Страница 5 из 16
НЕ ПОСЛАТЬ ЛИ НАМ ГОНЦА?..
Человек не приспособлен для дальних космических путешествий. К такому выводу пришли специалисты японского космического агентства. По их мнению, люди не только плохо переносят длительное заточение в ограниченном пространстве космического корабля.
Самый главный враг космонавтов, как уже говорилось выше, — радиация. Не все человеческие органы одинаково к ней восприимчивы. Некоторые, так называемые критические, органы подвергаются наиболее ощутимым ударам. Так, хрусталик глаза с трудом противостоит потоку радиоактивных частиц, и при постоянном его облучении неизбежно возникновение катаракты. Под воздействием радиации могут также поражаться участки мозга, отвечающие за двигательную активность.
Исходя из этого, японские ученые предлагают «усовершенствовать» космонавтов, отправляющихся, допустим, к Марсу, удаляя им путем микрохирургических операций наиболее радиочувствительные органы. Например, заменять натуральный хрусталик глаза на искусственный.
Непонятно, правда, как произвести полноценную замену таких радиочувствительных органов и тканей, как кожа или костный мозг. Быть может, лучше отправлять в длительные космические путешествия роботов или киборгов, специально сконструированных для таких задач?
Когда линза… жидкость
Специалисты ведущих фотофирм мира ни на миг не прекращают поиски все новых способов усовершенствования съемочной аппаратуры. С некоторыми из их любопытных разработок мы и хотим познакомить вас сегодня.
Недавно ведущие мировые разработчики цифровой оптической техники обнаружили интересный эффект — при подсветке цифровой матрицы в момент съемки инфракрасным излучением ее чувствительность повышается на 15–20 %. Когда начинаешь разбираться в сути эффекта, понимаешь, что так и должно быть. Однако заметили все это почему-то только недавно.
В самом деле, инфракрасное излучение — оно же, собственно, и тепловое. И не секрет, что при повышении температуры многие реакции, процессы протекают быстрее.
Технически усовершенствовать камеру тоже довольно просто. Инфракрасные диоды весьма дешевы и требуют небольших затрат энергии для своей работы. Во время же экспериментов с ними выяснилось, что подобным образом можно повысить и чувствительность обычной фотопленки. Надо лишь в момент открытия затвора произвести внутри аппарата вспышку инфракрасного диода, добавив таким образом в спектр видимого излучения еще инфракрасное. Обычная пленка от инфракрасного излучения не засвечивается, зато повышает свою чувствительность.
Повышение же реальной чувствительности пленки или матрицы дает возможность применять на фотоаппаратах объективы с меньшей фотосилой, а значит, и более легкие, компактные, дешевые. Причем для электронной техники, где объективы и так невелики, тут же родилась идея использовать жидкостные линзы.
Вы, наверное, не раз видели: капельки воды на стекле не растекаются, а сворачиваются в чуть приплюснутые тяжестью шарики. Причем эти шарики обладают всеми свойствами двояковыпуклой линзы. Мало того, приплюснутостью капли можно управлять, например, с помощью электростатического поля. А при этом будет меняться заодно и оптическая сила линзы, то есть, говоря проще, коэффициент увеличения.
В общем, в лабораториях Philips ныне создан экспериментальный образец жидкостного объектива с габаритами 3x2,22 мм. Внутри корпуса такого объектива — два жидких вещества (токопроводящий водный раствор и масло-диэлектрик) с различными коэффициентами преломления. Изнутри на боковые поверхности корпуса и на одно из оснований нанесено гидрофобное покрытие. Нежелание соприкасаться с ним вынуждает жидкость принять форму линзы.
Прикладывая электростатическое поле, можно менять геометрию линз-капель, а значит, и фокусное расстояние данного объектива. Причем очень быстро — менее чем за 0,1 секунды. Единственный недостаток данного зум-объектива — его чувствительность к вибрации. При тряске геометрия капли искажается, и это ухудшает изображение. А уж если такой объектив уронить, так он и вообще теряет свою работоспособность на некоторое время — жидкости перемешаются, и придется выжидать, пока они не вернутся в исходное состояние. Тем не менее, конструкторы не теряют надежды справиться с недостатками конструкции, использовав специальные компенсаторы тряски.
С. СИНЕЛЬНИКОВ
ПО СЛЕДАМ СЕНСАЦИЙ
Таинственный тетранейрон. Существует ли он?
Работа ядерщиков сродни работе детективов: по следам и «уликам» они пытаются восстановить картину происшествия. Исследователи из Лаборатории ядерной физики Национального центра научных исследований под руководством профессора Мигеля Маркеса попытались отыскать виновника загадочного происшествия, случившегося более года назад. А дело было так…
Ученые во время экспериментов на ионном ускорителе GANIL, расположенном в г. Каене, обстреливали ядрами бериллия-14 мишень из углерода. Часть атомов, по расчетам, должна была превратиться в бериллий-10, а освободившиеся при этом нейтроны и иные частицы — образовать некое гало, своеобразное облако, обращающееся вокруг ядра.
Однако на деле все получилось иначе. После обстрела углеродной мишени ядрами бериллия-14 вместо четырех вспышек, которые должны были бы дать освободившиеся нейтроны, обнаружили всего одну.
Поначалу экспериментаторы решили, что не сработали детекторы. Эксперимент повторили несколько раз, и в шести случаях зарегистрировали загадочную аномалию. Просто на ошибку детектирования такое списать было уже нельзя. Но что же тогда произошло?
Когда детектив на месте происшествия видит один след, хотя свидетели утверждают, что преступников было четверо, он, по крайней мере, вправе предположить, что один из этой четверки оказался силачом и унес остальных троих на себе.
Но бывают ли подобные силачи в мире элементарных частиц? По идее, нейтроны удерживаются в ядре более-менее кучно лишь в компании с протонами, благодаря силам ядерного взаимодействия. Но что заставило их держаться слитно в этом случае? Ответа на этот вопрос пока нет. Есть лишь предположение, что если нейтроны обладают различными спинами, то есть, говоря упрощенно, вращаются в разные стороны, то могут существовать некие силы, заставляющие их держаться вместе.
Схема, показывающая, как при ударе об углеродную мишень атом бериллия-14 иногда распадается на атом бериллия-10 и загадочный тетранейтрон.
Тем не менее, когда исследователи опубликовали заметку о странном феномене в научной печати, их не высмеяли, как того опасался Маркес и его коллеги, а рекомендовали продолжить исследования. Ведь кластер — то есть объединение четырех нейтронов — существовал по меркам микромира целую вечность (несколько сотен наносекунд). А раз так, то в данной загадке природы стоило бы разобраться тщательнее.
Воодушевленные экспериментаторы объединились с теоретиками, среди которых значится, например, Уилтон Кэтфорд, научный сотрудник Университета графства Суррей, Великобритания. И общими усилиями составили вот какую картину.
Представим себе на миг, что нам удалось зафиксировать проявление некой ядерной суперсилы, которая пусть еще неизвестна, но заставляет держаться нейтроны вместе.
Такое на практике уже случалось. Астрофизики, например, отыскали во Вселенной так называемые нейтронные звезды, вещество внутри которых сжато столь плотно, что обычные атомы растеряли сначала свои электроны, а затем и протоны. Остались лишь нейтроны, сплюснутые чудовищными силами гравитации. Наперсток вещества такой звезды может весить триллион тонн, писали ученые по этому поводу. И добавляли, что нейтроны скорее всего распределены в такой структуре более-менее равномерно, как бывшие снежинки в плотном снежном коме.