Страница 35 из 93
Положение «Форварда» стало чрезвычайно опасным. И в самом деле, море позади него замерзло, и через несколько часов лед настолько окреп, что матросы могли спокойно по нему ходить и тянуть бриг.
Видя, что нельзя обойти препятствие, Гаттерас решил двинуться на него в атаку и пустил в ход самые сильные подрывные заряды, содержавшие восемь — десять фунтов пороха. Лед прорубали во всю его толщину; отверстие набивали снегом, заложив в него заряд в горизонтальном положении, чтобы взрыв захватил возможно большую площадь льда, и, наконец, поджигали фитиль, находившийся в гуттаперчевой трубке.
Таким образом пытались взорвать ледяное поле; распилить его было невозможно, потому что распиленные части смерзались чуть ли не под самой пилой. Как бы то ни было, Гаттерас надеялся на следующий день проложить себе дорогу.
Ночью поднялся сильный ветер; ледяная кора колыхалась, словно под ней разыгралась буря. Вдруг с мачты раздался испуганный голос лоцмана:
— Гляди за корму! Гляди за корму!
Гаттерас взглянул в указанном направлении. И то, что он увидел в ночной темноте, заставило его невольно вздрогнуть.
Огромная ледяная гора, гонимая ветром к северу, с быстротой лавины неслась прямо на бриг.
— Все наверх! — скомандовал капитан.
Ледяная гора находилась не больше чем в полумиле от «форварда». Льдины громоздились, лезли друг на друга, сталкивались, как чудовищные песчинки, подхваченные ураганом; стоял оглушительный грохот.
— Такой страшной опасности мы еще ни разу не подвергались, доктор, — сказал Джонсон.
— Да, — спокойно отвечал Клоубонни, — страшновато.
— Нам придется отразить настоящий приступ, — продолжал боцман.
— В самом деле! Совсем как стадо допотопных чудовищ, которые, как предполагают, некогда обитали у полюса. Смотрите, как они толпятся! Они стараются обогнать друг друга.
— Некоторые из них вооружены острыми копьями, которых я посоветовал бы вам остерегаться, — заметил Джонсон.
— Форменный штурм! — воскликнул доктор. — Что ж, поспешим на бастионы!
И он ринулся на корму, где экипаж, вооруженный шестами, ломами и ганшпугами, готовился отразить грозный приступ.
Лавина льдов приближалась; она все увеличивалась в размерах, увлекая за собою окружающие ее льдины. По приказанию Гаттераса стоявшая на носу пушка стреляла ядрами, чтобы разбить грозный фронт льдов. Но вот ледяная громада приблизилась к бригу и обрушилась на него. Раздался страшный треск, и часть правого фальшборта была снесена.
— Ни с места! — вскричал Гаттерас. — Берегись!
Льдины с непреодолимой силой рвались кверху, глыбы весом в несколько сот килограммов лезли вверх по бортам брига; те, что поменьше, взлетали на высоту марсов, падали острыми обломками, рвали ванты и снасти. Экипаж изнемогал под натиском армии льдов, которые своей массой могли бы раздавить сотню кораблей, подобных «Форварду». Каждый старался отразить нападение ледяных скал, причем не один матрос был ранен их острыми гранями. Болтону сильно повредило левое плечо. Грохот все усиливался. Дэк бешено лаял на этих новых врагов. Сгустившийся мрак усугублял ужас положения, не скрывая, однако, льдин, белизна которых отражала рассеянный в атмосфере свет.
Гулко раздавалась команда Гаттераса посреди этой фантастической, небывалой, сверхъестественной борьбы со льдами. Бриг под давлением громадной тяжести накренился на левую сторону, причем его грота-рей упирался своим концом в ледяную гору; казалось, мачта вот-вот сломается.
Гаттерас понимал опасность положения; настало грозное мгновение; бриг сильно накренился, каждый миг его мачты могли быть снесены.
Гигантская ледяная глыба величиной с бриг поднималась около самого его борта; она неудержимо ползла кверху, становилась все выше и уже нависала над ютом. Если бы она рухнула на корабль, — он был бы раздавлен в лепешку. Но вот она встала дыбом и поднялась выше брам-реев; громада угрожающе покачивалась.
Крик ужаса вырвался у матросов. Все в страхе шарахнулись на правый борт.
В этот миг бриг был подброшен кверху. Несколько мгновений висел он в воздухе, потом резко накренился и упал на лед, причем от удара затрещал весь его корпус.
Но что же произошло?
Приподнятый бешеным натиском льдов, под напором льдин, давивших на него с кормы, корабль прошел непреодолимую преграду. Через минуту, длившуюся целую вечность, «Форвард» рухнул по другую сторону преграды на ледяное поле, проломил его своей тяжестью и очутился в своей родной стихии.
— Взяли барьер! — крикнул Джонсон, стоявший на носу.
— Слава богу! — вырвалось у Гаттераса.
И в самом деле, бриг находился среди ледяного бассейна. Со всех сторон его окружали льды, и, хотя его киль был в воде, «Форвард» не мог двигаться. Он был недвижим, но ледяное поле двигалось вместо него.
— Дрейфуем, капитан! — крикнул Джонсон.
— Что делать, — отозвался Гаттерас.
Впрочем, как было воспрепятствовать этому?
Утром обнаружили, что ледяное поле, увлекаемое подводным течением, быстро продвигается к северу. Плавучая масса льдов увлекала с собой «Форвард», зажатый среди беспредельного ледяного поля. На случай возможной катастрофы (ведь бриг легко мог быть повален набок или раздавлен напором льдов) Гаттерас приказал вынести на палубу побольше съестных припасов, лагерные принадлежности, одежду и одеяла. По примеру капитана Мак-Клура, оказавшегося в таком же положении, Гаттерас велел окружить бриг поясом из надутых воздухом мешков, чтобы предохранить корпус от серьезных повреждений. При температуре +7F (-14С) льды вскоре начали нагромождаться вокруг «Форварда» и обступили его со всех сторон; над стеною льдов поднимались лишь мачты брига.
Семь дней плыли таким образом; мыс Альберта, находящийся на западной оконечности Корнуолла, был замечен 10 сентября, но вскоре скрылся из виду. С этого момента ледяное поле начало двигаться на восток. Куда оно шло? Где остановится? Кто мог бы ответить на эти вопросы?…
Экипаж ничего не делал и только ждал дальнейших событий. Наконец, 15 сентября, около трех часов пополудни, ледяное поле, вероятно, натолкнувшись на другое, внезапно остановилось. Бриг сильно встряхнуло. Гаттерас, который успел произвести точные наблюдения, взглянул на карту. «Форвард» остановился на крайнем севере, в пункте, откуда не было видно никаких признаков земли, под 9535' долготы и 7815' широты, в центре той области, того неисследованного моря, где, по мнению географов, находится полюс холода.
24. ПРИГОТОВЛЕНИЯ К ЗИМОВКЕ
В среднем южное полушарие, на тех же самых широтах, холоднее северного. Но температура в Новом Свете на целых пятнадцать градусов ниже температуры других частей света, и нет ничего ужаснее области, известной под названием полюса холода.
Средняя годовая ее температура не превышает -2F (-19С). Ученые следующим образом объясняют это, и доктор Клоубонни вполне разделял их точку зрения.
По мнению ученых, на севере Америки господствуют юго-западные ветры, отличающиеся наибольшим постоянством; направляясь от Тихого океана, они приносят с собою ровную и умеренную температуру. Но, чтобы достигнуть арктических морей, эти ветры должны пронестись над огромным американским материком, покрытым снегами, вследствие чего они по пути охлаждаются и заносят в гиперборейские страны (страны крайнего Севера) лютую стужу.
Итак, Гаттерас находился у самого полюса холода, за пределами стран, исследованных его предшественниками. Предстояло провести суровую зиму на затертом льдами корабле, с экипажем, готовым к мятежу, — было над чем задуматься! Но Гаттерас, со свойственной ему энергией, решил бороться со всеми невзгодами. Он смело взглянул в лицо опасностям и не опускал головы.
С помощью искушенного в полярных путешествиях Джонсона Гаттерас начал принимать все меры, необходимые для зимовки. По его расчетам, «Форвард» отнесло на двести пятьдесят миль от последней исследованной земли, то есть от Корнуолла. Ледяное поле сдавило бриг со всех сторон, точно гранитное ложе, и никакие человеческие усилия не могли бы освободить его из этих тисков.