Страница 4 из 56
– Вот так, сука, знай Шрама! Вернись назад, я тебе хер откушу!
Никто не следил за тем, чем занят Гайдук. А тот, подобрав набитый песком мяч, подошел к скучившимся на пятачке возле двери людям и, подняв над головой, опустил кожаную сферу на бритую макушку Шрама. Виршевец враз потух.
– Убить можешь! – вскочил с пола Арбуз. – Нас же всех потом!..
– Не Шрам это, – успокоил его Гайдук. – Хотя даже харей смахивает.
– Как не Шрам? – спросил кто-то из доставлял.
– Да так. – Гайдук выглядел разочарованным не менее остальных. – Не Шрам, да и все. Где вы его отрыли?
– В банях на Красных Текстильщиков. Гудел там с барыгами какими-то и прошмандовками. Ну, он сразу, как услыхал, кого мы ищем, так распонтовался, дескать, «Я – Шрам, и чего дальше?!».
– Наколку, конечно, не зырили?
– Да не до нее! Забыли, Гайдук. Думали, раз сам растопыривается, точно он. Да как тут вспомнишь, слушай! Хорошо, шмара какая-то по балде его фуфырем из-под шипучки огрела, а то шмалять бы пришлось. Ну, в потолок сперва и по ногам потом. Иди угомони такого лося. Видать, и шмару он достал до трясучки.
– Ну, с нашим понятно, – вмешался в разговор доставляла из первой поисковой партии. – Да не трясись, мужик. Не тронем. У метро высадим. («Если начнем трогать, – подумалось в этот момент Чеку, – то впору будет открывать спецкладбище под ложных Шрамов».) А куда этого полудурка?
Успокоенный синяк наконец стал пихать руку в рукав.
– Вышвырните по дороге, не снимая скакалки, – порекомендовал Гайдук. – Если не лень – везите до вытрезвиловки или прямо в дурдом.
– Может, сперва допросить? – предложил Арбуз.
– Допроси, если не влом, – легко согласился молдаванин. – Про баню, барыг и девок. Потом сам повезешь. Лично я жрать сажусь. – Гайдук вытащил из кармана пинг-понговский шарик из белого целлулоида и стукнул им об пол. – Кажется, нам еще долго придется тут торчать. – В речуге его уже не колосилась надежда. А ведь не просто так, ради сирой пятихатки баксовой, подрядился молдаванин сличать рожи. Вот он – палец, Шрамом в камере сломанный. Давно заживший ноет на непогоду. Вот она – обида жгучая в душе зудит.
И сшиблись-то они летом в изоляторе «Углы» по-пустому, Гайдук не признал авторитета. Но от этого обида хилее не становится.
Глава вторая
ФАКУЛЬТЕТ КРАПЛЕНЫХ КОЗЫРЕЙ
В курьеры сюда почему-то брали не шибко представительных стариканов. Мужичков лет от тридцати до пятидесяти. Болтать с курьерами на отвлеченные темы, да и вообще болтать с сотрудниками других подразделений очень и очень не рекомендовалось. Угодишь Понтону под горячую руку, и вышибет за дверь. А этот новенький вроде и не обучен.
– Красавица, какие свежие новости?
Подкатывал бы стильный мальчик, Зинка еще, может быть, хотя бы улыбнулась исподтишка. А этому серячку даже взгляд пожадничала. Только тренькнул телефон, Зинка, опережая подружек, ухватила трубку:
– Информагентство «Горячий факт». «Пятая» слушает. – И привычно застрекотала пальчиками по клавиатуре, вбивая льющуюся из трубки новость в онлайновую ленту событий. – На пресс-конференции, посвященной закладке фрегата для ВМФ Китая, гендиректор Адмиралтейской верфи заявил, что в ближайшие три месяца планируется начать строительство аналогичного фрегата для ВМФ Индии, – добросовестно повторила вслух Зина то, что услышала и набрала на дисплее. – Кто? Александр Заводов? Запротоколировано, Александр Заводов. – И кинула робкого косячка: отвалил или не отвалил от ее рабочего места занюханный кавалер.
А справа и слева от Зинаиды еще пять девчонок то и дело сдергивали телефонные трубки и принимали немудреные новости по многоканальному номеру:
– …После произошедшего недавно крупного пожара вновь приступил к работе Себежский ЦБК…
– …Одно из старейших предприятий Санкт-Петербурга – завод им. Козицкого – возобновило производство телевизоров…
– Из Дибунов новости есть? – спросил за спиной кто-то кого-то.
– …Петербургская компания «Автостиль», специализирующаяся на мелкосерийном производстве инкассаторских автомобилей, представила широкой публике свою новую разработку – бронированный внедорожник VIP-класса «Комбат»…
Курьер отвалил. Он теперь переминался чуть в сторонке, ожидая, когда высунувшийся из личного кабинета Понтон чем-нибудь озадачит. Точнее, когда Понтон устанет втаптывать в грязь нерадивого журналиста Алика Худикова:
– Я тебя, в натуре, как учил? – употребляя распальцовку, шел красными пятнами по роже Понтон. – Мне приторные карамельки от пресс-секретарей на фиг не нужны. Это не интервьюха, а липкий сиропчик! Ты с их коммерческим замом общался?!
– Говорили, – почти захныкал Худиков.
– …Концерн «Колибри» готовится открыть в Петербурге завод по переработке овощей. Основной продукцией предприятия станут консервированные мясо-овощные смеси для детского питания…
– А какой процент на рынке серой растаможки – спрашивал? А кого из конкурентов они больше всего дрейфят? А сколько составляет месячный рекламный бюджет?! – Понтон ярился не на шутку даже не из-за бестолкового текста. Фортуна повернулась раком, папа объявил боевую готовность, и директор «Горячего факта» уже вторые сутки колбасился без сна. Сейчас бы в масть бодрых колес с прицепом или косяк, на худой конец, но Понтон дач папе клятвенное слово, что отныне наркоту ни-ни. Иначе бы папа ни за что не воткнул бы Понтона руководить этой конторой.
– Да я все это спрашивал. Ответ один – коммерческая тайна, – на глазах усыхал в размерах автор.
– Ну ладно. Эту туфту можешь засунуть себе в грызло! – некультурно выразился Понтон и оборвал вздрючку, заметив, что новичок ошивается без дела.
Счастливый, что так легко отделался, Худиков рассеялся в воздухе. Курьер тут же подступил к директору агентства на почтительную дистанцию:
– Антон Павлович, мне теперь куда?
– Ты… – Снизивший обороты Понтон явно пошевелил извилинами, вроде бы вспоминая имя новичка. – Толик, дуй-ка в компьютерный. Получи свежую сводку по столице.
По мнению Зинки, Антон Павлович был еще вполне. Возраст до тридцатника. Очки дорогущие на носу. Правда, свеженаеденное брюхо поясной ремень еле держит. Зато всегда прикинут, и денег куры не клюют. Жаль, подолгу торчит в компьютерном центре, наверное, какая-то мымра уже запустила коготки. Эх, закружила бы Зинаида Понтона по ночным танцполам, споткнись он хоть на секундочку об ее косметику взглядом.
Но Антон Павлович, в задумчивости прилипнув очками к спине курьера, так и остался стоять столбом. Пока курьер не свалил из зала.
Вообще-то мало кто в фирме знал, что курьеры здесь зашибали до штуки долларов в месяц. За то, что их тщательно обнюхивала родственная структура – охранная фирма «Эфес», и за особую осведомленность в делах непростого агентства «Горячий факт». Например, входить в компьютерный центр здесь позволялось только Понтону, курьерам и самим труженикам центра. А под «сводкой по столице» подразумевалась информация, ежедневно черпаемая с хакерской борзостью с закрытых сетей весьма обидчивых организаций типа ГУВД, налоговых инспекции и полиции и так далее.
Покинув общий зал, курьер Толик не сразу бросился выполнять приказ. В безлюдной курилке он помыкался у зеркала, добиваясь от отражения окончательной серости, и это давалось со скрипом. Потому что собственным глазам очень трудно приказать похоронить притаившийся на дне стальной отблеск. Но иначе нельзя. Иначе сладится новичок за пару деньков, рядовые сотрудники и вычислят.
Зинка вышла тяпнуть порцайку никотина и испугалась, что новенький снова станет клеиться. Но – ничего подобного. Курьер уже шел мимо коридорных окон, за которыми нахлестывал то ли дождь, то ли снег. Подгреб к железной двери без номера и расплющил кнопку звонка. На него бдительно обратили внимание в телекамеру и открыли.