Страница 26 из 87
От понимания картины я как чумной ходил пару дней, набрасываясь лишь на книги, читал, осмысливал, вновь читал. Общий смысл, так сказать, теормага и его истоки были теперь понятны, оставалось тренировать приобретенный трансформатор свободной энергии, в который превратилось мое тело, и изучать общие блоки управления.
Этот узор, к примеру, повышение температуры, этот же узор с диаметрально противоположным вектором — понижение, этот узор не что иное, как банальный толчок воздушной массы перед собой, а эта маленькая вариация рядом — блок контроля над объемом передвигаемой массы. Все просто и сложно, легко понять векторные узоры, но, как любой любитель детективного жанра, я всегда заглядываю на последние страницы книги, не прочитав середины. Асимптоты, там дальше был просто ужас!
— Ульрих, очнись!
— А? Что?
Меня грубо стали трясти за плечи.
— Да что это такое? Что вы меня трясете?
— Ты уже третий день ничего не ешь и ни с кем не разговариваешь! — Опять повторилась ситуация с взволнованными обитателями замка, меня тряс Дако, поймав в коридоре перед спальней. — Я заберу у тебя все книги, если еще раз так сделаешь!
— Не надо! — Сердце екнуло от страха потерять этот животворящий родник знаний. — Я больше не буду!
— Врет! — с обидой в голосе вклинилась Лесса. — Он и в те разы говорил, а потом все по новой!
В общем, мне и самому пришлось поумерить свой пыл, зная свою увлекающуюся натуру. Благо, как мне известно, лучший отдых — это смена деятельности. Ну или две массажистки-азиаточки…
Весь нераскрытый потенциал (полтора метра ростом гений!) я направил на свои проекты и на нового преподавателя, доставленного наконец в замок сквайром Энтеми.
У таких преподавателей я готов учиться до скончания дней. Кто сказал: опять женщина? Садись… пять.
Черное и белое, топаз и янтарь, огонь и… не лед, нет. О графине нельзя сказать — лед, но нельзя и сравнить ее с огнем стихийного пожара, которым, без сомнения, можно охарактеризовать леди Лессу. Она, скорей, очаг, тихий, теплый, домашний и такой родной. Родная моя графиня Шель де Красс! Прекрасный педагог. Невысокого роста, такая розовенькая и белая, с колоссальным бюстом и вечным легким румянцем на щечках. Она была полным антиподом Лессы, взрывной южанки, о чей темперамент можно было получить ожог четвертой степени и пощечину о всех пяти пальцах сразу.
Эта пышечка была немного рассеянной, улыбчивой и скромной, говорила мягко и тихо, но зато с пылом мне преподавала свою науку. Ее уроки были сродни рецептам разных блюд. Немного соли, немного перца, щепотка того, щепотка другого — и что? Вот вам экономика соседнего государства, политическая структура, традиции вам подавать подогретыми или предпочитаете на закуску холодное? Вообще люблю таких людей, она богаче десяти таких баронов, как я, а готова ездить по миру, берясь втолковывать науку таким юным бездарям. Откуда такой альтруизм и вера в человечество берутся? Вокруг столько боли, слез, какой-то грязи, лжи — и вот вам чудо! Маленькое такое, улыбчивое чудо с большим сердцем и довольно глубоким и многогранным разумом незаурядного человека.
Вместе с Шель де Красс я закрывал белые пятна на картах этого мира и в его истории. Как я уже говорил, первоначально Альверст принадлежал расе эльфов. После них (а возможно, из-за них?) пришли остальные расы, такие как люди, или эвиамы по-эльфийски, урохи, или орксы на все тот же эльфийский лад, тробаласы, или тролли на человеческом языке, а также гномы (самоназвание народа) и мифические драконы. Почему мифические? Здесь их видят не чаще, чем на земле, хотя документально подтверждены факты, когда происходил контакт и общение с их представителями.
Вот такой вот гремучий коктейль из сплетения невозможного. И, пожалуй, продолжу знакомство все с тех же эльфов. Дело в том, что при наличии высоких технологий, неподвластных даже моему светлому гению, народ этот на удивление малочисленный. На данный момент часть мира насчитывала только два крупных города, причем неожиданно разделенных между собой враждой. Казалось бы, ума палата, а глянешь со стороны — ну точно как дети. Воистину во многой мудрости многие печали. Не знаю, как такое получилось, но некогда единый народ разделился на два, или, если совсем вдаваться в нюансы, произошло отделение части от общего.
Основная часть именовала себя льесальфами, в переводе «дети солнца», отщепенцы же получили название дьесальфов, в переводе «дети луны». Ну и, как следствие, непрекращающийся многие века конфликт, приведший к постепенному угасанию обеих ветвей некогда великого народа.
Сразу вспоминается старинный анекдот про евреев и палестинцев, которые суть две половинки одной попы, но как ни сжимай эти половинки — не срастутся.
Общие характерные черты для двух эльфийских народов — это, естественно, знаменитая вытянутая ушная раковина, далее структура глазного яблока, в отличие от человеческого глаза, очень увеличена радужка, практически не видно белка. В одном из выданных мне Шель трактатов был эскизом от руки выполнен рисунок скелета данного представителя с описанием. Эльфы, в отличие от людей, имели изначально 28 зубов, десять пар ребер, в отличие от человека с его двенадцатью, и, если художник книги не врет, плюс один позвонок в шейном и поясничном отделах общего ствола позвоночника.
Эх, мне бы вскрытие провести! Ну науки ради, не из праздного любопытства…
Теперь же об орксах. Сначала, взглянув на картинку в книге, я принял их за яванского человека или питекантропа, но, вчитавшись в описание, вынужден был признать, что это не так. При общей схожести, такой как: низкая лобная кость, выступающие надглазничные валики, скошенная челюсть — были и кардинальные отличия. При наличии увеличенного волосяного покрова цвет кожи орков, как их называют люди, варьирует от насыщенно темно-зеленого цвета до легкого оттенка зелени.
Данная раса вполне разумна, на данном этапе человечество в развитии практически на одном с ними уровне, ну разве что как таковых городов и государственности у них нет. Все сводилось к семье и клану, для них характерна общая разрозненность на определенном занимаемом ими участке территории.
Открыв страницу с описанием троллей, долго вообще не мог понять, что же это такое и как это работает. Во-первых, рост этих существ превышает отметку в три метра, во-вторых, во всей справочной литературе о них говорят как о живом камне. Указывается высокий интеллект при полной асоциальности. Нет государства, нет кланов или семей, нет простейших пар для создания потомства, жесткий индивидуализм и спартанские условия жизни. Нет данных о языке либо же культуре, просто написано: есть и такое, а что это, никто не знает. Ну ходят у нас по миру каменные великаны, ну и что тут такого? Нам-то что с того? Вроде спокойные, не хулиганят, здороваются всегда. Я оторопел от подобного отношения.
— Графиня, меня интересует, почему так мало данных о троллях? Их что, мало? Редкая раса?
— Нет, Ульрих, они вполне распространены. — Графиня готовила очередной урок, раскладывая принесенные карты и кипу свитков с описанием. — Просто они другие, вроде бы голова, руки, ноги, но как начинаешь общаться, то понимаешь… чего-то дико не понимаешь. У них очень сложное восприятие мира, труднопонимаемые жизненные принципы и позиции. Да и сами по себе они не особо разговорчивы. Камни они и есть камни, ну, правда, эти еще ходить умеют.
— А может, они не камни? — Мне как-то с трудом верилось в подобное.
— Как это: камни не камни? — Она наморщила лоб.
— Ну, может, мы думаем, что камни, а они не камни.
— Мы думаем про камни, что они камни, а они не камни? — Она ошарашенно на меня посмотрела. И тут же добавила, увидев, что я опять хочу спросить: — Я тебя умоляю, только не про камни не камни, я уже сама не понимаю, что камни! Тьфу! Говорю!
— Ну тогда давайте сегодня о гномах?
— Да! Точно, давай сегодня про гномов, к тому же они все знают про камни, и эти тролли — их первейшие компаньоны.