Страница 84 из 163
Не надо останавливаться на мелочах, мыслить следует масштабно. Не стоит думать о том, что все эти вещи не загрузишь и в целый караван фургонов. Пораскинь мозгами, проверь перечень груза, привезенного «Энди Джи», обследуй корабль, посмотри, что есть у Рика на главном складе, поговори с Джоном Меджи, поищи в его доме, на ферме и в сараях. Если ты что-нибудь забудешь, вернуться будет невозможно.
Музыкальные инструменты, принадлежности для письма, записные книжки, календари, детская одежда, приданое для новорожденного, прялка, ткацкий станок, все, что нужно для шитья… овцы! материалы и инструменты для обработки кожи, часы, настенные и ручные, семена овощей, саженцы, прочие семена и так далее, и так далее, и так далее.
А теперь — за дело. Урезай, прикидывай вес.
Отбросим быка, корову, овец заменим на коз — их длинные шубы можно стричь. Эй, а ножницы ты позабыл!
Кузнечный инвентарь сократим до наковальни и минимума инструментов… мехи придется сделать самому. В общем, можно вычеркнуть все, что делается из дерева, однако следует прихватить некоторый запас металлических инструментов — эту тяжесть непременно нужно взять. Вскоре окажется, что ты умеешь делать такие вещи, за которые прежде и не подумал бы браться. Косилка превращается в косу с рукояткой и тремя запасными лезвиями: борону вычеркиваем.
Ветряк остается, как и циркулярная пила (удивительно!), однако их придется взять по минимуму, поскольку ни то ни другое скоро не понадобится.
Книги… Дора, без каких книг ты не можешь прожить?
Ополовиним количество одежды, удвоим число сапог, возьмем больше ботинок и не забудем при этом о детских. Да, я знаю, как шьют мокасины, муклуки и прочее. Добавь дратву. Кстати, еще придется прихватить блоки и самую лучшую стеклопластиковую веревку, которую только можно купить, иначе нам не пройти через ущелье. В средствах мы не ограничены, следует учитывать лишь вес и объем. В том, что мулы повезут в фургонах, все наше состояние. Минерва, на наше с Дорой счастье, я уже в шестой раз подавался в поселенцы, и еще до того, как я впервые загрузил крытый фургон, мне долгие годы приходилось грузить корабли. Разницы никакой, звездолет — крытый космический фургон. Уменьши груз до того, который способны вытянуть мулы, потом сократи еще на 10%, как бы жалко ни было; поломанная ось, когда ты не можешь ее заменить, может стоить тебе шеи. А потом увеличь на 95% количество воды, ведь она расходуется каждый день.
Вязальные спицы! Дора умеет вязать? Если нет, придется научить ее. Я провел в космосе много одиноких часов за вязанием свитеров и носков. Пряжа? Дора не скоро сумеет спрясть хорошую нитку из козьей шерсти, пусть вяжет в пути детские вещи, чтобы находиться в добром расположении духа. Пряжа много не весит. Можно сделать деревянные спицы или даже металлические из какой-нибудь железяки. Но проще взять и то и это на складе Рика.
О Боже, я чуть не забыл про топор!
Топоры и одно топорище, багор, мотыга, кирко-мотыга… Минерва, в Новом Питтсбурге я добавлял, сокращал, отбрасывал, взвешивал все, что у нас было, но, как только мы отъехали от города километра три в сторону Сепарации, стало ясно, что я перестарался. На ночь мы остановились в каком-то поместье, и я выменял у его владельца пятнадцатикилограммовую наковальню на свою новую тридцатикилограммовую. Обменял без доплаты, и сердце мое не дрогнуло. Кроме того, я поменял прочие тяжести, без которых можно было обойтись, на копченую ветчину, бекон и зерно для мулов — на крайний случай.
В Сепарации мы снова избавились от части груза, и я приобрел еще один бочонок для воды и наполнил его, потому что теперь у меня появилось свободное место, а вода, как известно, расходуется.
Думаю, что этот-то бочонок и спас нам жизнь.
Зеленая рощица, которую Лазарус-Вудро заметил возле входа в ущелье, оказалась гораздо дальше, чем он надеялся. В тот день, когда путешественники до нее добрались, ни человек, ни мул ничего не пили. Они не пили со вчерашнего утра. У Смита кружилась голова; мулы медленно брели, опустив головы.
Когда муж перестал пить, Дора тоже хотела последовать его примеру.
— Слушай меня, глупая девчонка, — сказал он, — ты же беременна. Поняла? Как тебя еще убедить? Я отмерил четыре литра, когда мы поили мулов; ты видела.
— Мне не нужно четыре литра, Вудро.
— Заткнись. Это тебе, козе и цыплятам. И кошкам — им много не потребуется. Адора, для шестнадцати мулов четыре литра воды — ничто, а вам, мелкой живности, хватит надолго.
— Да, сэр. А миссис Порки?
— Ах, эта поганая хавронья! Э… я дам ей пол-литра, когда остановимся на ночлег, и сам напою ее. Она сейчас в таком настроении, что может опрокинуть воду и отхватить тебе палец. А потом я напою тебя и прослежу, чтобы ты все выпила.
После долгого дня, беспокойной ночи и нового бесконечного дня они наконец приблизились к рощице. Здесь было почти прохладно, Смиту показалось, что он чувствует запах воды, но самой воды он не видел.
— Бак! Эй, Бак! Привал!
Главный мул не ответил, он молчал целый день. Однако остановил колонну, поставил углом фургоны и построил мулов так, чтобы их удобно было распрягать.
Смит подозвал собак и велел им искать воду, потом начал выпрягать мулов. Его жена молча присоединилась к нему и стала выпрягать правых мулов в каждой паре, пока Смит занимался левыми. Наверное, Дора читает мои мысли, с благодарностью думал он.
Ну а теперь где же искать воду? Может, поколдовать? Или сперва осмотреть окрестности? Смит был уверен, что поблизости воды нет. Надо осмотреть подножие холма. Оседлать Бьюлу? Не надо, она плохо выглядит. Смит начал выгружать колья для забора из второго фургона. Прыгунов не видно уже дня три, значит, на такое же время приблизилась новая встреча с этими животными.
— Дора, если можешь, помоги мне.
Она не ответила. Раньше муж никогда не просил ее помочь возвести крааль. Она беспокоилась лишь о том, что он выглядел осунувшимся и усталым, и думала о той четверти литра воды, которую припрятала для него. Как бы убедить его попить? Не успели они закончить распрягать, как в отдалении послышался взволнованный лай Фрица.
Минерва, это была яма с водой: из скалы сочился ручеек, пробегал пару метров и впадал в глубокую лужу. Вокруг было множество звериных следов: прыгунов, горных козлов и еще какие-то, которых я не узнавал. Мне казалось, что за мною следят, и я пожалел, что у меня нет глаз на затылке. У ручья стало темно; здесь деревья и подлесок были погуще, а солнце опускалось все ниже.
Я не знал, что делать. Непонятно, как это один из распряженных мулов не обнаружил колодец вместе с собаками или даже быстрее: мулы умеют чуять воду. Стало быть, они должны вот-вот нагрянуть, а я не хотел, чтобы они опились. Мул умен, но, когда измучен жаждой, пьет чересчур быстро. Мои мулы были изнурены, и я должен был сам напоить каждого.
К тому же я не хотел, чтобы они влезли в воду, потому что пока лужа была чистой. Во всяком случае такой казалась.
Псы напились. Я посмотрел на Фрица и пожалел, что он не умеет разговаривать, как мул. Есть ли у меня что-нибудь, на чем можно писать? Нет, конечно же, ничего подобного. Если я прикажу ему привести Дору, Фриц, конечно, постарается — но послушается ли она? Ведь я строго-настрого наказал ей оставаться в краале до моего возвращения. Минерва, что-то я стал плохо соображать: жара и жажда достали меня. Следовало бы дать Доре инструкции поточнее, ведь, если я задержусь до темноты, она отправится искать меня. Черт, а я даже не прихватил с собою ведра.
Я нагнулся и, как Гедеон, напился из пригоршни. Тут мне в голову пришла одна идея: Я спустил помочи комбинезона, снял рубашку, намочил ее в воде и отдал Фрицу.
— Отыщи Дору! Приведи Дору! Быстро!
По-моему, пес решил, что я свихнулся, но убежал с мокрой рубахой. Тут показался первый мул. Слава аллаху, это был старина Бак! И я пожертвовал своей шляпой.
Эту шляпу Зак прислал мне в подарок. Предполагалось, что она годится для любой погоды: пропускает воздух и не промокает даже в самый сильный ливень. Воздух она пропускала весьма относительно, а водозащитные ее качества я просто не имел возможности проверить.