Страница 27 из 107
'Мы соберем все силы, шутки с кончиной кончились, - он снова обводит всех взглядом. - Сегодня каждая семья выделит самых крепких и выносливых девушек в распоряжение Анны, - он оглядывается на военную подругу: - Аня, всем в руки острые колья и факелы, - подруга кивает головой. - Постоянная охрана по бокам в движении, и сменные дежурства по ночам. Отдельная группа идет сзади, и помогает отстающим. Уважаемая Гоя... - строгая женщина-доктор поднимает лицо. - Вы собираете в свою группу всех врачей и медиков. За вами - раненные, больные и самые истощенные. Рада, - он оборачивается ко второй подруге. - На тебе - вода и провиант. Еще одна часть людей. Задача - поиск воды, дрова и охота, - девушка тоже кивает головой. Он снова обводит всех глазами: - Больше нет 'Я'. Теперь - только 'Мы'. Все помогают друг другу. По очереди несут маленьких детей. Передают по колонне все команды. Нет отстающих, нет слабых. Только - все вместе...'
Большой лагерь бурлил до середины дня. Распределялись девушки, женщины, старики покрепче и подростки постарше. Готовились колья и вязались из одежды сумки. Молодые мамы пускали слезы - подруги спорили об очереди взять на руки их маленьких малышей...
Когда солнце поднялось в зенит - снова двинулись в путь. Только теперь - впервые за все эти несчастные горькие дни, - несмотря на ночной ужас и страх... Вдруг в глазах показалась надежда.
15
Сергей не был лидером. Он знал это. Никогда не стремился командовать, или руководить людьми. Не желал числиться в передовиках, или вести за собой людей...
Но здесь присутствовало нечто совсем другое - он видел, он ощущал, он чувствовал... В небрежно брошенных словах, в мимолетных взглядах, в чуть слышном шепоте за спиной... Иногда не обязателен прямой ответ - достаточно интуитивного видения, внутреннего чувства, подсознательной глубины - он многое начинал слышать сердцем... Не мог дать твердый отчет - слишком многого не знал. Еще больше не понимал. Поэтому часто ошибался, и часто изводил себя совершенно не нужными укорами...
Никто не ждал от него лидерства. Никто вообще - не требовал от принцесс лидерства. Принцессы - это нечто совсем другое, - более воздушное, женственное и недосягаемое... Красивое и мечтательное, далекое и недоступное - как эталон, как всеобщее сокровище, как любимый талисман народа - ее слушаются, ей внимают, ею любуются...
Но эта женственность и недосягаемость, красота и мечта - вдруг спустилась на землю и встала рядом. Вместе со всеми. Схватила на руки ребенка - и побежала сквозь разрывы. Нашла дорогу в смертельной пустыне. Саданула пылающей веткой по морде деверя...
Все рядом - женщины, старики, - вся необозримая толпа людей... Его теперь не просто любили. Не просто обожали. Они его... Он просто дал им сил. Сил, которых так не хватало. Мужество и стойкость - одним своим присутствием. От него всюду - не могли оторвать глаз...
Сергей многое чувствовал в душе. Видел в глазах людей... Но не мог понять, дать себе простой ответ. Сопоставить и уловить смысл... У него много ошибок - никогда не был лидером... Часто терялся, не мог связать двух слов... малодушничал и опускал руки...
Почему этого никто не видит? Просто не замечают, и всё?
Сергей не был лидером. Но прирожденными лидерами оказались Анна и Рада.
С Анной вообще просто - она недаром носила звание майора в свои два с половинкой десятка лет. Ее люди уже на второй день показывали образец порядка и дисциплины, несмотря на истощение и усталость - четкая цепь девчонок с кольями вдоль колонны, замыкающая группа. Ночная охрана по периметру - она не знала отдыха, всю ночь проверяя посты. Девери пугали всех до смерти.
С Радой пришлось сложнее. Она дико смущалась, конфузилась и нервничала... Ночью тихо разревелась. Сергей проснулся и долго не мог добиться ответа. В конце концов, бросил попытки - ласково обнял и начал вытирать мокрые щеки... Подруга не выдержала нежности и раскололась - до Сергея не сразу дошло. А когда понял - глубоко выдохнул и закатил глаз: 'Бог ты мой... Как понять этих девчонок?'
Рада привыкла всю жизнь доказывать свое место. Она готова. Авторитет в кругу - правила бытия. Долгий и кропотливый труд - но таков путь, он длин и тернист. Она была простой девушкой...
Она готовилась к войне. Готовилась поставить себя на место, и перегрызть глотку любому, кто усомниться. Доказать право и заставить слушать людей...
А вдруг оказалось - войны не надо... Она настороженно вглядывалась в глаза, резко оборачивалась на любой шепот... Натыкалась только на внимание и готовность. Пару раз ловила за спиной: 'Леди Рада сказала... леди Рада приказала...' К вечеру донеслось: 'Давайте предложим госпоже Радарии...' - тогда до нее наконец дошло. Только тогда до ее недоверчивой головы достучалась истина...
Ее давно приняли. Еще до пустыни. Слово принцессы - закон. Ни у кого, кроме нее самой - не было ни сомнений, ни вопросов. Все давно смотрели, как на первую фрейлину - со всем причитающимся почетом и уважением. Более того - отзывчивая Рада всем гораздо больше импонировала, чем аристократично-гордые благородные дамы с титулами. Она просто не видела очевидных вещей...
Простая, искренняя в чувствах Рада не выдержала и разревелась - она не привыкла... Сергей улыбнулся, поглаживая подругу: 'Ну-ну, хорошая моя... Тебе это надо, привыкай...' Бог ты мой, Радушка... Если бы ты знала - насколько все диче у него самого...
С этой ночи у Рады все пошло на лад. Именно ее девчонки через пару дней наткнулись на степных гиен...
На подругу взвалилась самая тяжелая ноша - еда. Можно ловить быстроногих ящериц, вездесущих насекомых, какое-то время держаться на кактусах и пожухлой траве - у опустошенного тела нет выбора. Определенное время люди умудряются жить даже в безводной пустыне...
Не пятнадцать тысяч человек. Не многокилометровая колонна. Иссушенная временем, невзгодами и отчаянием.
Дикие волки - хищники, и смертельно опасны в стаях. Но для тысяч изможденных людей - оказались настоящим спасением. Девушки Рады гнали псов до очередной зыби. До очередной стены дыма и пыли. Загнанная в угол стая развернулась и ощетинилась - но на помощь уже подоспели женщины и старики Анны...
Плотный полукруг окружил несколько десятков голодных тварей - выставленные колья, горящие глаза. Стая ревела, металась и кидалась - по сторонам летела пена и шерсть. Не долго. Короткий азартный бой - жалобно выпустила вой последняя тварь... Пятачок земли, залитый кровью, трупами и свалявшейся шерстью...
Рада молча смотрела со стороны. Граница допустимого, предел выживаемости - и вот уже рядом не бывшие нежные девчонки. А смертельно опасные хищники. Страшен человек на пороге боли и отчаяния...
Девери не появлялись. Еще через день наткнулись на полусухое болото. Это была последняя крупная удача на пути сквозь зыбь и дым...
Снова песок и ветер. Пыль и волны энтропии. Снова солнце над головой, голод и жажда. Снова бредущие изможденные призраки за спиной... Очередная голая земля для ночлега...
'Ваше высочество? - в глазках подруги боль и отчаяние. - Жука умирает...' Кровь ударила в голову - Сергей отшатнулся, - бог ты мой... Айтт, добрая семья Еши... Как он мог забыть?
Через пять минут они были у Гои - куча изможденных людей, десяток раненных, несколько женщин делают перевязки... Гоя Дива никогда не грузила Сергея своими заботами - ее люди все делали сами. Сами искали траву и растения, сами резали бинты, кипятили воду. Еще в начале изъяли у народа любые намеки на лекарства - она никогда не жаловалась. Здесь витал дух не просто профессионализма, мастерства своего дела. Здесь присутствовала личность. За которую держатся все остальные...
Двое детей, отдельно от всех - один уже накрыт с головой. 'Ваше высочество! - навстречу кинулась бледная истрепанная Айтт. - Боже...' Сергей опустился на корточки - темное опухшее лицо, глаза в маленьких щелочках... 'Геккония, - рядом присела Гоя. - Маленькая, но страшно ядовитая... Последний раз, когда были на болоте... - она оглянулась на бледных взрослых. - Старшие выдержали. Детский иммунитет не справился...' 'Что делать?' - растеряно спросил Сергей. Доктор только покачала головой: 'Нужна вакцина... Простите, Ваше высочество...' Застонала, подняв лицо к небу, Айтт...