Страница 26 из 31
— Итак, мы ищем человека, который сфотографировал Ванду Уэзерби и мистера Флэннагана, — догадалась Люси.
— Совершенно верно. С такими просьбами, как правило, обращаются к частным детективам. Большинство из них не станут заниматься подобными вещами, но вот здесь я отметил троих, которые могут оказаться не столь щепетильными.
Люси набрала нужный номер и попросила к телефону Нэда Бейкера. После небольшой паузы она сказала:
— Понимаю. Нет, я не хочу оставлять свое имя. Попробую позвонить еще раз в течение этой недели. — Она положила трубку и повернулась к Шейну. — Мистер Бейкер сейчас в Вашингтоне, по делам.
— Так или иначе, я бы не хотел, чтобы это оказался Нэд, — ответил он. — Набери следующий номер и позови Джеда Пурли.
— Мистер Пурли? Вряд ли мое имя что-нибудь вам говорит, я — Эдит Лейн. Есть ли у вас фотоаппарат со вспышкой, который вы могли бы использовать сегодня вечером?.. Понятно, — продолжала она, выслушав ответ. — Дело в том, мистер Пурли, что я не уверена на сто процентов, что мне понадобятся сегодня вечером ваши услуги. Да… Что фотографировать? — Ее голос сделался тоньше. — Какая вам разница, если вам заплатят? Я думала, для такой работы и существуют частные детективы. Сколько это будет стоить?.. Хорошо. Мне необходимо, чтобы вы ждали моего звонка с семи до десяти часов, тогда я вам дам более подробные инструкции… Сколько? По-моему, это ужасно дорого… Ладно, почему бы мне и не позвонить вам сегодня днем, когда я буду знать все точно… Да. До свидания. — Она положила трубку. — Мистер Пурли — из тех частных детективов, которые не очень-то стесняются браться за такую работу. Сто долларов — и никаких каверзных вопросов.
Шейн удовлетворенно кивнул.
— Я бы тоже выбрал Джеда. Но все-таки позвони еще в агентство «Уорден». Попроси к телефону Питера Инрайта.
Люси набрала номер, подождала, пока к телефону позвали Инрайта, и завела ту же самую песню.
Но содержание ее «песни» вдруг резко изменилось, когда она из наступления явно перешла в оборону, избегая прямых ответов на недвусмысленно поставленные вопросы. Наконец, деревянным голосом она произнесла:
— Очень хорошо. Если вы не хотите выполнить мой заказ, я, конечно, не буду вас к этому принуждать, — и, бросив трубку, с пылающим лицом повернулась к Шейну. — Он оскорбился. Хотел узнать, кто мне его рекомендовал, кто я такая, какие могу дать ему полномочия, и что мне нужно — получить основание для развода или что-то другое.
Шейн рассмеялся.
— Прекрасная работа, ангел мой. Таким образом, у нас остается один Джед Пурли — если только Ванда действительно использовала детектива, а не втянула в это дело какого-то своего приятеля. Ты иди, поешь, а я заскочу к Джеду, пока он еще не ушел из своей конторы.
Глава 18
Детективное агентство Джеда Пурли находилось в старом трехэтажном доме без лифта. Его контора занимала две комнаты на втором этаже между страховым агентством и почтовым отделением.
Дверь конторы открылась, и на лестничную площадку вышла высокая худая женщина, поправляя на седых волосах соломенную шляпку с узкими полями.
— Пурли у себя? — спросил Шейн.
— Да, — ответила она и перешла на повышенный тон: — Я собираюсь пообедать. Если я зачем-либо ему понадоблюсь…
— О, нет, — сердечным тоном заверил ее Шейн. — У меня к Джеду личное дело. — Он открыл дверь, пересек пустую приемную и подошел к полуоткрытой двери с надписью «Личный кабинет».
Джед Пурли был маленьким толстым человечком с венчиком редких седых волос, окаймлявших большую розовую лысину. Он сидел развалившись, положив ноги на пустой стол и с интересом рассматривая черного паучка, который раскачивался на тонкой нити паутины, свисавшей с люстры.
— Входи, Майк, сынок, — обернулся к Шейну Джед.
Шейн присел на край стола и небрежно спросил:
— Как дела?
— Неплохо. Я вполне довольствуюсь теми крохами, которые не заслуживают внимания парней такого крупного калибра, как ты. — Пурли сложил руки на животе и дружелюбно прищурился. — Что-нибудь могу сделать для тебя?
— Оказать любезность. — Шейн достал сигарету и закурил.
— Всегда рад сотрудничать, — закивал Пурли. — А что за любезность, Майк?
— Кое-какая информация об одном из твоих клиентов, — без обиняков ответил Шейн, глядя ему прямо в глаза. — О Ванде Уэзерби.
Джед Пурли вздохнул, медленно вытер пот со лба и рассеянно произнес:
— Чертова жара… Это та дамочка, которую пристрелили вчера вечером?
— Да. Какую работу ты для нее выполнял?
— Никогда раньше не слышал ее имени, сегодня утром в первый раз прочитал о ней в газете, — быстро ответил Пурли.
Шейн поморщился и, глубоко затянувшись сигаретой, выдохнул целое облако дыма.
— Ты лжешь, Джед.
— Так разговор не ведут.
— Это мой способ разговаривать. У меня нет времени торговаться.
Пурли почти незаметно пожал плечами.
— Я лично тоже очень занят.
Шейн потушил сигарету и встал.
— Можешь заниматься своими делами. Я тебя не побеспокою, только взгляну на твои записи. — Он обошел стол и направился к большому деревянному шкафу-картотеке, стоявшему в углу кабинета.
Не успел он сделать и двух шагов, как у него за спиной послышался срывающийся на визг голос Джеда Пурли:
— Ни шагу дальше, малыш!
Стул под ним скрипнул. Шейн остановился, оглянулся и увидел в руке Пурли «айвор-джонсон» 32-го калибра. Внешне лицо Пурли оставалось спокойным, но на щеках явственно проступила сетка голубоватых жилок.
— Я читаю газеты. И всю эту рекламную шумиху вокруг тебя в том числе. Уилл Джентри и его фараоны у тебя в руках, а когда ты не подкладываешь очередную свинью прокурору, ты занят тем, что выковыриваешь из зубов пули от пушки какого-нибудь гангстера и поедаешь их на завтрак. Ей-богу, газеты только и кричат о том, какой ты крутой мужик, Шейн. Прямо-таки гроза преступного мира Майами. Но ты не можешь вот так вламываться в контору Джеда Пурли и помыкать им. — Он осклабился и между тонкими губами открылся неровный ряд желтых зубов. — Одна пуля в живот прошьет твои кишки точно так же, как и любому другому.
Шейн стоял не шевелясь, холодно глядя через плечо на Пурли.
— Ванда Уэзерби была убита прошлой ночью, и, я думаю, у тебя здесь имеются улики, которые изобличат убийцу. Не валяй дурака. Если не дашь их мне, в конце концов, отдашь их полиции.
— А если я скажу, что у меня их нет?
— Тогда мне придется опять назвать тебя лжецом, — устало ответил Шейн, медленно повернулся и развел руками, как бы пытаясь придать большую убедительность своим словам. — Так дело не пойдет, Джед. Сейчас этот материал о Уэзерби — настоящая бочка с порохом. Я догадываюсь, сегодня утром ты сидел и прикидывал свою выгоду, зная, что она мертва. Но я говорю — здесь нет для тебя никакой выгоды.
— Ты говоришь мне? — усмехнулся Пурли. Его голос дрожал от злобы и разочарования, накопившегося за многие годы, но дуло его револьвера по-прежнему было направлено Шейну в живот. — Это смешно. Сейчас разговариваю я. До тебя дошло это, легавый? Один раз в жизни.
В то же мгновение все мышцы Шейна расслабились. Он рухнул на пол, как тряпичная кукла, и пуля лишь просвистела у него над головой. Он выбросил вперед руку, схватился за ролик вращающегося кресла, на котором сидел Пурли, изо всех сил дернул его, и толстяк свалился прямо на Шейна. Другой рукой детектив схватил револьвер, но так, чтобы случайно не нажать на курок, и — все еще лежа на спине — двинул кулаком в округлую физиономию.
Пурли хрюкнул, Шейн перевернулся на бок, сбросив с себя его тело, и приподнялся на коленях. Пурли остался лежать неподвижно.
Шейн осторожно поставил револьвер на предохранитель, разрядил его и бросил на пол. Затем поднялся на ноги и подошел к картотеке, не обращая больше внимания на распростертую на полу фигуру.
Выдвинув нижний ящик, он обнаружил несколько десятков картонных папок. На первой была наклеена этикетка «Тайрон, С.». Шейн просматривал папки, пока не нашел «Уэзерби, В.», потом обошел лежащего на полу Пурли, положил папку на стол и раскрыл ее.