Страница 23 из 59
- Больше до весны сделать не смогу. Струмента и людёв не хватает.
Это означало, что заочный интересант Василий Голицын останется на следующий год без сельхозхайтека, о котором ещё даже не слышал. Хотя и держал ухо востро, но через брата, не желая отвлекаться от своих обязанностей стольника. Сидение за одним столом, положенная позиция "под рукой", исполнение любых царских указюк исполнялось со всем послушанием, но лишь до вечера. А потом, у себя и для себя, Василь Васильич раскрывал записи и мудрил над своим взглядом на разумное хозяйствование. Библиотека Голицына вмещала в себя многие умные книги, начиная с древнегреческих наставлений и древнеримских отчётов Сената. Уж, если римляне ввели законы, регулирующие даже порядок содержания рабов, то следовало брать с них хоть какой-нибудь пример. По отношению к крепостным, хотя бы. Вот только цифры озадачивали! Римский рабовладелец обязан был кормить своё живое имущество слишком изобильно: одна овца на двух рабов в неделю, два хлеба по два фунта весом ежедневно, корзинка овощей и корзинка фруктов ежедневно, кварта лёгкого вина ежедневно, фунт сыра ежедневно...ежедневно...ежедневно... Где же столько еды найти? И как строить римские дороги, коли канавы под них были глубиной четыре фута, кои следовало засыпать слоями песка и камня в двенадцать рядов. Но только на второй год, после того, как её вырыли, а потом ждать ещё год и лишь тогда мостить верх...
Довольные католики, вернувшись после радостной григорианской суматохи, стали заблаговременно готовиться в обратный путь. Схизматики потому и неправильные, что празднуют Рождество за две недели до рождения Христа, да ещё и крестятся наоборот. Поэтому православные их жалели по-своему, раз уж не удалось переучить бедняг. В конце концов, некоторые юродивые тоже говорить толком не умеют, но как-то живут рядом с другими калеками!
Зато, вместе с пиринейскими сумасбродами, прибыл наконец-то и персидский купец, родом из Порты. Саргис, невысокий, полный, жизнерадостный человек, разглагольствовал на всех языках мира и мог бы, при необходимости, стать толмачом даже на переговорах с инопланетянами. Турецкий армянин, выделявшийся благообразным Трудовым Мозолем (или Пузырём Авторитета), имел родственников повсюду, включая Антарктиду. Одна беда, будучи купцом от бога, он хотел торговать всем, что эксклюзивно и монопольно. И пытался всучить всякую байду иноземного происхождения, надеясь на отсталость русских медведей.
- Ты мне сказки не рассказывай о земляном масле, - охолонил его Михайла, - сначала изучи крекинг углеводородов, потом приходи, когда керосин получишь.
Бедолага купец заткнулся, услышав незнакомые, но явно умные слова и притих. В принципе, его интересовали северные крупные соболя и, само собой, супердёготь. В Индии, Персии и Турции тоже урожай с полей вывозят на телегах, а не по воздуху, без трения. Ну, а предложение привозить "жидкую нафту для ламп" повисло в воздухе. Во-первых, поставки персидского эрзац-керосина воняли бы по всей Волге, а потом и по всему Подмосковью, во-вторых, сия полезняка была чересчур дорогой, а в-третьих Вебер уже разработал спиртовую лампу и вовсю боролся с алкогольными сайдэффектами сгорания. Да и конопляное масло пока было доступно и недорого.
Декабрь, всё-таки, самый торгово-закупочный сезон на Москве и Ларион умудрился приобрести немало бочек масла для светильников. Если бы удалось заказать стеклянные колбы - вообще проблемы с освещением не стало бы. Ну, а в архангельских землях в достатке спермацета и воска для бездымных свечей. Всё равно местные поморы истинную цену им не знают и наверняка согласятся меняться на еду и цельнокованные инструменты для различных работ.
Это, те же португальцы, вынуждены были закупать свердорогие товары, плывя в Африку в совсем средние века. Ну не повезёшь же всякое фуфло неизвестно куда и неизвестно кому? Рейс не окупится, вместе с рисками штормов и потерей ориентации! Вот и затаривались дорогущими, прекрасно прокованными топорами, которые даже в Европе были чуть ли не на вес золота, а также заказывали безумно ценные венецианские зеркала и просили их разрезать на небольшие куски, чтобы в бурю не побились в трюме. Кроме того, возили стеклянные бусы, цена на которые порой приближалась к цене самоцветов (слишком сложны в изготовлении). А дикари расплачивались мусором из джунглей: мускатными орешками и плодами, перьями из задниц всяких разноцветных птиц. Невелика проблема сбегать в джунгли и понабрать того и другого, можно и под деревьями собирать. В крайнем случае, на мускатное дерево нужно залезть, а птиц посшибать стрелами - там, где они кучкуются. Это в Европах птички, в основном, мелкие и бледные с невыразительным оперением, а в Африках любая птица большая и яркая по своей природе! И кто кого дурил, спрашивается? Тем более, что в Землях Каменных Топоров и Ножей, металлические ништяки сразу переводили владельцев в разряд олигархов. Да за цельнокованный топор можно было выменять у соседей сразу и коз, и девственниц. Главное - тайну торговли с белыми чайниками не выдавать!
А уж бледнолицые лохи пусть плывут домой и дурят своих собратьев, получая несусветные цены за содержимое африканской помойки. Каждый рад своему промыслу, коли тот приносит прибыль. Ничего личного, всего лишь бизнес!...
Договоренности с Саргисом включили в себя выдачу ему двух бочек дёгтя, в качестве образцов товаров. Цены загнули неимоверные, соболей наобещали, но на потом. Впрочем и от него требовалось лишь размещение заказов в Индии и Дамаске на различные вооружения, броню и бытовые инструменты. Купец, конечно, удивился, что столь богатые люди хотят какую-то обыденность вместо изысканных товаров или парфюмов. Неправильные покупатели попались, но с суперсмазки уже не слезешь - слишком качественная. Да и поставлять туда-сюда удобно: Москва-Тверь-Волга-Астрахан-Персия и обратно. Заодно подарили двухгаллонный бочонок шампуня, короб мятного мыла и бурдюк "жидкого аспирина" для проведения полевых испытаний в Персии. Испанцо-португальцам прикатили две большие бочки с отваром ивняка, тоже на пробу. Пора уже было выяснить, насколько он хорош - может лишь для русских такое лекарство полезно, а для немцев...
Получив последние инструкции, душ Сантуш и Абрантуш с обозом и охраной отправились восвояси, так как в такие же "свояси" собрался целый меховой караван. Импортные купцы, не будь дураки, ежегодно везли меха в Европу совместно. Дороги на Руси достаточно длинные, любые вереницы саней вмещаются, а с охраной попроще - никакие тати близко не подойдут. Лучше дождутся тех, кто выгадывает цены до конца зимы, а потом передвигается самолично.
Разогнав излишки иноземцев по направлению заморских сусеков и собрав своих анти-татей в кучу, Вяземский обьявил юлианские празднества открытыми. Царский поезд уехал в Преображенское, где ритуально проводили Рождество и встречали Новый год, поэтому можно было оттянуться по-свойски, благо герр Вайзер уже завёз всё необходимое пойло. Прикольно, но ему и в голову не приходило, что бренд "Бадвайзер", когда-нибудь станет общемировым и общечеловеческим. Причём за марку будут спорить Чехия и Штаты, напрочь забыв самого изобретателя сорта. Подумаешь, пивовар с Кукуя!
Мышецкий, привезя с Кузьмой "наследство" одной из крупных Дмитровских ватаг, уехал с пленными в Москву, праздновать вместе с роднёй и вернулся лишь к последней декаде января. Предстояла достаточно сложная охота на Яхроме. Зимние купцы прорывались к Волге и обратно и наиболее неудачливых регулярно грабили. Большие боссы самого Дмитрова закрывали на это глаза, открывая пошире карманы, да и опасаться им было нечего - все потенциальные видоки уничтожались напрочь. Тати не жалели ни возниц, ни баб, ни детей. Возвернувшийся из Преображенского Иоанн, неожиданно упёрся и пожелал принять участие вместе с кремлёвскими стрельцами и стольниками. Никаких доводов он не желал слушать, хотя и пообещал в бой не вступать, а наблюдать издалека. Голицын сразу осознал различие между буколикой и реалиями жизни и, сцепив зубы, занялся экипировкой. Успокаивало лишь то, что отряд возмездия насчитывал сотню уже опытных боевиков. Уезжали налегке, выпустив вперёд Егоркиных "леших" в белых маскхалатах с чёрными разводами.