Страница 29 из 124
Красивый рыцарственный прыжок — и сын ленлорда приземлился на краю мутного водоема, подхватил выпавшую из воздуха прелестницу. Надо отдать должное незнакомке: она ничуть не смутилась от такого приема. Только крикнула обратно в воздух голосом таким пронзительным, что у Айдена зазвенело в ушах:
— Смит, разиня! Кто навел портал в метре над землей?!
Верзила в коричневом плаще ступил на поверхность лужи, не замочив ног, и начал оправдываться:
— Всего в полуметре, светлейшая Летиция. К тому же вы ведь сами…
— Заткнись! — взвизгнула названная Летицией.
Второй верзила, как две капли воды похожий на первого, ловко спрыгнул на лужу по другую сторону от недовольной дамы и вопросительно уставился на Айдена.
— Нейтрализовать? — невыразительно спросил он, и у ленлордова сына почему-то сердце заметалось в поисках пяток.
— Фи, какой ты скучный, Антуан! — капризно скривила губы красотка. — Ну что же ты стоишь, мальчик? — вдруг обратилась она к Айдену, щеки которого мгновенно сравнялись по колеру с ее шикарными сапожками. — Неси же меня на сухое. Лучше всего в дом ленлорда Харриса. Он ведь тут где-то неподалеку? — Ресницы над голубыми глазами томно затрепетали.
— Угу, — обе руки Айдена были заняты драгоценной ношей, а язык совершенно забыл о своем предназначении. Поэтому парень просто неловко дернул подбородком вправо: — Там. Он.
Джейремия Хопкинс глубоко раскаивался в принятом решении. Признаться, будь у него второй шанс, он бы сейчас с удовольствием выбрал одинокую вечность в ловушке между мирами — ведь там сухо, тепло и даже спать можно, зарывшись в сухую дубовую листву. А главное — там нет метающих молнии ледяных глаз Летиции, грозящих испепелить его и высыпать пепел в отхожее место.
— Эту сказочку про Драконьи Горы и Ворона ты можешь засунуть себе в то место, которым обычно думаешь, Хопкис! — Летиция не утруждала себя знаменитым достойным баньши визгом, наводившим ужас на сотрудников абсалонского офиса. Она вкрадчиво шептала, приморозив Джея к месту немигающим взглядом: — Я хочу услышать, что здесь действительно произошло. Считаю до трех. Если на счете «три» ты не начнешь излагать факты, то мне придется навестить тебя, Хопкинс. К твоему сведению, после моего визита тебе, возможно, уже никогда и ничего не придется излагать!
Джей почувствовал ватную слабость в коленях, но огромным усилием воли заставил себя стоять по стойке смирно. «Я знал, что именно так все и кончится. Мало того, что сегодня мне довелось испытать на себе действие „оков власти“. Теперь предстоит опробовать на собственной шкуре еще одну штучку из арсенала СОВБЕЗа — „вторжение“, которое я с успехом применил на херре Харрисе. Неужели у Света такое извращенное представление о справедливости?»
— Раз! — Летиция лениво развалилась в кресле горлицкого ленлорда с подоткнутыми под локти расшитыми подушками. Щегольские сапожки покоились на скамеечке, покрытой лучшим плащом Харриса. Хозяин плаща с сыном были выдворены из собственного дома и ожидали у соседей вызова на допрос.
— Два! — Джей судорожно втянул воздух в легкие. «Свет свидетель, я сделал все, чтобы сдержать клятву. Но будет ли этого достаточно?» Как сексота его учили стирать воспоминания, создавать ложную память, зомбировать людей, закладывая в них программу действий, которую активировало определенное слово или предмет. Те двадцать с небольшим минут, которые потребовались Летиции, чтобы поднять летучий отряд и открыть портал, Джей использовал, стирая из памяти все крамольное, что он узнал о херре Харрисе, и заменяя пустоту искусственными воспоминаниями. Оставалось только надеяться, что кураторша не заметит этот трюк. То, что Джей успел узнать о Летиции Бэдвайзер, давало ему слабенький, но шанс. Скорее всего, стервозная карьеристка уцепится за подпольного мага с невероятными способностями и позорный провал младшего сексота Хопкиса, закованного в собственные наручники. И просмотрит маленькую подтасовку фактов, касающуюся какого-то безвестного, бедного как церковная мышь ленлорда.
— Три! — Палец Летиции с длинным алым ногтем указал на Джея, и агент перестал думать. Странно, но он продолжал сознавать себя — маленьким хрустальным шариком, зажатым между большим и указательным пальцами волшебницы. Огромный голубой глаз, прорезанный красноватыми прожилками, взыскующе вглядывался в его прозрачные глубины, и от этого всюду проникающего взгляда было не спрятаться, не укрыться.
Найд сидел, скорчившись, поджав колени к дрожащему подбородку, тщетно пытаясь сохранить последние остатки тепла. Выход из пещерки перед ним был чуть светлее окружающей темноты. Дождь кончился, но вода струилась по склону обрыва и падала вниз с земляного козырька множеством тихо шепчущих и звенящих струй. Найду казалось, его заперли за ними, как за решеткой.
«Сколько времени пройдет, прежде чем меня найдут? Идти мне некуда. Единственный союзник, на помощь которого я мог расчитывать, Найрэ, — мертва. Возможно, скоро и меня постигнет такая же участь. Сначала за мной охотился только безликий убийца в черном плаще. Теперь мне удалось посадить себе на шею Джейремию Хопкиса и весь СОВБЕЗ в придачу. Что нужно от меня сексотам? Засадить в Торд-на-Рок? Уничтожить? Завербовать?»
Найд чувствовал себя обложенным со всех сторон, как лис в норе. Он горько усмехнулся собственному сравнению. Пещерка, образовавшаяся в склоне лесного оврага на месте вывороченного давней бурей дерева, и вправду напоминала жилище лисицы-переростка.
«И что теперь? Не могу же я сидеть тут вечно? Хорошо хоть по дождю да мокротени собаки не возьмут след. А что, если меня попытаются отыскать с помощью магии? Почувствую я это? А если почувствую, что смогу сделать? Проявятся ли мои способности в нужный момент, как тогда, когда я принял сексота за волшебника, который купил у Чары Анхата? Смогу ли я их контролировать? Ведь я едва не прикончил Джея в горнице херра Харриса. Не поставь тот вовремя щит… Смогу ли я снова использовать Убежище? Теперь, когда открылось его истинное назначение».
Дуэльная Палата. Найд так давно не бывал там! Во время одиночества и плена в Чарах он прятался в этом странном месте, как улитка в домике, что вечно носит с собой. Прятался, когда боль и издевательства становились непереносимы. В Убежище он мог создавать миры по своему вкусу, теплые и цветные, полные добрых животных и чудесных растений, миры без людей, которые знают только жестокость и разрушение. И каждый раз так тяжело было возвращаться в измученное полуживое тело, но он все равно возвращался. Назло Эрэ. Назло Чаре. Назло самому злу. Вернулся он и сегодня. И, кажется, знал, зачем.
Найд шевельнулся, устраиваясь поудобнее в тесноте пещерки, размял затекшие ноги. Что-то твердое врезалось в правое бедро. Найд пошарил в темноте рукой и вытащил из-под себя кошель Найрэ. Он задумчиво погладил расшитую бисером ткань. «Безликий наемник разыскивал меня, в этом нет сомнений. Убийца не был подослан СОВБЕЗом — очевидно, что Джей ничего не знал о нем. Может ли СОВБЕЗ вести двойную игру? Нет, сексоты бы арестовали и допросили Болотную Бабку, посылать наемника — не их методы. Эта черная птица — из моего прошлого. И если я найду ее, то найду и того, кто ее послал. И кто знает, может быть, это выведет меня на след настоящего убийцы — того, кто лишил меня родителей, родного дома, сестры и брата.
Но как искать какого-то безликого человека, когда за мной самим охотятся? С помощью магии? Если Джей не врал, следы ее быстро обнаружат. У сексотов нюх не хуже собачьего».
Правую руку кольнул знакомый холодок, отличный от зябкой свежести лесной пещеры. Шнурок, стягивающий горловину старухиного кошеля, видно, ослаб, и пальцы Найда сами собой забрели в замшевую глубину. «Чудесные карты! Как же я о них не подумал?! Возможно, они подскажут, где искать безликого? Силы на их использование требуется так мало, что сексоты ничего не почувствуют. Но подчинится ли мне Аркан? Смогу ли я растолковать расклад? Раньше мне все объясняла Болотная Бабка. Как я смогу быть уверен, что понял надписи и символы правильно?»