нет. Просто сегодня никак…
– А завтра?
– Завтра я работаю.
Ермаков опустил трубку. Ворот рубашки давил шею, мешал дышать. Он с остервенением рванул его…
«Ну и пусть! Ну и ладно!»
Ни о чем другом думать Егор уже не мог. Поэтому отправился просто бродить по городу. Вскоре самообладание вернулось к нему.
«Живи, как хочешь. Я тоже начну другую жизнь… Прямо сегодня, сейчас!»
Дождь кончился, и притихшие улицы снова заполонил народ. Ермаков разглядывал встречных девушек. Среди них попадались очень даже симпатичные.
Незаметно он оказался в районе порта. Дальше пути не было – впереди плескалось море.
Егор хотел вернуться, но вдруг заметил на пирсе ребят. Они удили рыбу.
– Клюет? – поинтересовался Ермаков.
– Еще как! – с готовностью ответил вихрастый конопатый мальчу-ган.
– На что ловите?
– На рачка.
Паренек достал из банки пару ярко-красных креветок.
– Вареные, что ли? – удивился Егор.
– Нет… Мы их солью засыпаем.
Мальчишка отрезал ножом кусочек, насадил на крючок и, крутанув над головой свинцовое грузило, забросил снасть в море.
– На донку?
– Ага. На поплавочную удочку здесь мало кто рыбачит. Глубоко…
– И что за рыба?
– Разная… Бычки, кефаль, барабуля… А вчера дядька вон с того пирса здоровенного каракоса поймал. Килограмма на три…
– Каракос? Ни разу не видел. И даже не слышал.
– Вань, покажи.
Конопатый повернулся к своему другу, такому же загорелому белобрысому пацану. Тот засунул руку в полиэтиленовый пакет и извлек оттуда широкую серебристую рыбину, похожую на подлещика.
– Только этот поменьше, конечно… Граммов восемьсот.
– Неплохо! – одобрительно произнес Егор, рассматривая трофей. – А у нас на севере, где я раньше жил, – совсем другая рыба. И ловят по-другому… Сейчас там еще все подо льдом. Вот такой лед!
Ермаков показал толщину от земли.
– Не может быть!.. Это же почти метр!
– Ну да! А в январе – еще больше… Сейчас-то уже подтаивать потихоньку начинает. Но до майских праздников – держится… Ни разу весной со льда не ловили?
– Вон он ловил, – белобрысый указал на приятеля. – У него бабушка на севере живет.
– Понравилось?
– Не-а, – поморщившись, протянул конопатый. – Холодно.
– Зимой, конечно… Особенно, если с непривычки… Зато сейчас – благодать! Сидишь, греешься на солнышке и рыбу из лунки таскаешь. По весне иногда можно полный «шарабан» наловить.
– Что наловить?
– «Шарабан»… Это ящик такой, алюминиевый или деревянный, на котором сидеть можно. Рыбы килограммов двадцать войдет.
– Здорово!
– А потом, когда лед растает, хорошо со спиннингом по реке пройтись. Щука на блесну берет, как шальная. Давно, правда, уже не рыбачил… Лет пять…
– Хотите, можете попробовать, – предложил ему голубоглазый паренек. – Возьмите мою донку. У меня их две.
– Давай! – Егор присел рядом на корточки и намотал на указательный палец толстую леску.
– Начнет дергать – сразу подсекайте!
– Понял…
Ермаков ощутил настоящий рыбацкий азарт. Давно уже не сидел он у воды в ожидании поклевки.
Конечно, все здесь было совсем не так. Не хватало главного – единения с природой… Когда вокруг на десятки километров безлюдная тайга, невольно рождается чувство, что ты – частица этого мира. Возникает какая-то особенная сопричастность, когда становятся различимыми каждая мелочь, каждая деталь… Ты начинаешь слышать шелест листьев, шепот травы, журчание ручья. Ты начинаешь понимать пение птиц, и крики зверей, видеть множество красок и оттенков… А здесь – все иначе, все как бы понарошку. Нет ощущения тайны… Привычный шум города ни на минуту не отпускает тебя. Грохот башенных кранов, скрежет лебедок, голоса докеров… И даже белокрылые чайки воспринимаются на этом фоне как часть городского пейзажа.
– У вас клюет!
– Что? – рассеянно переспросил Ермаков и тут же почувствовал, как натянувшаяся леска сдавила ему палец.
– Подсекайте! Ну!..
Егор поддернул и ощутил на том конце волнующую тяжесть. Он быстро начал выбирать леску, стараясь не давать рыбине слабины.
«Хорошее что-то попало. Вон как упирается!»
Преодолевая сопротивление, Ермаков подтянул рыбу к пирсу. В глубине тускло блеснул чешуей ее зеленоватый бок.
Один из парней схватил подсачек и приготовился помогать.
– Осторожнее, не дергайте!
Конопатый мальчуган ловко подхватил рыбину из воды. Она беспомощно забилась в капроновой сетке.
– Ого! – восторженно воскликнул Егор, доставая добычу из подсачека. – Здоровенная!.. А как она называется?
Переглянувшись, ребята рассмеялись.
– Чего хохочете?
– Это же зеленуха!
– Ну и что?
– Она несъедобная.
– Совсем?
– Говорят… У нее много видов. Одни можно есть, другие нельзя… Трудно определить. Поэтому – лучше выбросить…
– Выходит, это как грибы? Есть хорошие, и есть – поганки!
– Точно.
– Вот и лови после этого! У нас на севере я такого не припомню.
Егор поменял наживку и снова забросил снасть в море. Вскоре опять почувствовал легкие удары по пальцу. Кто-то на том конце настойчиво дергал за леску.
Он быстро подсек и, перебирая руками, потянул. Сопротивление было невелико.
– А эту есть можно? – спросил Ермаков, с интересом разглядывая небольшую бледно-розовую рыбку.
– Это барабуля… Ее можно.
Солнечные блики играли в воде. Мягко накатывались гладкие пологие волны. На отмели буро-зелеными островками просвечивали косматые водоросли.
«Ладно, – подумал Егор. – Побаловался и будет».
Он поднялся, размял затекшие ноги. От долгого сидения на корточках они слегка онемели.
– Спасибо, ребята. Мне пора…
– Чего так мало половили? Сейчас вечерняя зорька будет.
«Как раз, поэтому и ухожу, – усмехнулся про себя Ермаков. – Самое время ловить другую «рыбу»…»
В полумраке кафе Егор приметил белокурую молодую девушку. Небрежно затягиваясь сигаретой, она со скучающим видом поглядывала по сторонам.
«Если никто не опередит – подсяду», – решил он и, заказав сто граммов коньяку, протянул бармену деньги.
– Помельче у вас нет? – осведомился тот. – Сдавать совершенно нечем… Конфет возьмете на сдачу?
– Давайте.
Бармен поставил перед ним коньяк и выложил пять шоколадных конфет. Забрав их, Егор направился к скучающей блондинке.
– Не занято? – на всякий случай поинтересовался он.
– Свободно.
Пригубив из бокала, Ермаков оценивающе посмотрел на девушку. Выглядела она неплохо: правильные черты лица, ухоженные волосы… Даже сигарета не уменьшала ее женского обаяния.
– Хотите конфету? – предложил Егор.
– Спасибо, – улыбнулась она. – Не хочу.
– Дали на сдачу… Мне одному столько не съесть.
– Не любите сладкого?
– Люблю. Но для ста граммов коньяка этого явно многовато.
– Возьмите домой, выпьете с чаем.
– Пока донесу – растают.
Ермаков потягивал коньяк и с интересом разглядывал девушку. Чувствовалось, что она тоже не против знакомства. Это придало ему решимости.
– А можно я вас тогда хоть кофе угощу?
– Можно, – великодушно согласилась она.
Егор заказал два кофе.
– С сахаром или без? – уточнил бармен.
Ермаков на секунду задумался, потом нашелся.
– Один с сахаром, другой – без.
Ему было все равно. А девушка в любом случае получала напиток по вкусу.
Он вернулся за столик. Незнакомка благодарно кивнула и взяла чашечку кофе без сахара.
– Как вас зовут? – спросил Ермаков.