Страница 9 из 107
- Что с тобой? - догнал не на шутку перепуганный Орман.
- Я должен это увидеть... - тяжело обернулся к нему Сергей.
- Площадь Лего Воя? Зачем? - сделал безнадежную попытку новый друг. - Это опасно, мы вне системы!
- Прости, старик. Я не могу иначе...
6
'Лего Вой - историческая личность, один из далеких прародителей короля Дагона. Принято считать - именно он открыл эпоху возрождения страны после всеобщей разрухи. И именно он - ввел жесткую систему категорирования личности, - в те далекие времена подобные меры помогли остановить голод, разруху и хаос. Позже систему стали называть Гидрой...'
Тихий ненавязчивый голос Ормана вплетался в всеобщий шум большого города. Сергей задумчиво слушал, бросая по сторонам косые взгляды - это был уже совершенно другой город...
Небо закрывали многоуровневые развязки и магистрали, подвесные аллеи и парки, ярко освещенные развлекательные центры и супермаркеты. Огромными материками проплывали грандиозные комплексы - испещренные висячими скверами, детскими площадками и бассейнами, с густой паутиной воздушных мостиков и дорожек. На горизонте тянулись ввысь витиеватые башни каких-то космических целей, высоко в небе висели стратопланы погоды и контроля. Иногда проглядывали вызывающе красивые ретро-усадьбы более "респектабельных" семей - в тени старых деревьев, чопорных аллей и заросших прудов. По словам Ормана - под землей, - целые уровни заводов, институтов и различных центров... Тихими парижскими улочками здесь и не пахло.
Технология. Не удивите.
Очередной поворот качнул в сторону - он схватился за поручень. Они летели по линейке 'шаготопа' - движущейся пешеходной дорожке, - 'транспорт' простых смертных. В более скоростной нельзя - по словам все того же 'доктора' Ормана, - всевидящее око системы...
Система... Она везде. В каждом глазке банкомата, кофе-мата, пище-мата, медико-мата, уро-мата - любого из бесчисленных 'матов', расплодившихся по этой земле. В каждом кассовом аппарате, в каждом компьютере, паде и телефоне. В каждом дверном контроллере и датчике наблюдения, в каждой машине и каждом магазине. В каждом климатическом устройстве и любом эхо-сканере. В каждом приемном окошке любого сервиса - будь то столовая, театр, клуб, транспорт, клиника, бытовая служба, научный центр, промышленное предприятие или частная квартира...
Гидра. Везде. Она диктовала все. Что хорошо и что плохо, что правильно и что нет. Какие законы и правила введены в этот день и этот час. Когда нужно есть, спать или работать. Смотреть кино или играть в гольф. Слушать музыку или встречаться с девушкой...
Это правильно для страны. Это ставит на место каждый рабочий винтик и толкает вперед прогресс. Это позволяет механизму работать четко и слаженно, без поломок и сбоев. Это рационально и логично. Это двигает страну вперед...
Сергей понятия не имел - хорошо или плохо, правильно или нет. Он не хотел задумываться - что всё значит и что за подобным стоит. Только не сейчас - не то время и не то место...
Орман кивнул в сторону - они перемахнули на другую ленту, и он чуть не проехал носом - истязая руками поручень... Тяжело поднялась и опустилась грудь. Это уже ощущалось конкретно, это уже не просто так...
Ему вновь не хотелось задумываться - опять не время, - но сознание все равно отмечало факты. Их можно игнорировать, их можно не замечать, на них можно не обращать внимания - но они не уйдут. Не пропадут, не исчезнут, не испарятся...
Он натурально чувствовал слабость своих рук. Сначала списывал на общее недомогание, но недомогание проходило... а слабость оставалась. С какой-то непривычной легкостью. И заметным нарушением координации - куда-то вниз спустился центр баланса, - и плечи уже не были твердым и уверенным оплотом. Волосы лезли в глаза, и тонкая шея - колотилась в просторном вороте куртки, как в широкой проруби...
Скосил глаза и посмотрел на руку - узкая изящная ладошка с трудом охватывает широкие перила. Разомкнул пальцы, сжал ладонь в кулак и сделал резкое движение - Орман удивленно поднял брови. Сергей отвернулся в сторону - всё. Это было похоже на взмах прутиком в воздухе. Ибо удара больше не было. Основа хорошего удара - в движении плечом, - а вот плеча... Он сам себе казался теперь легкой мухой. Или слабеньким листиком, качающимся от ветерка...
И еще - он теперь чувствовал грудь. По-настоящему. Что-то ощутимо набухло под одеждой, поднималось и опускалось при вдохе, прыгало и колыхалось при движении, и упиралось в толстое сукно...
Сжал зубы - не сейчас. Потом. Не время...
Все должно было быть не так... Все должно быть простым и понятным. Обычная жизнь - пускай серая и скучная, - но теперь она казалась райским уголком в сумрачном сознании. Светлым периодом умирающей судьбы. Солнечным лучиком, освещающим прошлое. Сверкающей звездой, радующей память. Работа - друзья, коллеги, начальники... Семья - Светка, дочка, вечерние уроки, тещин огород...
Там не было злобы. Там не было ненависти. Там не было смерти...
Поднял голову и посмотрел в темнеющее вечернее небо - сколько еще ударов ждет впереди? Сколько гнилости, подлости и коварства приготовлены на резких поворотах судьбы? Сколько людей должно умереть, чтобы я смог жить так, как хочется?
'Я ведь ничего не просил, - сами опускались глаза. - Меня никто не спрашивал. Разве я кому-то что-то должен?'
Жизнь - не легкая прогулочная штука. Это гранитный валун. Который набирает вес, бухнет и тяжелеет прямо на глазах. Чтобы со всего размаха опуститься на плечи - пригнуть, и расплющить на твердой земле...
- Приехали...
Сергей встряхнулся - впереди приближался грандиозный полыхающий шар, высвечивающий высокое каменное изваяние - строгое лицо и карающий меч... Дорожная лента сделала последний поворот и вынесла на открытое пространство...
- Кажется, успели, - Орман спрыгнул на землю, Сергей следом.
Они потратили полдня, чтобы добраться сюда, и просто не имели права опоздать. Просторная площадь была вся запружена галдящим народом - в воздухе стоял нескончаемый гомон и гвалт. Впереди, у самого памятника и парадного входа в городской муниципалитет - виднелся помост...
- Его величество Лего Вой, - широким жестом закончил экскурсию Орман и задрал голову к огненному шару: - Звезда символизирует восход, возрождение и будущность... Что дальше?
- Ближе не получится? - Сергей не мог оторваться от помоста.
Друг нырнул в толпу и заработал локтями - Сергей постарался не отставать: 'Сколько народа...'
Вам это интересно, люди? Вы любите на такое смотреть? 'Хлеба и зрелищ'? - как на аренах Римских пантеонов?
Толпа галдела - среди всеобщего шума тонули отдельные слова и разговоры. Они пробились почти к самой цепи солдат у сооружения, когда наверху неожиданно потухла звезда. Гомон резко усилился...
Сразу вспыхнули прожектора, гоняя лучи по беспокойной толпе - пока не остановились, и не скрестились на возвышении у скульптуры. Ритмично загрохотал барабан - и в свете начали появляться люди... Сергей сжал зубы: 'Любите эффекты, сволочи ...'
Их выводили по одному. Худых и изможденных. Они не дергались и не кричали, не просили о пощаде. Просто останавливались, и замораживали пустой взгляд поверх голов. Поверх толпы. Галдящей, беснующейся толпы... Тринадцать человек - чертова дюжина.
Измученных и уставших, но твердых на своих ногах. Казалось - они не потеряли надежду, они просто ее не ждали...
Затем чинно, как на параде - выдвинулся и развернулся взвод солдат, - грохнули о деревянный настил приклады старинных карабинов. На головы осужденных принялись по очереди натягивать мешки...