Страница 5 из 48
Через месяц курсанты приступили к самостоятельным полетам без инструктора. В заднюю кабину клали мешок с песком, чтобы не нарушать центровки. Экзамен принимал командир звена. Первым к самостоятельному полету был объявлен Василий Щелкунов. После него к полету был допущен Алексей Кувшинников. Завершив свой самостоятельный полет, перед командиром звена и командиром отряда и получив похвальное заключение комиссии, Алексей Владимирович с Василием Щелкуновым тут же на старте отпраздновали свои успехи со всей группой стаканом простокваши с сахаром. Буфет находился прямо на старте. Этот день Алексей Владимирович запомнил, как самый счастливый день своей жизни после рождения. Он всегда с благодарностью вспоминал свсзго инструктора Г.П.Поплавского, давшего ему знания и привившему навыки самостоятельного полета, и открывшему путь в авиацию. Больше в этот день допуска на экзамен к самостоятельному полету не последовало.
Алексей Владимирович Кувшинников после зачисления в «Тёрку», фото 1934 г.
Учебный класс 3/-го отделения у самолёта «Авро-504К». В первом ряду (слева направо): староста Недосекин. четвертый — Турган, инструктор Юржа, курсант Ефим Пылим. Во втором ряду (слева направо): курсанты Н.Озеров, Я.Саленёк, В.Тарасюк, П.Борисов, А.Кувшинников, ВЛошкарёв.
Завершив программу обучения на самолете У-2, стали осваивать самолет Р-1 с мотором «BMW». А спустя некоторое время с более мощным мотором «Либерти», на которых летали летчики в строевых частях. После окончания учебы во 2-й Военной школе летчиков в Борисоглебске часть курса была разделена на две группы. В одну из них, предназначенную для морской авиации попал Николай Озеров, Константин Груздев, Алексей Кувшинников и Василий Щелкунов. После недолгих сборов их направили в Военно-авиационное училище в город Ейск. Здесь будущих пилотов обучали всему тому, что в те годы было необходимо знать и уметь морским летчикам. Учеба велась на итальянских летающих лодках S.16 и S.62 фирмы «Савойя» (русифицированное название «Савойя С-16» и С-62 — Прим. Авт.), закупленных в Италии в 1930 г. Будучи по своей конструкции многоцелевой машиной, «Савойя С-62» могла использоваться в качестве морского разведчика и бомбардировщика, обладая значительной для того времени дальностью полёта, превышавшей 2 тыс. км, и могла поднимать две авиабомбы по 250 кг. Для защиты от истребителей самолёт шел две турели, вооружённые «спарками» пулеметов ДА. В целом, это были неплохие, представляющие собой достаточно грозную силу самолеты, отвечающие требованиям ВВС ВМФ тех лет.
С-62 Алексея Кувшинникова из состава 8-й дальнеразведывательной эскадрильи, Дальний Восток, станция Океанская, 1931–1933 гг.
С-62 из состава 2-й отдельной пограничной эскадрильи, Камчатка, озеро Халактырское, зима 1933–1934 гг.
С-62 из состава 2-й отдельной пограничной эскадрильи, Камчатка, озеро Халактырское, зима 1933–1934 гг.
МБР-2 командира 2-й отдельной пограничной эскадрильи М.И.Пармичнва, Камчатка, озеро Халактырское, зима 1933 1934 гг.
Успешное обучение в Ейске завершилось в январе 1931 г., когда выпускников училища в должностях младших летчиков распределили по флотам. Алексея Кувшинникова вместе с Николаем Озеровым, Яковом Логовым и Парфеном Лысенко отправили служить на Черноморский флот в 66-ю отдельную авиаэскадрилью. Поскольку свободных помещений в гарнизоне не было, то всех прибывших молодых летчиков временно разместили в одной из комнат штаба эскадрильи. Гарнизон довольно быстро разрастался, и жилья не хватало, что было характерной ситуацией того времени. Правда, строительство жилья также велось и довольно быстрыми темпами, о чём можно судить на основании того, что командир эскадрильи принял решение отправить всех только что прибывших летчиков в отпуск. Его расчет строился на том, что ко времени окончания этого отпуска строители успеют завершить строительство нового жилого дома.
Командиром эскадрильи был Михаил Иванович Пармичев. Уже немолодой человек, носивший на кителе широкую нарукавную нашивку, что соответствует нынешнему званию капитана 1 ранга (в те годы воинских званий не было, они появились позже, в 1935 г. — Прим. Авт.). Он был опытным военным летчиком. На личности командира эскадрильи следует остановиться несколько подробнее. И много лет спустя, вспоминая о нем, Алексей Владимирович всегда подбирал только самые теплые слова, говорившие о большом уважении к своему бывшему комэску. По его словам, командир пользовался огромным авторитетом у всего коллектива подразделения.
Полученный отпуск был первым с момента поступления в училище. Но как бы долго он ни длился, и он все-таки подошел к концу. По возвращении из него на службу, все четверо были удивлены неожиданным сюрпризом. Оказалось, что их воинская часть успела изменить место своей дислокации. В штабе флота, ничего толком не объяснив, выдали документы для следования в Москву в распоряжение ВВС РККА. Будущее было неясным. Строгая секретность настораживала.
В Москву прибыли без задержки. Но и в столице задержаться не пришлось. Почти сразу молодые летчики получили предписание убыть в город Хабаровск в распоряжение командира 111-го отряда О.С.О. Что скрывала за собой аббревиатура части, было известно только военному коменданту Хабаровска. Стало ясно, что дальнейшая служба будет отныне проходить на Дальнем Востоке.
В воинскую часть вчерашние выпускники прибыли только через 11 дней. Именно столько заняла дорога в Транссибирском экспрессе, да и находилась она не в самом Хабаровске, а в поселке Красная речка на реке Уссури. Там уже находился недавно прибывший эшелон с имуществом эскадрильи. Деревянные ящики-контейнеры с самолетами имели надписи «Комбайны». А весь личный состав эскадрильи был одет в рабочие спецовки и гражданское платье. Все это делалось для скрытности проводимой переброски авиационной части. Её требовала складывавшаяся в те годы на Дальнем Востоке международная обстановка. Уже вскоре им всем пришлось лично убедиться, насколько была своевременной и необходимой передислокация их части.
Личный состав эскадрильи постепенно привыкал к новому месту службы. Жили в беспрерывно отапливаемом старом бараке, но все равно в нем было холодно. Спали на двухъярусных нарах. Тем не менее, несмотря на трудности бытовых условий, весь коллектив эскадрильи активно участвовал в разборке ящиков с техникой и в сборке самолетов. Летчики с энтузиазмом помогали техникам. В процессе совместного труда люди лучше узнавали друг друга. Новый коллектив постепенно сплачивался.
Одновременно у летчиков каждый день проводились занятия по изучению материальной части новой техники. В повседневных заботах и учебе незаметно летели дни. Подошла весна. Новые указания поступили неожиданно. Приказ предписывал готовиться к новому перебазированию. На этот раз — под Владивосток, в район станции Океанской.
Смена дислокации была проведена быстро и организованно. Сказывался результат уже достигнутой сплоченности коллектива под руководством командира. М.И.Пармичев оказался талантливым организатором, волевым военачальником, хорошим хозяйственником и просто душевным человеком. Новый пункт базирования у станции Океанской всех очаровал красотой дальневосточной природы. Он был не только красив, но и удобен. Место для взлета и посадки гидросамолетов было выбрано удачно. Да и в бытовом отношении размещение летчиков, техников и их семей было хорошо продумано и организовано. Для авиационной техники заканчивалось строительство ангаров. Все это вместе не могло не сказаться положительно на моральном состоянии людей. Общее настроение было приподнятым.