Страница 48 из 63
О нет! Если Морган направлялась к той личности, о которой я думала, которая ждала здесь, тогда Валькирия в большой опасности. А я в любом случае...
Я была так занята тем, чтобы собрать все вещи вместе, что не обратила внимание на то, куда
я шла, и налетела на один из выставочных ящиков.
Но это был не просто какой-то ящик, нет, я налетела на витрину со странным мечом. Меч с
рукояткой, которая выглядела как половина мужского лица. Я бежала так быстро, что меч
сполз, и глаз на рукоятке открылся.
Я застыла и моргнула несколько раз, так как думала, нет, надеялась, что только вообразила
это. Что глаз исчез бы, как это уже произошло однажды, чтобы я могла объяснить это, что я
просто вообразила эту дурацкую ситуацию, так как находилась под давлением. Хорошо,
находилась под давлением.
Я моргала и моргала, но ничего не происходило. Глаз был все еще там, и он по-прежнему
смотрел на меня.
У глаза был странный цвет, что-то между пурпуром и серым цветом, цвет, который заставляет
думать о сумерках, о этом коротком промежутке времени после захода солнца, прежде чем
мир станет действительно темным.
Я нагнулась над витриной в неудобном положении. Мои пальцы оставили следы на стекле, но я не могла двинуться, не могла отвести взгляд от глаза на мече. В груди поднялось
странное чувство, похожее на эйфорию.
По какой-то причине меня делало счастливой осматривание меч. Также как борьба делала
Логана счастливым. Я вздрогнула. Почему меч должен пробуждать во мне такие чувства? Я
даже не знаю, как им пользоваться...
Внезапно глаз прищурился, как будто оценивал меня, как будто знал каждую мою тайну,
только посмотрев на меня. У меня было чувство, что я тону в нем, в его сумеречном пурпуре, словно, я никогда больше не смогла бы скрыться от этого одноглазого, колючего взгляда. Как
ни странно, я совершенно не хотела этого.
Не знаю, сколько бы еще стояла там и пялилась на этот глаз, если бы не услышала за спиной
рев.
Глубокий, злостный рев, который я слышала всего один раз в жизни.
От этого рева кровь стыла в венах и сердце в груди. Шум прервал мои размышления и
вырвал меня назад в реальность. Я помнила, что произошло в последний раз, когда я
услышала этот ужасный шум. О, нет!
Медленно я повернулась и посмотрела через плечо. Позади меня был Немейский Охотник
Он выглядел так же, как вчера вечером перед библиотекой. Черное, пантерообразное
существо с большими когтями и огромными зубами, которые могли бы убить меня просто
случайно, даже если бы она дыхнула. Если существо вообще дышало, а не состояло из
чистой злобы. В этом месте я была не совсем уверена.
Охотник огрызнулся на меня и приоткрыл пасть, чтобы обнажить клыки. Конечно, они
блестели совершенно замечательно в странном золотом свете, который заполнял библиотеку.
Я тяжело сглотнула, но даже это не помогло избавиться от жестких комков страха в горле. Но
на этот раз я не пыталась сказать, что люблю котят. Ничто в этом существе мне не нравилось, особенно, после того, как оно посмотрело на меня.
На мгновение я подумала, что Охотник сразу же набросится на меня и разорвет мне горло
своим бесчисленным количеством зубов. Но вместо этого прозвучало несколько глубоких
свистов, и существо отошло в сторону, чтобы его хозяин смог приблизиться ко мне.
Фигура в длинной, багровой, украшенной драгоценностями накидке направлялась ко мне
между рядами. Материал колыхался и напоминал мне реку крови. Дрожь пробежала по
спине. Разумеется, вид не мог не поразить меня.
Наконец, я видела, прикоснувшись к ее ноутбуку, как она покупала именно эту накидку в
интернете. Я не думала об этом до этого момента. Я не была Шерлоком Холмсом. Личность в
накидке была гораздо умнее меня. Умнее чем мы все. Потому что она очень хорошо
продумала весь этот больной обман.
У накидки был капюшон, поэтому я не могла рассмотреть ее лицо. Я видела только намек
улыбки на ее розовых губах и сверкание белых зубов. По какой-то причине ее зубы вызвали
во мне еще больший страх, чем Охотник.
– Привет, цыганка, – пробормотал тихий голос из глубины капюшона. – Я уже начала
задаваться вопросом, когда же ты появишься.
Если раньше у меня и были сомнения, теперь они исчезли, так как я узнала этот голос. Я
точно знала, кому он принадлежал. Последний раз я слышала его, когда она смеялась на
главной площади, когда это все началось.
Фигура подняла руки и сняла капюшон. Белокурые волосы, синие глаза, превосходная кожа, удивительно красивое лицо.
Я снова пристально смотрела на Жасмин Эштон, только на этот раз она была такой же живой, как и я.
Глава двадцатая
В комиксах никто не умирает по настоящему, даже злодеи. По крайней
мере, не на долгое время.
Слова, которые я сказала Логану в последнюю ночь, прозвучали в моей голове и высмеивали
меня, пока я пристально смотрела на Жасмин.
Так как девушка, которая стояла передо мной, определенно не была мертва. Мой взгляд
скользнул к ее горлу, которое было таким же гладким – каким должно было быть. Ну, никак
не мертвая. Однако у меня было такое чувство, что нельзя будет сказать что-то подобное обо
мне после этой ночи.
– Ты... ты жива, – произнесла я наконец.
Валькирия тихо захихикала, и шум эхом отдался от стен библиотеки.
– Конечно, цыганка. Я жива. Теперь будь хорошей девочкой и встань рядом с Морган. Тогда я
все объясню вам обоим. Единственная проблема таких планов, что нельзя никому о них
рассказывать.
Мой взгляд метнулся к открытой двери в конце ряда полок, пока я спрашивала себя, могла ли
я пробежать мимо Жасмин и выбежать из библиотеки, прежде чем она, ну не знаю, убьет
меня, до тех пор, пока я не стала мертвой, мертвой, мертвой. Но Охотник заметил мой взгляд
и зло зарычал на меня.
Я облизала губы.
– Эта штуковина – иллюзия? Как вчера ночью?
Жасмин подошла ближе, положила руку на спину созданию и погладила ее черную шкуру.
Кроваво-красные глаза Охотника вспыхнули, и он издал тихое, мурлыкающее урчание,
которое заставило меня исказить лицо.
– О нет, цыганка. Этот Охотник абсолютно реальный. Но все равно нет никакой разницы.
Иллюзия может точно также разорвать тебя на куски, как и настоящие клыки и когти.
Прошлой ночью у библиотеки Дафна сказала что-то подобное, но я совершенно не поверила
ей. Как могло что-то поранить, что на самом деле не реально? Но постепенно мне
становилось ясно, что у меня огромные пробелы в знании мифов и магии.
Мне не оставалось ничего другого, как делать то, что приказала Жасмин. Иначе Охотник, не
важно реальный или только иллюзия, разорвал бы меня на куски. И я, правда, ни в коем
случае не хотела, чтобы это произошло. Поэтому пошла вдоль ряда с полками, завернула за
угол и вошла в главную часть библиотеки.
Морган стояла по левую руку от меня как раз на том месте, на котором раньше стояла
витрина с Чашей Слез. Артефакт, который был якобы украден в ночь, когда Жасмин якобы
умерла.
Теперь Морган держала Чашу в руках.
Она выглядела точно также как и в моем воспоминании: маленькая, круглая, коричневая, неприметная. Простая Чаша, не раскрашенная, без гравюр или каких-либо украшений.
Никакого золота, никаких драгоценностей, совсем ничего.
Все равно взгляда на нее сегодня вечером хватило, чтобы мой живот судорожно сжался. Мне
не всегда нужно было прикасаться к вещам, чтобы получить колебания.
Если объект был загружен достаточным количеством эмоций или хранил в себе достаточное
количество воспоминаний, тогда он мог даже излучать колебания как аура. Как Дафна и ее
искрящиеся кончики пальцев.
И сегодня ночью Чаша излучала холодную, черную злобу.