Страница 10 из 53
Фактически, к началу активной фазы войны французская авиация получала пять типов фронтовых бомбардировщиков («Амио-350», МВ- 175, LeO-45, «Мартин-167F» и DB-7), столько же новых истребителей (С-714, D-520, МВ-151/152, MS-406 и «Хок-75»), три типа разведчиков (МВ-174, «Поте-637» и «Поте-63.11») и два типа самолётов непосредственной поддержки («Бреге-690/693» и «Поте-63»), Выдержать такое количество новой техники, внедряемой в серийное производство и строевые части, могла только американская авиапромышленность, изолированная океанами от обеих будущих ТВД. Даже куда более мощная советская авиапромышленность к началу войны приняла на вооружение в 1,5 раза меньше новых образцов: три типа дальних бомбардировщиков (ДБ-ЗФ, Ер-2 и ТБ-7), два фронтовых (Пе-2 и Су-2), один штурмовик (Ил-2), один разведчик (Як-2/4) и три типа истребителей (ЛаГТ-3, МиГ-3 и Як-1). При этом многие образцы были унифицированы по силовым установкам, что в тяжелейших условиях первого периода войны после проведения эвакуации позволило быстро начать наращивание производства самолётов на Урале и в Сибири.
Не в этом ли кроется одна из причин краха Франции и феномен успеха советских ВВС, которые в среде западных историков вполне заслуженно получили название «Красного Феникса»?..
13* Реально количество выпущенных моторов было существенно больше, так как строевые части и ремонтные базы снабжались определённым количеством запасного оборудования и в том числе авиадвигателей.
РЕТРОСПЕКТИВА
Хроники интрудеров
Полковник авиации, канд. тех. наук Александр Медведь при участии Сергея Алексеева и Петра Каминского.
Крупномасштабные дневные налеты авиации на вражеские города, предпринятые англичанами и немцами весной и летом 1940 г, сопровождались существенными потерями нападавшей стороны. Обладая ограниченной скоростью и потолком, располагая лишь малоэффективными оборонительными пулеметами винтовочного калибра, бомбардировщик того времени оказался весьма уязвимым для огня истребителей и зенитной артиллерии. К примеру, английское Бомбардировочное Командование оценивало собственные потери за 1939 г. и первый квартал 1940 г. в 13% от количества выполненных боевых вылетов. Весной-летом 1940 г. после начала вторжения Вермахта во Францию и страны Бенилюкса, эффективно поддержанного Люфтваффе, масштабы потерь английских бомбардировщиков возросли вообще до фантастических величин, которые не могли присниться британским маршалам авиации в самых тяжёлых снах после обеда, сдобренного изрядными порциями доброго шотландского «скотча». Впрочем, судите сами: только за первые десять дней французской кампании были практически без всякой пользы потеряны 172 1* бомбардировщика, что составляло около 15% боевого состава Бомбардировочного Командования! 2*
Очевидно, что при столь высоком уровне потерь рассчитывать на успешное решение поставленных задач не приходилось. Аналитики Бомбардировочного Командования быстро выдали спасительный рецепт: с переходом к ночным действиям доля утраченных бомбардировщиков сокращалась (в тот период времени) до 2%. Уже первые массированные ночные бомбардировочные вылеты, предпринятые в ночь с 14 на 15 мая 1940 г. экипажами «Веллингтонов» и «Хэмпденов» из состава 3-й и 5-й авиагрупп, которые бомбили промышленные объекты Рура, полностью подтвердили выкладки специалистов. В ту ночь из 78 добравшихся до района целей бомбардировщиков был потерян только один «Хэмпден» из состава 44-й эскадрильи. Начиная с этого времени усилия Королевских ВВС (в смысле воздействия на объекты, находившиеся на территории Германии и оккупированных ею стран) постепенно начали смещаться на ночное время.
Надо заметить, что первоначально ни одна из противоборствующих сторон не собиралась бомбить города, но нараставший размах боевых действий постепенно вызывал всё больше ошибок. Роковой стала ошибка ведущего девятки «Юнкерсов», отправленной на бомбёжку в предрассветных сумерках 23 августа и случайно сбросившая бомбы на жилые кварталы лондонского «Ист-Энда». Спустя трое суток, в ночь на 26 августа, 81 английский бомбардировщик в порядке возмездия был отправлен на бомбёжку Берлина. И, хотя ущерб от обоих налётов был ничтожным, как сказал один очень известный политик, «процесс пошёл».
Во второй половине августа 1940 г. Люфтваффе начали переходить к ночным бомбардировкам английских городов после провала операции «День орла», в ходе которой германские бомбардировочные эскадры были существенно потрепаны. Эффективность противодействия английских истребителей резко снизилась: совершив 828 вылетов, они сбили всего три вражеских самолета. Удовлетворенный докладами Геринга о достигнутых результатах, Гитлер, выступая 9 сентября 1940 г. по радио, заявил: «Мы даем свой ответ [на английские бомбардировки – Прим. Авт.] каждую ночь. Если англичане продолжат свои атаки на наши города, мы сотрем их собственные города с лица земли!»
Надо заметить, что это была отнюдь не пустая угроза. Сосредоточенные на аэродромах Северной Франции и Голландии бомбардировочные эскадры Люфтваффе могли длин-ными осенними ночами совершать в зависимости от выбранной цели до двр – трёх вылетов на каждый боеготовый экипаж. Уже в ночь на 8 сентября немецкие самолёты сбросили на Лондон свыше 300 тонн фугасных и около 200 тонн зажигательных бомб. В следующую ночь всё повторилось. Практический непрерывный «блиц» против английской столицы длился до 13 ноября. При этом в среднем каждую ночь город бомбили от 150 до 300 бомбардировщиков 3* .
Серия ответных ударов по Берлину, санкционированная британским Кабинетом, началась в ночь на 24 сентября 1940 г., когда 119 «Уитли», «Веллингтонов» и «Хэмпденов» отправились на бомбёжку германской столица. В своей речи, также переданной по радио, возглавлявший правительство Его Величества премьер-министр Уинстон Черчилль, пообещал соотечественникам, союзникам и противникам, что «британцы будут сражаться за свой остров в небесах, на море и на земле до последнего вздоха!». В более узком кругу он высказался ещё более прагматично и безжалостно: «Мы должны убить как можно больше немцев ещё до того как выиграем эту войну…»
1* В это количество входят 87 «Бэттлов», 69 «Бленхеймов», пять «Хэмпденов» и один «Уитли».
2* При этом германские танковые и механизированные соединения вышли на оперативный простор, расколов фронт союзных войск, что поставило последние на грань полного поражения. Уже к концу всего лишь десятого дня боёв исход всей кампании был фактически решён в пользу германских вооружённых сил!
3* Лишь в течение десяти ночей налёты на Лондон в указанный период не производились из-за плохой погоды.
Носовая часть дальнего ночного истребителя Do 172-10. Крышка верх-него оружейного отсека открыта. Хорошо виден инфракрасный про-жектор, сопряжённый с массивным прицелом, а также 57-мм бронестек-ла в передней части плотской каби-ны. Хотя ИК- поисковая система обла-дала невысокими характеристиками даже для того времени, практически все экипажи, летавшие в составе 3/NJG2, считали её весьма полезной.
Хотя дальних ночных истребителей Ju88C-l и С-2 было выпущено гораздо больше, чем Do 172-7 и 2-10. фотографий ранних «Юнкерсов» с первоначальным составом наступательного вооружения сохранилось очень мало. Видимо это объясняется тем, что вскоре эти машины начали модернизировать. Данный снимок интересен тем, что эта машина переделана из бомбардировщика Подфюзеляжная «ванна» имеет характерную переднюю плоскую панель вместо остекления под бомбардировочный прицел.